Плеяда

Суконкин Алексей

– Товарищ генерал, - Ветер набрался смелости. – Я вам давал координаты пунктов управления бригад противника… вы их… не били?

– Нет, - вдруг признался Каскад. – И не спрашивай, почему. Но, мы сегодня хорошо поработали, врагу сегодня тоже было не очень комфортно.

Ветер уже собрался было довести до генерала перехват, относительно отмены удара по штабу двести второй бригады, но почему-то сдержался.

Поговорив с командующим, Ветер попросил сделать ему кофе, после чего откинулся в своём кресле и прикрыл глаза. Первый день

наступления подходил к концу. Впереди была первая ночь, которая, он знал это точно, будет насыщена не менее активными событиями, в ходе которых обе стороны попытаются добиться хотя бы какого-то успеха.

***

«Гладко было на бумаге, да забыли про овраги», - эту поговорку Репер вспомнил несколько раз, пока толкал миномёт, с ног до головы покрывшись грязью, вернее, липкой плодородной почвой, по которой пришлось катить колёсный ход. Несколько раз, заслышав визг дронов-камикадзе, артиллеристы разбегались по кустам, но Бог миловал, и вражеские операторы или не замечали их, пролетая по маршруту в сторону Востриково и Стратьевки, или игнорировали, намереваясь найти в посёлках более жирные цели. Миномёт, укутанный брезентом и маскировочными сетками, с виду не казался чем-то опасным и, соответственно, достойным поражения. Возможно, враг принимал его за тележку, на которой вывозили убитых или раненых.

В преддверии сумерек, когда до «Десны» оставалось метров триста, Репер обратил внимание, что группа Брабуса должна уже была доставить мины в означенное место и попасться им навстречу, возвращаясь обратно, но этого до сих пор не случилось. Подозрения окрепли, когда он дошёл до перекрёстка лесополос, где их тоже не оказалось. Не было и никаких обозначений оранжевым шнуром на кустах.

– Где эти балбесы? – Репер достал рацию и связался со Зноем, оставшимся за старшего на батарее. – Зной, Брабус приходил?

– Так точно, товарищ капитан! – бодро ответил Зной. – Взяли ещё двенадцать мин и ушли.

– Давно?

– Тридцать малых.

– Когда вернутся, пусть меня ждут.

– Принял.

Поговорив со Зноем, Репер вернулся к миномёту, оставленному на некотором расстоянии до перекрёстка, оставаясь таким образом на обратном скате высоты, невидимый для противника, и принялся раздавать указания по установке.

– Мужики, работать будете всю ночь, - сразу предупредил командир батареи. – Копаем окоп здесь, - он указал место.

Сам же Репер приступил к «привязке» миномёта к местности. Зная, что в данном районе обе противоборствующие стороны подавляют сигналы спутниковой навигации, капитан даже не пытался с помощью спутников определить своё место – всё было гораздо проще – пересечение линейных объектов давало ему высокую точность топографической привязки, отсюда он отложил семьдесят метров, измеренные шагами от перекрёстка до места установки миномёта. На смартфоне, в открытой программе «Альпенквест», он выставил точку стояния по видимым ориентирам, после чего определил угломер на одну из мачт ЛЭП, проходящей

неподалёку от Стратьевки и хорошо наблюдаемой с огневой позиции.

Когда через час яма для установки миномёта достигла достаточных размеров и туда с большим трудом удалось его установить, Репер прильнул к прицелу, добиваясь установки рассчитанных значений.

– Колун, смотри сюда, - Репер подозвал к себе командира миномёта. – Видишь мачту ЛЭП?

– Вижу, - кивнул Колун.

– Угломер на неё – восемнадцать - двенадцать. Запиши.

– Записал, - ответил Колун, записав названные цифры в свой специальный блокнот.

– Это будет точка наводки.

– Понял, - кивнул командир миномёта.

– Проверь рацию.

Колун достал свой «Баофенг» и нажал кнопку передачи, рация Репера зашипела.

– Хорошо, - кивнул капитан. – Теперь запомни, и для верности тоже запиши в блокнот: когда я буду диктовать тебе установки прицела, к услышанным парам цифр прибавляй два. Например, надо «восемнадцать – двенадцать», но по рации я буду говорить «шестнадцать – десять». Понял?

– Ну, понял. А зачем это, товарищ командир?

– Станции у нас с тобой открытые, их слышат все, кто хочет, и чтобы огневую позицию нам по обратному отчёту не засекли, будем шифроваться, как можем…

– А, - Колун улыбнулся. – Я понял.

– Только не забудь, пожалуйста. Если забудешь прибавить два, я тебе потом все руки выдерну через задний выход.

– Не забуду, - уверил Колун.

– Ну, отлично, я тогда пошёл. Копайте и маскируйте. Я скоро вернусь.

Репер налегке стал спускаться по «Неве», прислушиваясь к звукам. Пока он шёл, над ним не пролетело ни одной «истерички» - в темноте могли работать только системы, оснащённые тепловизорами – и они вскоре уже должны были появиться – как только остынут предметы, нагретые солнцем.

С установленного рубежа он посигналил фонариком дозору и назвав пароль, оказался на опорном пункте. Найдя солдата, который ему подтвердил проход Брабуса, Репер уточнил у него направление, куда ушли подносчики боеприпасов.

– Так вон туда они и пошли, - простодушный боец указал на «Амур».

– А чего ты мне сразу не сказал? – вспыхнул Репер,

– Так вы не спрашивали, - наивно ответил боец.

– А ты сам не видел, что мы как бы в разные стороны шли?

– Ну, видел, - кивнул солдат. – Но мне почём знать, куда кому идти надо…

Боец был прав, и Репер, махнув рукой, двинулся на батарею. Брабус и его «команда» спали на нарах, выполняя приказ командира батареи ждать его появления.

– Слышь, балбес! – Репер сдерживал себя, чтобы не учинить расправу. – Ты куда мины отнёс?

Брабус спустился с нар на пол.

– Товарищ капитан, как вы и просили, на край лесополосы. Мы их там замаскировали. Двадцать четыре осколочно-фугасные мины. Всё, как вы приказали.

– А на край какой полосы, Брабус?

– Ну, вот той…