Плотские повести
Шрифт:
Понятное дело, заботы по организации сексуального досуга Второго Любимого Помощника поручались российским послам. Поначалу, конечно, находились и такие, что пытались возражать, даже возмущаться. Но им резонно отвечали:
– В ЦК КПСС пожалуйтесь!
– и добавляли: - Если не можете организовать такую малость, то на хрен вы вообще нужны здесь державе!
И тогда седовласые дипмужи, возросшие еще под сенью легендарного Мистера «НЕТ» со странной фамилией Громыко, вызывали сотрудников помоложе и, отводя глаза в сторону, давали задание по организации «бордельеры».
– Так нужно… для России!
– объясняли они. Юные дипломаты,
Наш посол во Франции, к счастью для себя, накануне уехал в отпуск. На дипломатическом хозяйстве остался временный поверенный, бывший полковник внешней разведки - юркий седовласый губастик в огромных очках, с трудом удерживающихся на красной лоснящейся носопырке. Боясь как огня преподавательской работы, за день до прибытия высокого гостя он специально приехал на выставку, подошел к стенду «Аэрофонда» и отозвал меня в сторону:
– Павлик, вся надежда на тебя! Найди девочек…
– А мальчиков не надо?
– Таких указаний не было… - растерялся он.
– А что, есть информация?
– Шучу. Это Третий Любимый Помощник голубой, как яйца дрозда, а Оргиевич - нормальный мужик!
– Ну и шутки у тебя! Значит, девочек… И лучше русских, их тут много по ночным клубам пляшет. Местных не надо - они нас сразу прессе сдадут… Еще и сами опишут, жоржсандки хреновы! Да, вот чуть не забыл - ужин тоже тебе придется оплатить… Сам знаешь, как посольства теперь финансируются - скрепки купить не на что!
– А что я с этого буду иметь?
– Лично представлю тебя Оргиевичу!
– Мало. Знаете, во сколько мне влетит эта «бордельера»?
– Что еще?
– Братеева там быть не должно!
– Ну ты и мстительный.
– Козлов надо наказывать.
– Согласен.
Познакомиться в непринужденной обстановке с самим Вторым Любимым Помощником - о чем еще можно мечтать! Человек, удачно выпивший вместе с десятым клерком, который в администрации Президента промокашки носит, получает иной раз возможность заработать столько, что и отдаленные потомки не будут знать, куда еще засунуть наследственную зелень. А тут сам Оргиевич!
Но, пораскинув мозгами, на организации «бордельеры» я еще решил и заработать. К стенду «Аэрофонда» уже несколько раз подходил французский хмырь, обсыпанный перхотью, как конфетти. Он имел в России серьезные интересы, разнюхал о предстоящем визите Оргиевича и все выпытывал, когда тот должен посетить авиасалон. Я навел справки и выяснил, что хмырь был чуть ли не последним Бурбоном, наследником французского престола, и славился деловыми связями, а также грандиозными пьянками, которые регулярно устраивал в своей огромной квартире на Елисейских полях. Я заслал к нему Катерину. Бурбон не только согласился полностью профинансировать «бордельеру» у себя в квартире, но и предложил мне сто тысяч франков за посредничество. Возможность нажраться и покуролесить в обществе Второго Любимого Помощника, попутно решив деловые вопросы, стоит дорого!
С прикомандированным ко мне советником по культуре мы объехали лучшие ночные клубы и отобрали дюжину танцовщиц - милых, изящных дев с крупами
Проинспектировать девушек я поручил Катерине, еще злой после подлого поведения Антуана и ночного исполнения роли Жанны д'Арк. Получив от временного поверенного общее представление о сексуальных пристрастиях Помощника, она осмотрела девиц с дотошной ненавистью эсэсовки, отбирающей славянок для господ-офицеров.
Советник по культуре, в прежние годы курировавший по линии КГБ проституток, кормившихся вокруг Интуриста, провел суровый инструктаж:
– Шаг влево, шаг вправо - поедете на родину. И ни одна сука никуда дальше Смоленска сиську не протащит! Вам ясно?
– Ясно…
– Человек с вами будет большой, очень большой! Забудете о нем, как только все закончится. Ясно?
– Ясно…
– Никаких презервативов. Не любит. И полная стерильность. Если у него хоть кольнет потом или капнет, я вам ваши кормилицы навсегда запломбирую! Ясно?
– Я-я-ясно-о… - блеял «экстра-класс», испуганно переглядываясь.
Мне их стало немного жаль, и я приободрил:
– Гонорар тройной, как на Северном полюсе. Не бойтесь, девушки, кому не достанется Большой Дядя - я всегда к вашим услугам!
Катерина усмехнулась.
– А ты, милая, будешь сидеть в шале и греть мне постельку!
– поставил я на место свою любимую секретаршу.
– Как скажешь, Зайчуган!
– покорно шепнула она.
Ведь знал же, что ее покорность заканчивается обычно большой пакостью, но прошляпил и на этот раз!
Временный поверенный был в восторге от того, как выполнено задание. А Второй Любимый Помощник удовлетворенно улыбнулся, оглядев стол, в гастрономическом отношении представлявший собой совершенно бессмысленное, но эффектное смешение французской и русской кухни; седло ягненка под соусом из трюфелей соседствовало со стопкой блинов и ведром красной икры. Посреди стола на огромном серебряном блюде в позе андерсеновской русалочки сидела одна из девушек, обложенная по окружности королевскими креветками. Вдоль одной стены выстроились одетые во фраки официанты, напоминавшие стрижей на телеграфном проводе, а вдоль другой - голые девочки, прикрытые для пикантности листиками кудрявого салата.
– Да, временный, быть тебе послом. Угодил!
– повторял Оргиевич, потирая руки.
– А бабы-то, бабы! Знатная «бордельера» сегодня будет! Налетай, мужики!
– махнул он рукой свите, расположившейся у него за спиной.
А в свите Второго Любимого Помощника, кроме референтов, охранников, прикормленных журналистов и раскормленных шутов, именующихся почему-то ведущими деятелями российской культуры, наблюдались еще две весьма колоритные личности - Гоша и Тенгизик. Это были знаменитые воры в законе, о которых с восторженным испугом писала вся отечественная пресса. Западная печать тоже не молчала. «Фигаро», возмущаясь, уверяла, что, если бы не дипломатические паспорта, французские власти ни за что не допустили бы их в страну, «форбс» прозрачно намекал на то, что с помощью Гоши и Тенгизика Кремль обделывает свои самые пакостные делишки, такие, которые нельзя поручить даже костоломам из бывшего КГБ.