Плоды просвещения
Шрифт:
Леонид Федорович. Да что вы? Чего вы именно желаете?
1-й мужик. К вашей милости, значит.
Явление двадцать пятое
Те же и Петрищев (быстро вбегает в шинели).
Петрищев. Василий Леонидыч проснулся? (Увидев Леонида
Леонид Федорович.Вы к сыну?
Петрищев. Я? Да, я на минутку к Вово.
Леонид Федорович. Пройдите, пройдите,
Петрищев снимает шинель и скоро идет.
Явление двадцать шестое
Те же, без Петрищева.
Леонид Федорович (к мужикам). Да-с. Ну, так вы что ж?
2-й мужик. Прими гостинцы-то.
1-й мужик (улыбаясь). Значит, деревенские предложения.
3-й мужик. И не толкуй, – что там! Мы жалаем, как отцу родному. И не толкуй.
Леонид Федорович. Ну что ж... Федор, прими.
Федор Иваныч. Ну, давайте сюда. (Берет гостинцы.)
Леонид Федорович. Так в чем же дело?
1-й мужик. Да к вашей милости мы.
Леонид Федорович. Вижу, что ко мне; да чего же вы желаете?
1-й мужик. А насчет совершения продажи земли движение исделать. Происходит...
Леонид Федорович. Что же, вы покупаете землю, что ли?
1-й мужик. Двистительно, это как есть. Происходит... значит, насчет покупки собственности земли. Так мир нас, примерно, и вполномочил, чтобы взойтить, значит, как полагается, через государственную банку с приложением марки узаконенного числа.
Леонид Федорович. То есть вы желаете купить землю через посредство банка, – так, что ли?
1-й мужик. Это как есть, как летось вы нам предлог исделали. Происходит, значит, всей суммы полностью тридцать две тысячи восемьсот шестьдесят четыре рубля в покупки собственности земли.
Леонид Федорович. Это так, но как же приплату?
1-й мужик. А приплату предлагает мир, чтоб, как летось говорено, рассрочить, значит, в получении в наличностях, по законам положений, четыре тысячи рублей полностью.
2-й мужик. Четыре тысячи получи денежки теперь, значит, а остальные чтоб обождать.
3-й мужик (пока развертывает деньги). Уж это будь в надежде, себя заложим, а того не сделаем, чтоб как-нибудь,
Леонид Федорович. Да ведь я писал вам, что я согласен только в таком случае, коли соберете все деньги.
1-й мужик. Это, двистительно, приятнее бы, да не в возможностях, значит.
Леонид Федорович. Так что же делать?
1-й мужик. Мир, примерно, на то уповал, что как летось предлог исделали в отсрочке платежа...
Леонид Федорович. То было прошлого года; тогда я соглашался, а теперь не могу...
2-й мужик. Да как же так? Обнадежил, мы и бумагу выправили, и деньги собрали.
3-й мужик. Помилосердствуй, отец. Земля наша малая, не то что скотину, – курицу, скажем, и ту выпустить некуда. (Кланяется.) Не греши, отец! (Кланяется.)
Леонид Федорович. Это, положим, правда, что прошлого года я соглашался отсрочить, да тут вышло обстоятельство... Так что мне теперь это неудобно.
2-й мужик. Нам без этой земли надо жизни решиться.
1-й мужик. Двистительно, без земли наше жительство должно ослабнуть и в упадок произойти.
3-й мужик (кланяется). Отец! земля малая, не то что скотину, – куренка, скажем, и того выпустить некуда. Отец! помилосердствуй. Прими денежки, отец.
Леонид Федорович (просматривает пока бумагу). Я понимаю, мне самому хотелось бы вам сделать доброе. Вы подождите. Я вам через полчаса ответ дам. Федор, скажи, чтоб никого не принимать.
Федор Иваныч. Очень хорошо.
Леонид Федорович уходит.
Явление двадцать седьмое
Те же, без Леонида Федоровича. Мужики в унынии.
2-й мужик. Ишь ты дело-то! Всё, говорит, подавай. А где их возьмешь?
1-й мужик. Кабы летось не обнадежил нас. А то мы так уповали, двистительно, что как летось говорено.
3-й мужик. О господи! Я было деньги раскутал. (Завертывает деньги.) Теперь что станем делать?
Федор Иваныч. Да у вас в чем дело состоит?
1-й мужик. Дело у нас, почтенный, зависит, примерно, вот в чем: предлегал он нам летось рассрочить. Мир на то и взошел мнением и нас вполномочил; а теперь он, примерно, предлегает, чтобы всю сумму полностью. А выходит дело никак неспособно.
Федор Иваныч. Денег-то много ль?