По дружбе

Моторина Танечка

***

Я чувствовала, что он будет ждать меня у подъезда сегодня. Знала, что не пойдёт в университет и дождется. Знала, что не купит ни цветов, ни шоколада, потому что я считала это подкупом.

Всё так и было.

Он сидел в своих любимых узких джинсах и большой серой толстовке, накинув капюшон на голову. Стас нервно курил сигарету, и смотрел в упор, как я приближаюсь.

Молча следует за мной в подъезд, потому что знает, что я с ним не заговорю, но и вышвырнуть не смогу.

Или смогу?

==========

Глава 12. Стас (Часть 1) ==========

С каким-то странным трепетом внутри я всматривался в её хрупкие плечики, которые, я был уверен, немного подрагивали от волнения. Её напускное спокойствие вызывало во мне странное чувство. Было до щемящего чувства в груди обидно, что обычно искренняя со мной Саша сейчас пыталась скрыть от меня своё состояние. Я знал, что она умирает изнутри, потому что я, самый родной её человек, тот, кто был рядом с ней в любой сложной ситуации, который мазал её коленки зелёнкой в детстве, совершил чертовски грязную ошибку.

Я не оправдывал себя ни минуты. Знал, что сам виноват во всём. Я не имел права притрагиваться к ней. Ещё тогда, когда она просила поцеловать себя, сидя на моих коленях и призывно прижимаясь ко мне своим тельцем. Не имел права. Я должен был защищать её, должен был быть тем, кто прижмёт к груди, когда кто-то обидит мою девочку.

А теперь мою девочку обидел я сам. Обидел так, что сгорю в аду за то, что не смог себя контролировать. За то, что моя больная любовь к ней сыграла со мной злую шутку.

Наверное, именно сейчас я понял, что наша дружба никогда не была настоящей. Врать себе вошло у меня в привычку. Проще всего было считать её своим другом, чтобы девчонка всегда была со мной рядом.

Всю свою чёртову жизнь я убеждал себя в том, что не вижу в ней девушку. Смеялся над ней и её неопытностью (не со зла, конечно), встречался с девчонками, удовлетворённый тем, что знал: у Саши никого нет кроме меня, она не влюблена, она принадлежит мне. И она действительно принадлежала. Всегда.

Только мне.

Мои девушки, в большинстве своём, были похожи на Вершинину: русоволосые, весёлые и безбашенные. Я осознавал, что каждая из них похожа на мою Сашу. И каждой из них мне было мало. Поэтому они быстро уходили из моей жизни.

Катя была не похожа на Сашу. Ни цветом волос, ни поведением. Поэтому и оставалась в моей постели так долго. Потому что когда я трахал её сзади, сжимая в кулаке ярко-красные волосы, я не представлял на её месте Вершинину.

Когда Саше исполнилось пятнадцать, её мама подарила ей нежный светло-розовый комплект нижнего белья. Подарок девчонка открыла при мне, смешно нахмурив брови.

— Ужас, правда? — моя подруга взглянула на меня исподлобья, ожидая моей реакции. — Твои девушки такое носят? Не слишком развратно?

Бельё вовсе не было развратным. Трусики были кружевными,

но выглядели весьма целомудренно, как и аккуратный бюстгальтер с невинным бантиком.

— Мои девушки носят гораздо более вызывающее бельё, так что можешь не волноваться.

— Если я его надену, ты оценишь?

Я чуть поджал губы, понимая, что Саша стала совсем взрослой и то, что она будет разгуливать по моей комнате в нижнем белье, может вызвать обычную реакцию мужского семнадцатилетнего организма.

— Конечно.

И она, не стесняясь, сняла с себя мешковатую толстовку и джинсы, развернувшись ко мне спиной. Бюстгальтер она переодела при мне, но попросила закрыть глаза, когда взяла в руки трусики. И я послушно закрыл. Я не мог её обмануть.

Вершинина стояла перед большим зеркалом боком ко мне, рассматривая своё отражение. У неё была совсем небольшая грудь, но в этом бюстгальтере она выглядела потрясно. Нежное кружево обтянуло её округлую попу. Хотелось провести по ней рукой, чтобы почувствовать нежную кожу под своими пальцами.

— Я выгляжу, как шлюха.

Я улыбнулся.

Саша вовсе не была похожа на девушку лёгкого поведения. Она выглядела соблазнительно в своей невинности.

В горле пересохло, и я лишь покачал головой, не в силах ничего ответить. Саша, так и не дождавшись ответной реплики, спряталась за створку шкафа и переоделась обратно, нацепив свой любимый полуспортивный лифчик.

Девушка села рядом со мной, а я тем временем, кажется, почти пришёл в себя.

— Саш, по-моему, было весьма недурно. Бельё действительно красивое.

— Красивое. Но не для меня, понимаешь? Мне всё равно некому его демонстрировать, да и вообще все эти женские штучки не вызывают во мне восторга, — девушка задорно улыбнулась и заглянула мне в глаза. — Порубимся в приставку? Я тебя сделаю.

Я только кивнул в ответ. Конечно, сделаешь, потому что я, как обычно, буду тебе поддаваться.

Я был счастлив, потому что Саше всё ещё некому было демонстрировать её бельё.

Вершинина без слов пустила меня в квартиру и закрыла за мной дверь, жестом приглашая меня на кухню. Она знала, что было бесполезно меня выгонять или спорить: я бы всё равно нашёл способ поговорить с ней.

Передо мной стояла кружка любимого чая, а напротив сидела Саша, всматриваясь в мои глаза. А я искал в себе силы начать разговор.

— Я не собираюсь просить у тебя прощения, Саш, — я закусил губу, замечая, что девушка удивлённо вскинула брови. — Не потому что считаю, что не виноват. Просто я не заслуживаю твоего прощения.

Я опустил глаза, когда увидел, как её нижняя губа предательски дрогнула: ей хотелось плакать, я знал это.

— В таком случае ты можешь идти, Стас, — она хотела быть сильной, но голос предательски дрожал.