Плот

Бакстер Стивен М.

– Ладно, - оживившись, сказала Шин, - по крайней мере Джейм больше не запрещает вам посещать бар.

– Мы должны быть признательны вам всем за мелкие услуги.
– Грай глотнул из чаши и вздохнул.
– Хотя, может быть, не такие уж они и мелкие...
– Он указал на приближающуюся плиту.
– С тех пор, как сюда прибыли первые Костяшники, вы явно стали с нами поприветливей.

– Это можно понять. Возможно, присутствие Костяшников показало, как много общего между нами.

– Да.

Вращение Пояса вновь принесло бар под приближающуюся плиту. На плите

сидели трое Костяшников - двое мужчин и одна женщина. Они были приземистые, широкоплечие, одетые в поношенную одежду, предоставленную им людьми с Пояса. Шин слышала рассказы о том, во что они одевались там, на своей планетке... Ее опять передернуло.

Пояс использовался как пересадочная станция между планеткой Костяшников и Плотом. Костяшники должны были пережидать здесь несколько смен, а затем отправлялись дальше на грузовом дереве. "В каждый отдельный момент, - напомнила себе Шин, - на Поясе находится только несколько Костяшников..." Но большинству рудокопов казалось, что этого более чем достаточно.

Зевая массивными челюстями, Костяшники смотрели вниз. Один из мужчин встретился взглядом с Шин. Он подмигнул ей и выставил бедра в непристойном жесте. Женщина почувствовала, что содержимое ее желудка подступает к горлу, но выдержала взгляд мерзавца, пока тарелка не зашла за близкий горизонт Пояса.

– Хотелось бы мне поверить в то, что они нам действительно нужны, пробормотала Шин.

Грай пожал плечами.

– Костяшники тоже люди. И, если верить Рису, они не выбирали свою судьбу. Просто старались выжить, как мы все... Хотя они могут нам и не понадобиться. Наша работа с Кротами на звездном ядре идет успешно.

– Правда?

Грай пододвинулся поближе, чувствуя себя уверенней, когда разговор зашел о знакомых ему вещах.

– Ты понимаешь, чего мы пытаемся добиться там, внизу?

– Смутно.

– Видишь ли, если следовать идее Риса о гравитационной праще, то мы должны будем направить Плот по определенной траектории вокруг Ядра. Направление асимптоты весьма чувствительно к начальным условиям...

Шин подняла руки.

– Ты лучше перешел бы на односложные слова. Или еще короче.

– Извини. Нам необходимо пройти по весьма близкой к Ядру траектории. Чем ближе мы пройдем, тем круче будет выгнут вокруг Ядра наш путь. Представь себе пучок соседних траекторий, проходящих близко к Ядру. После того, как они обогнут сингулярность, траектории расходятся, как волокна распутанной веревки. Поэтому даже небольшая ошибка может направить Плот совсем не в ту сторону.

– Поняла... Кажется, поняла. Но ведь это не должно иметь особого значения? Вы нацеливаетесь на туманность, на мишень в тысячи миль.

– Да, но расстояние очень велико. Это весьма тонкое дело. Если мы промахнемся, даже на несколько миль, это может кончиться тем, что мы отправимся в вечное странствие по пустому безвоздушному пространству...

– А чем нам могут помочь Кроты?

– Нам необходимо рассмотреть все возможные траектории пучка и рассчитать, как лучше подойти к Ядру. На расчеты уйдут долгие часы - эту работу для первой Команды, очевидно, выполняли машины. Именно Рису пришла в голову

мысль использовать Кротов.

Шин поморщилась.

– Кому же еще.

– Он предположил, что Кроты когда-то были летательными аппаратами. И если поглядеть повнимательнее, можно увидеть, где крепились дюзы и стабилизаторы. Поэтому, как говорит Рис, Кроты должны разбираться в небесной механике. Понадобились часы игры в вопросы и ответы... Но в конце концов мы получили положительный результат. Теперь Кроты дают четкие ответы, и мы быстро продвигаемся к цели.

Шин кивнула.

– Впечатляюще. А вы уверены в качестве результатов?

Грай слегка обиделся.

– Настолько, насколько вообще можно быть в чем-либо уверенным. Мы вручную выборочно проверили некоторые результаты. Но никто из нас не специалист в этой области.
– Голос его опять посуровел.
– Видишь ли, Главным Навигатором был Ципс.

Шин нечего было ответить.

– Послушай, Грай, кажется, мне пора...

– Ну и что, где старина Квид может здесь выпить?

Голос был низким и лукавым. Шин, пораженная, обернулась и увидела перед собой широкое сморщенное лицо. Улыбка обнажала гнилые остатки зубов, а взгляд бегал по ее телу. Шин инстинктивно отшатнулась. Краем глаза она заметила, что Грай тоже испугался.

– Чего... тебе надо?

Костяшник погладил костяное копье. Его глаза расширились в притворном удивлении.

– В чем дело, дорогая, я только что прибыл и как же меня встречают? А? И это теперь, когда мы все друзья... Тебе понравится старина Квид, когда ты узнаешь его поближе...
– Он шагнул к Шин.

Та не отступила, но на лице ее выразилось отвращение.

– Попробуй подойти ближе, и я сломаю твою чертову руку.

Квид спокойно рассмеялся.

– Хотел бы я посмотреть, как это у тебя получится, дорогая. Вспомни, что я вырос в сильном гравитационном поле... Не в таком ничтожном, как здесь. Твои мышцы выглядят впечатляюще, но бьюсь об заклад, что кости у тебя хрупкие, как сухие листья.
– Он презрительно посмотрел на Шин. Удивлена, что старина Квид использует такие слова как "гравитация", крошка? Может быть, я и Костяшник, но не чудовище и не так уж глуп.
– Квид вытянул руку и схватил Шин за локоть. Хватка у него была железная. Очевидно, тебе нужно преподать урок...

Женщина оттолкнулась ногами от стены бара и, сделав сальто назад, сбросила его руку. Когда Шин приземлилась, она сжимала в кулаке нож.

Одобрительно улыбаясь, Квид поднял руки.

– Ладно, ладно...
– Теперь Костяшник перевел взгляд на Грая, который дрожал, прижимая к груди сосуд с питьем.
– Я слышал, о чем вы тут говорили. Про орбиты и траектории... Но у вас все равно ничего не выйдет.

У Грая дернулась щека.

– То есть как?

– Что вы будете делать, когда направите этот ваш кусок железа к Ядру и обнаружите, что именно этой траектории нет в ваших расчетах? В критический момент, в самой близкой к Ядру точке, времени на обдумывание вряд ли будет больше, чем несколько минут. Что вы будете делать? Повернете назад и начертите еще несколько кривых на бумаге? А?