Плоть
Шрифт:
– Если бы только Гарольд мог видеть тебя сейчас.
– Ну и что с того, что он увидел бы.
– oна слегка поежилась, потирая грудь.
Ее движения ослабили переднюю часть кимоно, расширяя отверстие. Она была распахнуто до самого низа.
– Ради всего святого!
– прошипел Джейк приглушенным голосом.
Она ухмыльнулась.
– Возбуждает?
– Я завожусь сильнее, когда отскребаю собачье дерьмо с ботинка.
Глаза Барбары расширились. Ее лицо покраснело, а спина напряглась. Она потянула кимоно на себя.
– Ах ты, сволочь, - eе
У нее задрожал подбородок.
Джейк с удивлением осознал, что она вот-вот разразится слезами.
Она резко отвернулась от него.
– Кимми!
– закричала она.
– Тащи сюда свою задницу!
– Барбара!
– pявкнул Джейк.
– Да пошел ты.
Она поспешно вышла из комнаты.
Джейк остался сидеть на диване, ошеломленный, злой и растерянный. Что, черт возьми, это было?
Обычно, когда он приезжал за Кимми, Барбара вела себя так, словно он был приезжим крестьянином: надменно, саркастично, в восторге от возможности ткнуть его носом в образ жизни, которого она добилась, бросив его ради Гарольда.
Что же это было сегодня?
Вести себя так, учитывая, что и Кимми, и Гарольд были дома.
Гарольд должен был знать, что она таким образом одета.
Что она пыталась доказать?
Это совершенно очевидно,– подумал он.
– Она пыталась доказать, что способна меня завести.
Посмотри, как она сломалась, когда я спустил ее на землю.
У девчонки проблемы с высшей лигой.
И зашли дальше некуда, иначе она не стала бы выкидывать такой трюк.
Проблемы с Гарольдом?
О, разве это не было бы позором.
Ей-богу, мне очень жаль. Это разбивает мне сердце, шлюха.
Эти жестокие мысли заставили Джейка почувствовать себя немного виноватым. Он говорил себе, что когда-то любил ее, что неправильно желать ей страданий.
А как же Кимми? Если у Барбары и Гарольда были какие-то проблемы, то на нее это, несомненно, могло повлиять. Ему этого не хотелось. Если Кимми придется жить с матерью, а другого выхода нет, пока Джейк не женат, то он хочет, чтобы она жила в доме, где царит любовь и счастье.
Ситуация была терпимой лишь до тех пор, пока он был уверен, что Барбара хорошо о ней заботится. Однако, если судить по сегодняшнему утру, Барбара начала терять самообладание.
Может, это ничего и не значит, – сказал он себе.
– Просто мимолетное отклонение. Завтра у Барбары день рождения. Ей должно было исполниться всего двадцать семь, но он помнил, как она сказала, когда ей стукнуло двадцать один, что с этого момента все будет катиться под гору. Она, видимо, тоже в это верила. Каждый год после этого она впадала
Должно быть, так оно и есть, – решил он.
Демонстрируя свои вещи перед бывшим мужем, чтобы доказать себе, что ей все еще есть чем похвастаться.
А он сбил ее с ног.
Дерьмо.
По крайней мере, было приятно знать, что ее странное поведение было не более серьезным, чем меланхолия по случаю дня рождения.
Если это действительно так.
– Привет, папочка!
Он встал, внезапно почувствовав себя хорошо, когда Кимми подошла к нему, улыбаясь. Как всегда, проведя несколько дней без нее, он был ошеломлен тем, как она прекрасна. Великолепный четырехлетний ребенок с большими голубыми глазами и великолепной улыбкой, она не могла никуда пойти без того, чтобы люди не посмотрели на нее еще раз.
Гарольд стоял в дверях, держа в руках ее дорожную сумку. Кимми держала в одной руке "Клю", своего крошечного плюшевого котенка. Она подняла руки, и Джейк поднял ее и поцеловал.
– Как мой ребенок?
– спросил он.
– Я не ребенок, я маленькая девочка.
– О, ну извини меня.
Откинувшись назад и улыбаясь, она ткнула пальцем в пуговицу рубашки Джейка.
– У, ты испачкался, папочка.
– Неужели?
– oн посмотрел вниз.
Кимми быстро подняла палец и ткнула его в нос.
– Ой! Ты меня сделала!
Рассмеявшись, она пососала указательный палец. В ее глазах светилось озорство. Сейчас будет "мокрый Вилли".
– О нет, не надо, - сказал Джейк, отстранив ее прежде, чем она успела сунуть мокрый палец ему в ухо.
Она хихикнула и попыталась достичь его, но он высвободился и опустил ее на землю.
Не в присутствии Гарольда, – подумал он.
Затем он с горечью подумал, не делала ли она когда-нибудь Гарольду "мокрого Вилли".
– Давай отправляться в путь, - сказал он.
Он протянул руку вниз. Кимми крепко сжала его указательный палец и пошла вперед.
– Желаю вам хорошо провести время, - сказал Гарольд, когда они подошли к нему. Он отдал Джейку сумку с вещами. Его улыбка выглядела натянутой.
– Ты вернешь ее завтра?
Джейк кивнул.
И они ушли. Хорошо было выбраться из этого дома. Он улыбнулся Кимми, гдядя вниз.
Ее улыбка исчезла.
– А разве я не останусь с тобой завтра?
– Только не в этот раз. Завтра у мамы день рождения.
– Это я и сама знаю.
Она бросила на него раздраженный взгляд. Она совсем не одобряла, когда ей говорили то, что она уже знала. Предполагалось, что это было унизительно.
– Ну, ты ведь хочешь присутствовать на ее вечеринке, не так ли?
– Думаю, да.
– Это будет весело.
Он открыл Кимми пассажирскую дверцу, и усадил ее в детское кресло. Пока он пристегивал ее ремнями, она засунула Клю в верхнюю часть своего комбинезончика, так что крошечная серая головка торчала, как кенгуру из сумки матери.