Плутовки
Шрифт:
– Тогда иди поскорее. Он в превосходном настроении, несмотря на трагедию с ее величеством. Я об этом позаботилась. Думаю, мне пора иметь детей. Я дам королю еще одного сына. Не одной Каслмейн выставлять напоказ своих бастардов!
– Я приду попрощаться перед отъездом, – пообещала Синара со вздохом. – О-о! На этот раз Уикиднесс оправдал свое прозвище.
Веселый смех Нелл провожал ее, пока девушка спешила к королю. В его приемной уже собрались придворные. Синара протиснулась сквозь толпу и, надменно глядя на стражника, спросила:
– Могу я поговорить со своим кузеном немедленно?
– Миледи!
Синара круто развернулась, полыхая голубыми глазами.
– Да ты знаешь, кто я, глупец? Я леди Синара Стюарт, дочь герцога Ланди, любимого кузена его величества! Я не какие-то остальные и желаю видеть кузена сейчас! И если он не в обществе ее величества, лучше впусти меня, прежде чем я надеру тебе уши за наглость!
Она окинула его уничтожающим взглядом, и секретарь немедленно сник. Он был недавно назначен и еще не успел узнать всех родственников короля.
Стражник, не дожидаясь дальнейших приказов, открыл дверь в кабинет его величества. Синара слегка кивнула и переступила порог. Дверь тихо закрылась. Король поднял глаза и приветственно улыбнулся. Синара присела в низком реверансе.
– Кузина! Какое удовольствие видеть тебя!
– Я пришла попрощаться с вашим величеством, – пояснила Синара. – Сегодня уезжаю домой.
– Ты не намереваешься возвратиться в Уайтхолл, а потом отправиться со двором в Виндзор? – удивился король.
– Я обещала папе ехать домой, если он позволит мне немного побыть при дворе одной. Надеюсь, мне разрешат вернуться, ваше величество.
– Ты всегда желанная гостья при дворе, – заверил король. – Насколько мне известно, граф Саммерсфилд чуть свет уехал домой.
Темные глаза впились в ее лицо. Синара неожиданно для себя разразилась рыданиями. Король немедленно встал и обнял девушку.
– Ну-ну, маленькая кузина, ради Бога, не плачь! Этот человек не стоит твоих слез, если не желает признать то, что видит всякий. Что он любит тебя! – Вытащив из кармана большой шелковый платок, он протянул его Синаре. – Осуши свои глазки, девочка. Я мог бы приказать ему жениться. Ведь ты моя родственница!
– Нет! Не нужно, ваше величество! – всхлипнула Синара, пытаясь взять себя в руки. – Не хочу, чтобы он подобно своему отцу вступал в вынужденный брак. Сначала он должен признать, что любит меня, и попросить у отца моей руки. Только тогда я обвенчаюсь с ним. – Она промокнула мокрое лицо и выпрямилась. – Я знаю, что он любит меня, и он тоже это знает. Но не говорит. Ну почему мужчины бывают такими недоумками?
Король хмыкнул и слегка сжал ее плечо.
– Не могу точно сказать, Синара, поскольку сам мужчина. И, если обещаешь никому не проговориться, готов признаться, что и у меня бывали моменты глупости.
Синара, на минуту забыв о своей беде, хихикнула и, обхватив шею короля, поцеловала в смуглую щеку.
– О, я так люблю вас, ваше величество! – воскликнула она, прежде чем отступить и снова присесть. – Будет ли мне позволено, сир, уехать в Куинз-Молверн?
Король кивнул:
– После того как попрощаешься с ее величеством. Но ты
– Так и Нелли говорит, – оживилась Синара. – Спасибо, ваше величество.
– Прощай, кузина, – кивнул король.
К середине дня все вещи каким-то чудом, сотворенным руками Эстер, были собраны и уложены на повозки. Учитывая позднее время, они смогли только добраться до Гринвуд-Хауса на окраине Лондона, но Синара была довольна, что по крайней мере покинула двор. И радовалась, что проведет ночь в знакомом окружении. Оказалось, что времени послать за отцовским секретарем и потребовать заказать номера в гостиницах у нее не осталось. Им предстояло путешествовать под охраной шести наемников отца, кучера и форейтора.
– Мы отправимся в путь, как только взойдет солнце, – наставляла Синара своих людей, – и будем ехать целый день, с остановкой на обед. Погода стоит хорошая, так что поездка не растянется. Я спешу домой. .
Кучер, не раз совершавший переезды между Лондоном и Куинз-Молверном, знал, где расположены хорошие гостиницы. Эскорт Синары был отличной защитой от разбойников, а ее положение позволяло получить лучшие комнаты. И Синара с каждым днем все больше торопилась оказаться дома. Земли, на которых было расположено поместье отца, представляли собой скопление невысоких холмов с небольшими лощинами, где протекали чистые ручьи и росла зеленая трава. Когда впереди показались родные места и знакомая долина, пролегающая между реками Северн и Уай, Синара остановила карету и, отвязав жеребца, вскочила в седло. Она наконец дома, и именно сюда стремилось ее сердце. Вот они, стены из выцветшего от времени кирпича, увитые плющом.
Послав Пушинку сначала рысью, потом галопом, она помчалась вниз с вершины холма по извилистой тропе, туда, где али родные. За ней пылил большой дорожный экипаж: лошади тоже почуяли близость конюшни.
Глава 20
Герцог Ланди очень обрадовался при виде младшей дочери, вернувшейся на два месяца раньше, чем обещала. Герцогиня облегченно улыбалась. Но Жасмин разбирало любопытство. Однако она знала, что внучка рано или поздно все расскажет. Остается только ждать.
– Итак, ты потеряла надежду на Саммерса, – довольно заметил Чарли. – Я знал, что ты обязательно опомнишься!
– Папа, не делай поспешных выводов только потому, что я приехала раньше, чем намеревалась! Помни, ты дал слово, что не будешь торопить меня до конца года! Я не сдалась! Гарри понадобилось уехать в Саммерсфилд-Парк по каким-то делам. Мне очень нравится, что он заботится о поместье. Вот видишь, он рачительный хозяин. Бьюсь об заклад, ты считал, будто единственное, что интересует Гарри, – получаемый от его наследия доход. Теперь, надеюсь, ты тоже доволен! И я вернусь в Лондон к охотничьему сезону. Король взял с меня слово. Мама, ее величество посылает тебе привет и кузен тоже!