Плененная льдом
Шрифт:
— Так давай я тебе лапы переломаю, — задумалась на мгновение волчица, вгрызаясь в кусок сыра, — авось тебя тоже кто спасет… Грех не воспользоваться шансом, ты не находишь?
— Выпей, — Ролан передал мне стакан с горячим чаем, косясь при этом на Джастина, — доведет он ее…
— Кого доведет? — не сразу сообразила я.
— Риску, — хмыкнул маг, — после того, как я принял аниморфа к себе, он успокоился и стал молчалив в обычное время. Он так себя ведет, когда сильно волнуется, будь то сражение или красавица волчица.
Аниморф
Эбол при этом молился, скрипел зубами, но продолжал изучать лед, что-то выливая на его поверхность.
Мы все понимали, что этот привал лишь затишье перед бурей, смотрели друг на друга со страхом, а затем…
— Что-то не то.
Все замерли на местах, вглядываясь в горизонт. Я прижала к себе руки, пыталась справиться с волнением и смотрела на то, как в небе сгущаются тучи. Далеко, где-то возле руин древнего замка…
Легкие хлопья снега… Они медленно падали на ледяное покрывало, мягко опускаясь все ниже и ниже…
— Ветра нет, — шепнул Каил, сжимая рукоять меча, — небо чистое…
— Снег идет, — шепнула я, ловя снежинку кончиками пальцев.
— Снега нет… — тихо, еле слышно прошептала Лимма и в это же мгновение все резко изменилось.
Затишью пришел конец, как и иллюзии, неизвестно кем созданной.
Небо над головой дрогнуло, в это же мгновение Ролан бросился в сторону, рывком толкнув меня в сугроб. Глаза мага наполнились желтизной, на лице проступил оскал, а в сердце зародилась ярость. Это чувство поглощало собой его разум, заставляло сражаться и двигаться вперед, снова и снова создавая защитные контуры.
Острые ледяные копья падали с неба. Они пронзали толстую кромку льда на поле, ломая его на множество больших кусков. Все кинулись врассыпную, Калеб колдовал прямо налету, выпуская череду огненных пульсаров, но они не смогли разрушить ни единого копья…
— Где эта тварь? — орал Эбол, уходя от атаки. Его сила в подобном бою была бесполезна, он не мешал, натянул тетиву лука, направив смазанные ядом стрелы в небо и был готов всадить их врагу прямо в глазное яблоко.
Но враг не появился, в отличие от ледяных шипов и резких порывов ветра.
Магия архимага создала защитный барьер, пока колдун возводил преграду, Эбол и остальные прикрывали ему спину, Ролан дробил шипы прямо в воздухе, я же не вмешивалась, пытаясь рассмотреть то, что было скрыто в снежном вихре…
— Ролан… РОЛАН! — я указала рукой в сторону снежного облака, внутри которого был спрятан враг. Мы знали, что сейчас будет…
— Калеб, если тебя ранят…
— Знаю, Ролан, — тихо прошептал маг, — ты снесешь мне голову, либо мне повезет и Сэра успеет сделать меня неуязвимым к чуме, в чем я дико сомневаюсь.
— Я ожидал увидеть руины, останки драконов, брошенные дома, найти ответы на вопросы, но не все это! — рычал Сирис, резко повернув в сторону Дьёна. Оборотни первыми услышали тихие,
Нежить… Та, что заражена…
Ветер резко стих, снежный вихрь все еще клубился в небе чуть ниже уровня облаков, за белой дымкой и снежной стеной все видели слабое мельтешение.
Чей-то голос… Отдаленно напоминающий человеческий… Рычание… Кто-то с силой вдыхал воздух…
— Отойди, — Риска рыкнула Эболу, заставляя воина уйти в сторону, — и не мешай.
— Дура, я не просто так с вами…
Риска не обиделась на слова капитана, к тому же мужчина спустя секунду смог отлично продемонстрировать свою истинную силу. Яд на кончике стрелы не просто пронзал нежить насквозь, он отравлял ее в считанные секунды. Ледяные тела, промерзщие до самых костей, замедлялись. Их будто парализовало, начинало выворачивать, лапы неестественно изгибались и следом после этого твари издавали протяжный хрип, обрывающийся тишиной.
— Что это? — с ужасом спросила я, ощущая силу кончиками пальцев. Магия льда среди снега была не видна, зато хорошо ощущалась. Даже твари, что пришли со стороны заброшенного замка, не напали на нас как обычно. Они выжидали, смотрели на меня в упор, словно запутались в выборе жертвы.
— Мое изобретение. Я много лет изучал чуму, Сэра. Не просто так мой отряд рисковал своей жизнью снова и снова… Яд разрушает структуру связей внутри магического потока. Стоит отравить один узел, как у мертвой твари случается своего рода сердечный приступ, а затем ее тело “вспоминает”, что мертво, принимая облик до заражения. СВЕРХУ!
Ледяные пики блеснули в свете солнца. Ролан защитил меня, а я спасла всех остальных. Помимо барьера Каила в воздухе возник тонкий ледяной купол — он не дал достать копьям до Риски и спас Эбола в самый последний момент.
Мы сорвались с места как по команде — все понимали, нужно бежать в замок. Лед перед нами был уже не опасен, он потерял свою силу, замерев в таком состоянии уже несколько десятилетий.
Каил поскальзывался, злился из-за этого. Лимма верхом на коне отбивала атаки нежити, в то время как Эбол пронзал их отравленными стрелами. Риска с Дьёном вступали в битву без страха, гонимые яростью и жаждой знать правду. Такое поведение для врага оказалось неожиданным, но из-за того, что мозг нежити достаточно примитивен, твари все равно не осознавали до конца, что находились в опасности.
Поэтому оборотни рвали их на части так, будто перед ними не зараженные чумой существа, а самая обычная нечисть.
— Вот черт, я беспомощна, как младенец!
Ведьма резко ушла в сторону и в этот же момент из земли выросли длинные колья. Мы бросились врассыпную, но все равно держались вместе. План врага разъединить нас провалился.
— Поможешь, когда они выдохнутся, — шепнул Джастин, — я чую эту тварь… Ролан, он здесь…
— Стой на месте! — закричал Ролан, видя, как напряглось тело аниморфа. Маг, как и все мы, смотрел в сторону снежного облака…