Плейбой
Шрифт:
Глаза Пирса сузились:
– Что?
Я показала ему телефон, и он молча уставился на экран.
– Он не делал этого. Я знаю, что не делал. Он никогда не прикасался к наркотикам! – сказала я.
– Он сказал мне, что после того, как он узнал, что случилось с его матерью, он никогда не хотел иметь ничего общего с наркотиками. Пожалуйста, Пирс, вы должны поверить мне. Он не делал этого!
Я знаю, что лепетала в тот момент, но Пирс все равно не ответил.
Мама и я обменялись испуганными взглядами, опасаясь его реакции, а спустя
Только когда он добрался до лифта, я услышала, что он бормотал что-то себе под нос.
Это было похоже на то, что хочет убить кого-то.
Ой, блять....
Кэм действительно в беде!
Глава 24
Кэм
К концу дня мне, наконец-то, удалось испечь кексы, и я на самом деле очень горжусь тем, какими они получились. Я украсил их розовой глазурью с розовыми и фиолетовыми засахаренными сердечками.
Это была, пожалуй, самая девчачья вещь, которую я когда-либо делал, и большинство из моих старых друзей, вероятно, решили бы, что я был самой большой киской на земле, если бы увидели меня сейчас, но я не дам этому дерьму случиться.
Я знал, что Ане понравится мой домашний сюрприз, и все, что меня заботило сейчас это желание сделать ее счастливой. Даже если сейчас я и был похож на подкаблучника.
Мой телефон вибрировал как сумасшедший весь день, но я подумал, что это электронные письма и голосовые сообщения из различных газетенок, где люди хотели получить интервью со мной, чтобы обсудить отношения с Аней.
Блять. Наши отношения были между нами и только между нами, и нам не нужно было еще больше гласности ни для нас, ни для нашего бизнеса.
Винт публичности. С меня в любом случае хватит.
Я быстро принял душ, сложил кексы в контейнер, а затем взглянул на часы на стене, чтобы узнать время.
Четыре часа.
Сейчас у Ани закончились занятия, но она сказала, что ей нужно вернуться в общежитие, чтобы кое-что сделать, так что я решил сделать ей сюрприз, появившись у нее на пороге.
Говоря о сюрпризах... В ту минуту, когда я вышел из дома, меня встретили вспышки фотоаппаратов и толпа журналистов, собиравших сплетни.
Какого черта?
Пару дней назад, они, казалось, исчезли после того, как все окончательно потеряли интерес к скандалу с сексом, но сейчас они работали в полную силу. Я отталкивал всех, крича на них:
– Я не даю никаких интервью об Ане и новостей, так что оставьте меня.
Я был прерван журналистом, показывающим фотографию с моим лицом.
– Это правда? Вы снова на наркотиках, Кэм?
– Что? – я скосил глаза на фото, и мой живот скрутило.
Яна! Эта ебаная сука!
Она сделала фотографию, когда достала
Я думал, что стер сахарную пудру с лица, но, видимо, что-то пропустил, на снимке были пятна вокруг носа.
Дерьмо, дерьмо, дерьмо!
– Вот почему вас отстранили от гонок шесть месяцев назад, не так ли? – выкрикнул еще один журналист, тыкая микрофоном мне в лицо.
– Не можете избавиться от этой привычки, а?
– Нет, я никогда не прикасался к этому. Это какое-то недоразумение, как и в прошлый раз. Теперь возвращайся в ад.
Мой голос был едва слышен за остальными криками, хотя я громко говорил, и толпа журналистов вокруг меня сгустилась. Я снова пытался оттолкнуть их:
– Боже, уебывай из моего…
Меня перебил знакомый голос, который буквально лаял на толпу:
– Отвали от моего сына! Сейчас же!
Все замолчали.
Очевидно, они не ожидали увидеть моего отца, выступающего в мою защиту, и я не ожидал, что он в состоянии это сделать, учитывая то, что он сказал обо мне вчера вечером.
Честно говоря, я был ошарашен.
Он легко маневрировал сквозь толпу, журналисты расступались перед ним, и он кивнул на меня, прежде чем положить руку на плечо и встать рядом со мной.
– Я сожалею о прошлой ночи, - прошептал он мне.
– Я не должен был говорить что-то настолько ужасно о тебе. Ты не похож на свою мать... По крайней мере, не в плохом смысле. У нее были свои недостатки, но у нее были и хорошие моменты, и я думаю, что у тебя на самом деле есть много хороших качеств от нее.
Я собирался поблагодарить его, когда он прокашлялся и обратился к журналистам и фотографам, которые толпились вокруг:
– Ладно, слушайте, вы стая стервятников! Мой сын ни разу не прикасался к наркотикам. В гоночном скандале в начале этого года участвовали члены его экипажа, которые были на кокаине, и с Кэма были сняты все обвинения, как знал бы любой из вас, если бы удосужился прочитать этот проклятый отчет! Он был только отстранен из-за его связи с беззаконниками, которые отрицательно сказываются на Ассоциации автогонок. Как на этом фото, которое вы уже увидели, я знаю, что это полная чушь. Это явно фотошоп. Так что вы должны оставить нас в покое, или я подам на вас в суд за клевету. На самом деле, я думаю, я буду просто идти вперед и в любом случае подам на вас в суд, поскольку вы уже опубликовали всю эту несусветную чушь о моем сыне.
Уголки моих губ поползли вверх в намеке на улыбку, когда отец сделал суровый выговор СМИ. Я все еще не мог поверить, что он придет ко мне на защиту. Старый добрый папа. Он всегда помогал мне в прошлом, но прошлой ночью, я думал, что окончательно потерял его как союзника.
Нет, он пришел ко мне еще раз.
Я толкнул его в бок:
– Ум....Пап... На самом деле это не фотошоп.
Он повернулся ко мне с таким выражением ужаса в глазах, что я думал, что он может упасть от сердечного приступа в любую секунду.