Плата за смерть (сборник)
Шрифт:
— У нас отличная коллекция старинных композиторов. Вот, например, Моцарт, Бах, а вот это Гайдн…
— Боюсь, что мне не приходилось слышать никого из них, — признался Эвинг. — У нас на Корвине сохранилось всего лишь несколько записей старинных композиторов с Земли. Я слышал их в музее. — Он наморщил лоб, пытаясь припомнить имена. — Там были Равель и Стравинский. И, кажется, какой-то бард. Записи эти принадлежали одному из пионеров-колонистов.
Майрак поставил пластинку Баха. Он объяснил, что приятно звучащий инструмент, который ведет основную тему, называется клавесином. Это был очень примитивный
Некоторые ученые всерьез интересовались музыкой, как новой, так и старой. Они стали наперебой излагать свои точки зрения. В другое время Эвинг, возможно, и принял бы участие в этой дискуссии. Теперь он их слушал только из вежливости, почти не вникая в то, что говорилось. Он пытался точно вспомнить текст записки Эвинга-1. Они покажут ему свою машину времени. И он не должен поддаться соблазну вернуться в прошлое, поскольку нужно вызвать необходимые изменения в прошлом и осуществить план, разработанный Эвингом-1. «Каким бы он ни был!» — подумал настоящий Эвинг.
Наконец Майрак сказал:
— Мы многого достигли в разработке теории времени. Наши машины, находящиеся в глубоких подвалах этого здания, могут…
— Нет! — воскликнул Эвинг так внезапно и так резко, что этот возглас прозвучал, как крик. Затем, успокоившись, он продолжил ровным голосом: — Я имею в виду, что сейчас уже поздно. Боюсь, стоит мне увидеть хоть одним глазом ваши машины времени, я буду настолько заворожен ими, что до неприличия затяну свое посещение и злоупотреблю вашим гостеприимством. Надо ценить время хозяев!
— Но мы очень хотим, чтобы вы провели у нас столько времени, сколько вы пожелаете, — запротестовал Майрак. — Если вам хочется взглянуть на машины…
— Нет! — решительно повторил Эвинг. — Боюсь, мне пора.
— В таком случае мы отвезем вас с гостиницу.
«Вот здесь, наверное, и есть точка расхождения, — подумал Эвинг у входной двери Института, когда земляне выполняли необходимые операции по синхронизации с остальным миром. — Мой предшественник ни разу не выходил из этого здания. Здесь он удвоился вечером второго дня. Теперь я наконец-то отделился от двойника».
Он сел с Майраком в машину и оглянулся на пустой участок, на котором стояло невидимое здание Института.
— Вы должны когда-нибудь посмотреть, как действуют наши машины, — сказал Майрак.
— Да… разумеется, — уклончиво ответил Эвинг. — Как только управлюсь с неотложными делами.
«Завтра я уже буду лететь на Корвин, — подумал он. — Скорее всего, я больше никогда не увижу ваши машины, приятель».
Он понял, что своими действиями во второй половине дня породил новую цепочку событий. Он не вернулся назад, во второй день, и не спас узника, из мозга которого сириане все же извлекли информацию и который скорее всего умер два дня назад. Таким образом, Фирник уверен, что Эвинг мертв! И будет очень удивлен, когда призрак затребует свой корабль из ангаров космопорта и возьмет курс на Корвин.
Эвинг нахмурился, пытаясь выбраться из лабиринта, в котором путались его мысли. «Что ж, теперь все это не имеет никакого значения, — заключил он. — Решающий шаг сделан!»
К худу или добру, но временной континуум был изменен, и время теперь текло по новому руслу.
14
Эвинг
Дежурный робот-администратор был сдержанно вежлив, когда Эвинг подписывал бумаги, прекращавшие его дальнейшие взаимоотношения с гостиницей и извещавшие о его отбытии из Валлон-сити.
— Я надеюсь, вам понравилось в нашем отеле, — произнес робот скрипучим голосом.
Эвинг зло посмотрел на это создание из металла и сказал:
— О да! Я просто восхищен!
Он просунул в окошко бумаги:
— Вы можете доставить мой багаж в космопорт?
— Разумеется, сэр! Это гарантируется нашим обслуживанием.
— Спасибо, — поблагодарил Эвинг и быстро прошел через роскошный вестибюль — мимо светового фонтана, мимо кресел для отдыха, мимо того места, где прежде находился энерготрон и где теперь роботы занимались ремонтом киоска. Он был уже наполовину восстановлен. К концу дня, скорее всего, не останется никаких следов того, что всего лишь три дня назад здесь погиб страшной смертью человек.
По пути к выходу он прошел мимо троих сириан, однако это не вызвало у него ни малейшего беспокойства. Для Роллана Фирника и его приспешников корвинит Бэрд Эвинг умер под пытками вечером второго дня. И если кто-то очень на него похож, то это было чистым совпадением. Он смело прошел мимо сириан и вышел на улицу.
Солнце шло к зениту. На улицах становилось все более оживленно. Бюллетень, отпечатанный телестатом в номере, обещал постояльцам гостиницы небольшой восьмиминутный дождь в четырнадцать часов, сегодня, пятого дня, и Эвингу пришлось задержаться. Зато улицы были свежими и чистыми.
Эвинг сел в машину, предоставляемую гостиницей своим постояльцам для отправления в ближайший космопорт, и в последний раз взглянул на Гранд-отель Валлон-сити. Он чувствовал усталость и легкую грусть перед расставанием с Землей. Очень многое здесь говорило о былом могуществе планеты, и также много было признаков нынешнего упадка. С одной стороны, этот день был для него полным событий, а с другой — на редкость пустым: он возвращался на Корвин, так ничего и не добившись и ничего не узнав, кроме того, что никакой помощи Корвину оказано не будет.
Некоторое время он размышлял над вопросом путешествий во времени. Очевидно, эта машина землян, наряду с другими парадоксальными свойствами, была способна создавать материю там, где ее прежде не существовало. Она извлекла неизвестно откуда тела Эвинга, из которых по меньшей мере два, а может быть, и больше, существовали одновременно. Казалось, что как только очередное новое тело извлекалось из структуры времени, оно оставалось существовать параллельно остальным. «Если бы это было не так, — подумал Эвинг, — то мой отказ вернуться в прошлое и организовать спасение уничтожил бы меня в данном временном континууме. Однако этого не случилось. В результате оборвалась только жизнь того Эвинга, который находился в подвале для пыток вечером второго дня».