Пленники Диргана
Шрифт:
– Почему ты уверена, что это те же самые психи, которых вы держали на Гамилькаре? – спросил Клык, отступая с Наждаком и Бобусом ко входу в тоннель, по которому все они недавно сюда попали.
– Я была бы счастлива, окажись это и впрямь «те же самые»! – ответила Лавина. – От «тех же самых» я бы знала, чего ожидать. А от этих психов можно ожидать всего, чего угодно. Вплоть до того, что они прожгут «Шпир» насквозь, а то и вовсе превратят его в облако пара!
– Почему ты вообще решила, что они должны взорваться?
– А ты хочешь поспорить, что нет?
Спорить с
– Если ты это обо мне, то ты меня с кем-то путаешь – я не была женщиной легкого поведения. Даже когда одно время работала под прикрытием в банде наркоторговцев, – прокомментировала ругань Клыка Лавина. Очевидно, она плохо понимала грубый армейский юмор вильдеров, который не покидал их даже в минуты крайней опасности.
Была ли грозящая им в эти минуты опасность крайней, им еще только предстояло выяснить. Но когда по корпусу звездолета пробежала дрожь, а по тоннелю пронесся зловещий гул бушующего неподалеку пламени, Ржавый понял, что несостоявшийся спор с Лавиной он проиграл бы. В ответ на разразившийся в коридоре пожар на «Шпире» вновь грянула тревога, были заблокированы все отсеки и сработала система пожаротушения. И все-таки Бенталь и Шини не прожгли корабль насквозь! И коридорные стены тоже не прожгли, а иначе ворвавшийся в тоннель жар опалил бы Клинкам пятки. В лучшем случае. А в худшем они не добрались бы обратно до лазарета, оставшись лежать здесь в виде обугленных трупов.
Но пока они не горели заживо и могли ползти, этому можно было только порадоваться. Ведь если корабельные переборки по-прежнему их оберегают, значит, для них еще не все потеряно. Чего, похоже, нельзя было сказать о Готфриде, Ленце и оставшихся заложниках-сайтенах. Их судьба после всего случившегося виделась теперь совершенно пропащей…
Глава 26
Совещание по итогам произошедшего в коридоре проходило хоть и в безрадостной, но все же в рабочей атмосфере.
Скромный оптимизм союзников объяснялся тем, что Лавина Карр, удостоверившись, с какой угрозой они столкнулись, заявила, что немного знакома с таким противником. Проработав на Гамилькаре в изоляторе для самовозгорающихся психов, она набралась кое-какого опыта в общении с ними. И надеялась, что сегодня он ей тоже пригодится.
– Не могу утверждать наверняка, что случилось на шаттле Готфрида, поскольку я там не была, – заметила Карр, – но готова предположить, что это не он поймал «горелку», а «горелка» поймала его. А также всех, кто был с ним на борту. Из чего следует, что пока они вели на нее охоту, она в это время вела охоту на них. И ей в этой игре повезло больше.
– Значит, дело было вовсе не в ловушке и не в том, как здорово плазмоид в нее угодил? – спросил Клык. – Значит, он лишь притворился, что попал в ловушку, а на самом деле она вообще не сработала?
– Возможно, и сработала. Но оказалась не такой эффективной, как рассчитывали мароманны, – ответила
– А куда она сама после этого девалась? – спросил Вертун. – Если она освободилась из капкана, то почему не сгорел шаттл? А если она смогла переселиться в человеческие тела, почему в таком случае они не сгорели?
– Не сгорели они по той же причине, почему не горели и прежде, когда эта болезнь заражала других людей, – пояснила Карр. – А вот первый вопрос намного сложнее. Действительно, если бы плазмоид вырвался из ловушки, от шаттла и всех его пассажиров осталось бы лишь облачко пепла. Поэтому резонно предположить, что он дотянулся до них, не покидая криосаркофага и электромагнитного контура.
– Так что же, по-твоему, выходит, «горелка» все еще находится на шаттле?! – воскликнул Грир.
– По всей видимости, да, – кивнула сайтенка. – И она может добраться до нас, если мы не будем осторожны. Хотя то, что никто из нас пока не сошел с ума, – хороший признак. Очевидно, плазмоид воздействует на сознание человека лишь на небольшом расстоянии. И мы рискуем попасть в радиус его поражения, если сунемся в тот шаттл или в ангар, где он стоит.
– Или если слуги плазмоида притащат ловушку с ним под дверь лазарета, – добавил Клык.
– Это исключено, – раскритиковал его гипотезу Нублар. – Ловушка слишком большая и тяжелая, чтобы таскать ее по коридорам. Дальше грузового трюма ее не переместить. Хотя для нас это тоже опасно, поскольку трюм находится ближе к лазарету, чем транспортный ангар.
– А что, если вышвырнуть «горелку» в открытый космос? – предложил Ржавый. – Лавина говорила, что вильдеры не подвержены такой заразе. Так что если я, Грир и Вертун доберемся до ангара, мы можем попробовать уничтожить источник угрозы. Если, конечно, вы дадите нам все нужные инструкции.
– Я не утверждала, что у вас на эту болезнь иммунитет. Я говорила, что мне неизвестны случаи заболевания ею вильдеров, вот и все, – уточнила Карр. – Хотя в нашем случае риск проверить это на практике того стоил бы. Только вы, кажется, забыли, что я не всемогущая колдунья. И что у меня все еще нет доступа к системам управления шаттлами и шлюзами. Но мы можем зайти с другого бока – заставить Готфрида сделать то, что нам нужно.
– И каким образом нам заставить его при этом не сгореть и не превратить нас в головешки? – скептически хмыкнул Нублар.
– Есть одно средство, – ответила Лавина. – Мы применяли его на «Блитц-4» лишь в экстренных случаях, поскольку оно негуманно. Но сейчас вопросы этики волнуют меня меньше всего на свете. Чтобы обезвредить и взять под контроль зараженного, ему надо ввести коктейль из большой дозы транквилизатора и угольной кислоты. Обычного человека это, конечно, сразу убьет, но эти психи – уже не обычные люди. Угольная кислота купирует у них начавшуюся реакцию самовоспламенения, а транквилизатор, соответственно, их успокаивает. Надо только успеть накачать этим раствором Готфрида до того, как он набросится на нас. После чего он станет настоящим паинькой и совершенно не опасным.