Пленники рая
Шрифт:
— Вполне возможно. Только вот зачем же она им нужна?
— А чего тут неясного, сидеть с девочкой.
— Думаешь?
— Ага, уверен.
— Тогда где она? Саванчук с дочерью уезжали только вдвоем! Думаешь, она ехала в багажнике?
— Наверное, она их ждет там, куда они поехали.
— А куда они поехали?
Он коротко рассмеялся:
— Так спрашиваешь, как будто они посвящали меня в свои планы.
Алиса опустила голову и пробежала глазами запись до конца.
—
— Ничего интересного, пишет, что ей страшно, почему страшно — ни слова.
— Странно все это.
— Эй, голубки, — вбежала в комнату Рита лишь в одном полотенце, — искупаться не хотите?
— Нет, — в один голос ответили они.
— Как хотите, дайте только банку, Илья требует закуску.
Молодые люди переглянулись, и Алиса указала на кусок печени на краю стола.
— Вот это мы обнаружили в банке.
Рита сморщилась и поднесла пальцы к губам.
— Боже, я оттуда ела, — рука переместилась на горло, а во взгляде сквозило столько отвращения, что Алисе самой стало нехорошо.
— Но откуда? Кто так мог пошутить? — взорвалась Рита.
— Не думаю, что это была шутка.
— Тогда… — глаза девушки выкатились, и она громко охнула, — что же делать?! Нужно позвать Илью, Дениса, нужно всем рассказать! А вы чего сидите?!
— Тише, — попытался успокоить ее Кирилл, — оттого, что мы сейчас всем растрезвоним, легче никому не станет!
— Это тебе так кажется, — фыркнула Рита, плотнее запахивая полотенце.
— Ну беги, зови всех, — развел руками Кирилл.
Девушка хотела позвать остальных, но, заметив тетрадь, остановилась.
— Что это у вас?
— Дневник дочери Саванчука, — перелистнула еще несколько страниц Алиса.
— И что там?
— Трудно сказать. Много чего написано, а что к чему все равно неясно.
Рита поежилась.
— Я пойду позову парней. Черт побери, а я уже думала все в порядке и мы зря волновались.
— И я так думал, — негромко отозвался Кирилл.
Алиса промолчала. Она никогда не думала, что тут все в порядке. Место оказалось странным, если не сказать — пугающе странным. Кирилл взял у нее тетрадь и, открыв где-то посередине, начал читать:
Сегодня мой день рождения. Я самая счастливая. Папочка подарил мне две барби и прекрасный розовый домик для них, еще машину и лошадь. Я уже играла с ними. Вечером будет торт, папа поехал специально за ним. Он обещал, что купит свечки, и мы их зажжем, чтобы я могла загадать желание. Я уже знаю, что загадаю. Чтоб мы уехали отсюда далеко-далеко, навсегда и только вдвоем. А еще я хочу, чтобы сегодня вечером мы могли быть только вдвоем. Я не хочу, чтобы она приходила, она только все портит. Она злая. Когда я говорю об этом папе, он не верит
— Думаешь, это она про Тамару? — спросила Алиса.
— А про кого же еще? Может, это какая-нибудь сиделка ее матери, которой та очень благодарна.
— За что?
— Ну, например, жена Саванчука попала в аварию, а Тамара была ее сиделкой.
Алиса громко хмыкнула.
— Мы не знаем наверняка, что случилось с ее матерью.
— Ну хорошо, не знаем. Я просто предположил. Во многих ужастиках именно так.
Алиса в бессилии закатила глаза.
— Мы не в ужастике.
Парень натянуто улыбнулся, и задумчивый взгляд с пляшущими в зрачках языками пламени остановился на куске печени.
— Это еще как подумать.
С шумом распахнулась дверь, и подобно вихрю ворвался Илья.
— Что с моей закуской?! — было первое, что тот спросил. Следом появилась Рита и показала ему печень, хранившуюся ранее в недрах банки.
Илья смачно выругался и плюнул в камин. Денис никак не отреагировал, лишь непонятно зачем вытер губы.
— А где Ксюша? — через несколько томительных минут молчания спросил он.
— У себя в комнате, не думаю, что нужно ее беспокоить.
— Согласен, — кивнул Илья, со злостью косясь на банку.
— Что же делать? — заскулила Рита. — Мы не можем здесь оставаться. — Девушка набрала побольше воздуху в легкие и выпалила: — Тут орудует маньяк!
Даже несмотря на напряженную ситуацию, все засмеялись, а Илья подошел к ней и чмокнул в висок:
— Ты прелесть.
— Я серьезно, — в голосе послышались истеричные нотки.
— Рит, все нормально, — заверил Денис, — я больше чем уверен, не маньяк тут орудует, а местные жители прикалываются.
— Делать им нечего, как прикалываться, — огрызнулась Рита.
— А чего им действительно делать, — хохотнул Илья. Он весело подмигнул Кириллу и взял у него тетрадь.
— Что за мемуары?
— Это мемуары доченьки хозяина этого дома! — крикнула Рита. — А если это Саванчук? А если ему не нравится то, как мы себя тут ведем? А что если…
— Цыц, — оборвал Илья и писклявым голосом начал читать:
Пруд — это место, где мне спокойно, но только не теперь. Теперь там страшно, так же как тут — в доме. Не могу больше слышать эти ужасные крики. Не понимаю! Не понимаю! Не понимаю!
Театральные способности, призванные посмешить друзей, куда-то исчезли, и последнюю фразу Илья дочитал заупокойным, хрипловатым голосом:
Почему же папочка не хочет понять, какое это страшное место, какая страшная ОНА…