Плохой парень// Bad Guy
Шрифт:
Ким Хан Бин совершенно не был похож на своё фото из документов. На нём на меня смотрел обычный парень. Да, ухоженный и молоденький мальчик. Но фото не способно передать ни харизму, ни внутренний мир человека, когда сделано для паспорта. Этот стереотип работает во всем мире.
Именно поэтому мое тело начало неадекватно реагировать на этого парня, как только его ввели в допросную. У меня словно давление подскочило.
Внешне типичный плейбой. С красивой длинной стрижкой, чёлка, которой так и лезла в его глаза. Дорогой вельветовый пиджак был на тон темнее синих джинсов, которые низко сидели на бедрах,
— Переводчика вызвали? — я обратилась к патрульному инспектору, но меня оборвали, вальяжно развалившись на стуле:
— Не нуждаюсь, агашши, — Хан Бин повернул ко мне лицо и ухмыльнулся, — Я прекрасно вас понимаю и без суфлера.
— Отлично, — ответила сухим голосом и села напротив, махнув патрульному, чтобы оставил нас.
— Вы знаете почему вас арестовали? — открываю папку, и смотрю на фото Мён Хи из морга.
Опять накрывает ощущение апатии, а дыхание учащается, но я возвращаюсь в реальность, а Хан Бин отвечает и складывает руки в замок на груди:
— Не имею и малейшего понятия, за каким хером, меня словно отпетого правонарушителя священных законов Кореи, приволокли в этот храм правосудия, моя госпожа. Но я рад, что смог здесь побывать.
Хам, повеса и словоблуд в одном флаконе. Это подростковая маска детской травмы. Тут два варианта: либо он реально зажранный наследник, либо этот парень не катается как сыр в масле, а выживает в своей среде, как может.
— И почему же? — начинаю смотреть на его лицо, и замечаю как слегка приподнимается уголок его губ, но отвечая, Хан Бин остается в защитной позе, со сложенными на груди руками.
— Иначе я бы не встретил такое произведение небесного творения. Вам говорили, что у вас сногсшибательный цвет глаз, моя госпожа.
— Вы не знаете почему находитесь здесь, но продолжаете плевать на свою судьбу, даже не поинтересовавшись, кто вас допрашивает и по какому праву?
— Вы не поверите, я готов даже за решетку сесть, если каждый день допрашивать меня будете именно вы.
Губы медленно двигаются пока он это говорит, и мой взгляд застывает именно на них. Я годами не слышала ничего подобного в свой адрес. Мне делали комплименты, бесспорно. Но ни разу меня не пытались соблазнять так открыто и нагло.
— Вы думаете если я иностранка, то не знаю ваших правил приличия, Ким Хан Бин.
— Уверен, что знаете.
— И намеренно их обходите. Почему?
— Потому что мне страшно, и я не понимаю что здесь делаю, — он вдруг отвечает честно и размыкает руки, осматривая мое лицо, — Но вы и вправду сногсшибательно красивы. Как кукла. Ни единой лишней детали. Это удивительно,
— Что вы делали вчера вечером в норэбан в здании торговой палаты? — мой голос делается глубоким, а страх начинает скручивать горло словно в тиски, но Хан Бин словно продавливает этот панцирь, своим изучающим взглядом.
— Пел и танцевал, — с ухмылкой отвечает и опирается руками о стол, — Моя госпожа, скажите уже зачем я согреваю здесь мебель своим задом и разойдемся. Если честно, я не привык находиться в таких местах, да и нас в любую минуту может прервать мой адвокат. Страшный человек. Вы не успеете и слово промолвить, а он вам половину криминального кодекса процитирует вкупе с гражданским. Оно вам надо?
— Отвечайте честно, господин Хан, и прекратите эти словесные игрища.
— Валяйте! — он откинулся на спинку стула и сел вразвалочку опять пялясь на меня, как на ту самую куклу.
Ладони начали зудеть, а тело нагрелось ещё сильнее. Мое состояние было совершенно нестабильным, а запертая дверь нервировала всё больше. В такой обстановке понять, он это совершил или нет, я не смогу. Но судя из того, как парень испытующе на меня смотрит, вполне возможно, что Хан Бин действительно не понимает, почему здесь находится.
— Вам знакома госпожа Кан Мён Хи?
Мой вопрос заставляет его лицо немного дернуться. Вальяжность пропадает, и поза становится "деревянной". Он как бревно застывает и смотрит мне в глаза непонимающим взглядом.
— Ам… Это старший секретарь и помощник моего отчима, а что?
— В каких вы с ней отношениях? — мое предположение не может быть ошибочным, хотя выглядит самоуверенно.
— Деловых.
— Насколько деловых? — он выпрямляется и я замечаю, как парень непроизвольно сглатывает прежде, чем ответить.
— Она наш сотрудник.
— Не врите.
— Что происходит? — Хан Бин начинает нервничать, и это заметно.
— Вы состояли с этой девушкой в интимных отношениях или нет?
Резко задаю вопрос и одновременно разворачиваю фото Мён Хи из морга прямо к нему.
И бинго! Он вскакивает, как ошпаренный смотря на то, насколько изуродовано лицо девушки. Это сыграть невозможно. Но это не улика, а косвенное предположение. Реальный испуг человека, который не совершал преступления, был на лицо. Если бы он сделал это непреднамеренно или в состоянии аффекта, максимум отшатнулся бы и скривился. Если бы он был морально разбитым и нестабильным психически, он бы застыл на фото взглядом и молча поднял на меня глаза.
Но Хан Бин вскочил со стула так, что тот перевернулся, а сам парень побледнел настолько, что стал походить на приведение из дешевого фильма ужасов.
— Кто это сделал? — убитый шепот не звучал наигранно.
Он не актёр, хотя пытается им быть.
— У вас был секс с этой девушкой накануне или нет?
— Да, — односложный ответ, и застывший взгляд на фото.
— Она ваша девушка?
— Нет, — парень медленно берет папку в руки, и я замечаю дрожь.
Хан Бина сотрясает дрожь, а в его глазах стоят злые слезы.
— Значит, просто любовница?
— Вместо того, чтобы искать реального ублюдка, который это сделал, вы арестовали меня? — он словно не слышит моего вопроса, и неотрывно смотрит на снимки, чеканя каждое слово.