Плейбой
Шрифт:
Зарывать голову в песок – неправильный выбор, но это было всем, что я хотела делать в течение следующих нескольких дней.
Я повернулась к Кэму:
– Где, ты говоришь, этот домик?
Он следил за дорогой:
– В Адирондаке. Он довольно простоват. Нет стационарного телефона или интернета, хотя у нас все равно будет сигнал. Не волнуйся, я знаю приложение, которое может сделать так, что наши телефоны перестанут отслеживаться по GPS. Я скачаю его на телефон, когда мы остановимся, чтобы размять ноги.
– Хорошо. В том домике есть электричество?
– Да, мы же не за решеткой, - сказал он с ухмылкой.
–
– Так твоя мама оставила его тебе?
– Вроде того, - его улыбка увяла.
– Это нормально, если ты не хочешь говорить об этом, - сказала я, чувствуя, что мое упоминание его матери расстроило его. Все, что я знала о ней было то, что моя мама сказала мне, что она ушла от Пирса, когда Кэм был ребенком.
Он вздохнул:
– Все нормально. Наверное, станет легче, если я поговорю об этом, и нет никого, с кем я предпочел бы поговорить о моей матери.
Я потянулась и положила руку на его бедро, он продолжил.
– Она оставила моего отца, когда мне было всего пять месяцев. Когда я рос, он никогда не говорил мне причину. Он просто сказал, что она заболела, и ей пришлось уехать. Теперь я знаю, почему он настолько расплывчато говорил об этом. Он не хотел, чтобы она выглядела плохим человеком в моих глазах и скажи он мне настоящую причину, это расстроило бы меня.
– Какова была реальная причина?
– У нее были... проблемы, - ответил он.
– Она была довольно дикой и сумасшедшей, когда была молода, и в конце концов у нее появились проблемы с наркотиками. Она прятала их от отца в течение долгого времени, но недолго. После того, как я родился, она скатилась до еще более плачевного состояния, и он понял это. Он пытался заставить ее лечь в клинику, но она отказалась. Она сказала, что просто не хочет ребенка и не готова ухаживать за мной. Она сказала, что я был ошибкой. Потом она ушла, и мой отец даже не знал куда она пошла.
– Это ужасно, - сказала я тихо.
– Да. Меня всегда беспокоило, что он был настолько расплывчат в том, что произошло с ней, и, однажды, когда мне было восемнадцать, я заставил его сесть и рассказать мне правду. Так он и сделал. Несмотря на все, что он сказал мне, я хотел найти ее, чтобы просто посмотреть ей в глаза и спросить ее, счастлива ли она после отказа от нас.
– Ты нашел ее?
– Нет. Я нашел ее семью. Они сказали мне, что она умерла пять лет назад, до того, как я пришел, чтобы увидеть их. Они пытались связаться со мной раньше, дать мне знать, но они не смогли дозвониться до меня, потому что папа разорвал все контакты с ними, чтобы они не напоминали о ней. На самом деле он даже не знал, что она была мертва.
– О... боже. Это ужасно!
Мое сердце болело за Кэма, когда он продолжал свой рассказ. Я не знала, что он пережил столько эмоциональной боли. Он всегда казался таким счастливым и всегда был так быстр, чтобы реагировать на все с шуткой, когда в действительности он прятал эту тайну душевной боли все время.
- Да. Я как раз собирался начать учебу в колледже в то время. Я был чертовски потрясен на некоторое время после того, как узнал. Начались гулянки, в итоге я бросил колледж через несколько недель после начала учебы. Я просто не мог ничего делать некоторое время. Папа был зол, что я бросил учебу, но думаю, он понял, что я переживал. Он всегда был хорошим, - Кэм сделал глубокий вдох, а затем продолжил.
–
– Он помогал мне, как мог. Спросил меня,
– Он занялся и карьерой модели?
Он покачал головой:
– Нет, я сделал это самостоятельно.
– Так что насчет дома? Как это произошло?
– Семья моей мамы сказала, что она жила там последние несколько лет, пытаясь очиститься и разобраться в себе. По всей видимости, она, наконец, поняла, как ужасно было бросить меня и папу, и она планировала найти нас и извиниться. Прежде, чем она смогла, она заболела пневмонией и умерла. Я предполагаю, что ее иммунная система стала хреновой после нескольких лет употребления наркотиков.
– Так вот почему ты так против наркотиков.
– Да. Они сказали, что они хотели бы, чтобы у меня был этот домик. Они сказали, что моя мама хотела этого. Это хорошее место, поэтому иногда я езжу туда, чтобы расслабиться и очистить голову.
– Но тогда твой отец узнает где мы?
Кэм покачал головой:
– Нет. Он не знает о хижине. Когда я сказал ему, что пошел искать ее, он не хотел иметь с ней ничего общего. И я не виню его за это. Но, да... Он знает, что она уже мертва, потому что я сказал ему, что нашел ее семью. Он не хотел знать, где она была, он не хотел говорить с ней или ее семьей... Ни с кем. Поэтому он не знает о доме.
– Я не знала. Прости, Кэм. Я хотела бы, чтобы ты нашел свою маму и поговорил с ней, прежде чем она умерла.
– Да, знаю. Я много думал об этом. Я много раз представлял ее и прокручивал в голове разные варианты разговоры между нами. Я представлял, что она извинится передо мной за все, и что я простил ее. Но, очевидно, я никогда не имел такой шанс.
- Так ты хочешь простить ее?
Он кивнул:
– Да. Это повлияло на меня, когда я рос. Я был адски зол на нее, когда я узнал, почему она уехала, но, в конце концов, я был готов отпустить ее, если она действительно раскаивается, просто так я мог бы просто иметь хоть какие-то отношения с ней.
– Где бы она ни была сейчас, я уверена, она знает, что ты прощаешь ее за то, что она сделала, - сказала я.
Кэм только хмыкнул в ответ.
Мы ехали в тишине некоторое время, никто из нас не знал, что еще сказать на эту тему.
История Кэма была такой грустной, что на мгновение я забыла причину, почему мы были на пути к хижине, но вспышки моих предыдущих ошибок стали мелькать в голове в течение нескольких секунд после наступления тишины между нами.
Я не могла поверить, какой идиоткой я была! Как я могла забыть выключить свою веб-камеру?
Я съежилась при мысли, что более миллиона человек смотрели, как я сплю с моим сводным братом, и я напряглась еще больше при мысли, что я, возможно, сделала с образом Кэма.
Думаю, я могу смело сказать, что была ужасна в карьере менеджера.
Где-то около половины третьего утра Кэм повернул машину на узкую, обсаженную деревьями дорогу, и спустя две минуты мы остановились на стоянке напротив старого деревянного домика.
Его раннее описание домика было верно, он действительно выглядел, как деревенский, казалось, что он был построен более ста лет назад. Все равно его вид радовал глаз, и я была готова поспорить, он будет выглядеть еще красивее при свете дня.