Плавучий город
Шрифт:
— Как то дельце, что я тебе предложил?
— К чему вопросы, — угрюмо проговорил Делакруа, — ты и так знаешь ответ.
Рок приподнял бровь.
— Выходит, ты думаешь, я сопьюсь оттого, что ты не разнес Линнера на куски?
— А что, разве не так?
— Пусть живет, пока. Ему надо было внушить страх перед Богом, — рассмеялся Рок. — Перед нашим Богом. Богом Плавучего города.
— Ну, этого-то я добился, — Делакруа чуть расслабился.
— Вот и славно, — Рок углубился в изучение содержимого своего стакана. Певица на эстраде совсем разошлась, перекрикивая ударные. Звуки пулями рикошетили от стен. — Знаешь, я был слегка огорчен.
Рок, умевший улавливать малейшие перемены в настроении собеседника, ухмыльнулся.
— Что с тобой, Тим, или жизнь оказалась слишком сложной? Господи, ты же сам выбрал этот путь, так что не хнычь теперь, не жалуйся. Все равно я тебе не поверю. Слишком много крови видел. — Ухмылка Рока превратилась в язвительную улыбку. — Ты же знаешь, сколько сам сделал для того, чтобы мир был таким, какой он есть сегодня.
Делакруа допил пиво.
— Я не ожидал, что ты лично приедешь расплатиться. Обычно хватало связного.
— Но мне это доставляет удовольствие, — Рок повысил голос, чтобы перекричать музыку. — Я ведь редко куда выбираюсь. Иногда даже начинаю забывать, как выглядит мир за пределами Плавучего города. Я рад, что с тобой встретился. — Рок полез в карман и швырнул через стол белый конверт.
Делакруа поймал его и, не открывая, спрятал.
— Хорошо, что ты мне доверяешь, Тим! Я ценю это в своих независимых партнерах и рассчитываю на долговременное сотрудничество. — Заказав обед на двоих, Рок проговорил доверительно: — Мне нужен совет. Видишь ли, меня начала сильно раздражать моя подружка. Мне кажется, у нее мания величия.
Они поболтали о личных делах, потом принялись за еду.
— Надеюсь, тебе понравится, — улыбнулся Рок. — Это, конечно, не парижские деликатесы, но по здешним меркам — высший класс.
Однако очень скоро Рок отложил приборы, извинился и, миновав комнаты для отдыха, прошел на кухню, где его приятель — хозяин ресторана — колдовал над газпачо.
— Тут у меня немного жарко, — мрачно усмехнулся хозяин. — Что я должен делать теперь?
— Пристрелить повара, — буркнул Рок.
Оба посмеялись от души. Затем Рок протянул руку, и хозяин вложил в нее кольт 25-го калибра и маленький керамический цилиндрик. Рок сам навернул глушитель «Витек-112» на ствол кольта.
— На что это будет похоже? — спросил хозяин, кивнув в сторону оружия.
— На хлопок пробки от шампанского.
Хозяин понимающе кивнул.
— Спасибо за помощь, — сказал Рок. — С меня причитается.
— Чего не сделаешь ради друзей...
Рок вернулся на место. Держа руки под столом, он подался вперед. Певица старалась изо всех сил, двое хрупких вьетнамцев с электрогитарами вторили ей, перекрывая шум в зале.
— Тим, я хотел спросить тебя еще кое о чем.
Когда Делакруа наклонился к Року, тот трижды выстрелил ему в живот — как раз в тот момент, когда музыка достигла апогея. Последовали бурные аплодисменты. Сегодня, как обычно, будет «бис», подумал Рок,
Ощутив прилив энергии, Рок решил провести остаток ночи, шатаясь по сайгонским закоулкам, которые были набиты самыми невероятными личностями. Предвкушая всевозможные развлечения, он принялся насвистывать какой-то игривый мотивчик. Настроение у него сразу улучшилось.
Что за волосы! Они сияли на солнце, словно золотой слиток; нет, словно карамель на изломе; нет, словно струя свежих сливок, падающая из стеклянного молочника! Кроукер, как неопытный грабитель, хоронясь за деревьями, следовал за Веспер, пока та не торопясь вела гольф-карт по пыльной дорожке.
Они забирались все дальше и дальше в глубь поместья Дедалуса. По дороге к главному дому Веспер обогнула пруд, хвойные посадки, лужайку со снопами сена и подъехала к небольшому строению, сложенному из валунов и бревен. Домик был похож на элегантную рыбацкую хижину. Из каменной трубы подымался дымок, на веранде красовалась тиковая мебель в стиле «Адирондак» тридцатых-сороковых годов. Окна хижины выходили на заросшую поляну, спускавшуюся к кустам и деревьям, чьи верхушки возвышались над кронами дубов поместья. За деревьями был виден ручей, в который Дедалус, без сомнения, каждый год выпускал форель.
Веспер зарулила на площадку перед хижиной, остановила карт возле своего черного «Ниссана-300 X» с матерчатым верхом, и, стряхнув пыль с одежды, поднялась в дом.
Детектив вышел из-за деревьев, пригибаясь, перебежал к веранде и на цыпочках поднялся по ступенькам. Крадучись, он передвигался от окна к окну, пока снова не увидел Веспер. Она стояла у огромного каменного камина, в котором пылал огонь. Какая-то женщина наливала ей бокал белого вина. Когда она повернулась, чтобы поставить бутылку на стол, детектив разглядел ее лицо — это была Маргарита.
Подобравшись поближе, Кроукер прижался ухом к стеклу — так ему было слышно, о чем говорят в доме.
— Не понимаю, зачем тебе лететь в Лондон, — спросила Маргарита. — Ты же дала мне последнее донесение нишики.
— Я тебе говорила, — улыбнулась в ответ Веспер, — дело не в этом. Я не только курьер нишики. У меня есть и другие дела. Есть еще кое-какие проблемы, которые лучше решать лично. Кроме того, информация о конгрессмене Мартине, что я давала тебе, неполная. Знаю, что она важна для тебя — Мартин выдвигает новый законопроект о регулировании банковских операций, который может нанести ущерб интересам твоей семьи. Поэтому, прежде чем оказывать на него какое-то давление, надо собрать по крупицам всю грязь из его жизни. Сиди тихо, пока я не вернусь.
— Насколько это опасно для тебя?
Веспер опустила бокал и подошла к Маргарите.
— Стоит ли беспокоиться об этом? В конце концов меня кое-чему учили, — смех ее был до странности беспечным, из-за чего она походила на веселую школьницу. — Со мной ничего не случится.
— Но у нишики опасность — постоянный спутник...
— Держи себя в руках, дорогая.
Маргарита вздрогнула.
— Я думала о Лью. Все стало таким тревожным с тех пор, как я встретила его.
Веспер бросила на нее убийственный взгляд.