Плащ для Красной Шапочки
Шрифт:
– А разве важные государственные дела решает не король? – удивилась девушка.
Принц выпрямился. Он стоял к ней спиной, и Анна не могла разглядеть его лица.
– Мой отец умер. Погиб на охоте несколько лет назад, – произнес молодой человек напряженным голосом. – С тех пор страной управляет мама, Королева. И я. Мне двадцать один, а совершеннолетие у нас наступает в двадцать два. И я не спешу – мне еще нужно многому научиться, – закончил он.
Ане стало неловко. Смерть отца явно волновала молодого человека. Конечно, рана была еще слишком свежа. Ведь она
– А у меня есть мачеха, – проговорила девушка тихо.
– Это здорово! – Принц повернулся к ней, и Анна с удивлением увидела на его губах улыбку.
– Почему же здорово? – хмуро поинтересовалась девушка.
– Потому что это значит, что по сказочным законам у тебя все будет чудесно. Вспомни Белоснежку, Золушку, Элизу, братьев которой превратили в лебедей. Уверяю тебя: мачеха – это самый верный путь к успеху. Надежная гарантия. Еще лучше, если она злобная колдунья.
Анна вздохнула.
– Вообще-то моя, похоже, не колдунья, а совершенно обычная… Правда, отец ее на самом деле любит.
– Значит, колдунья, – безапелляционно заявил Принц. – Колдуньи – мастерицы привораживать и умеют сделать так, что даже родной отец забывает об интересах своего ребенка. Так во всех сказках происходит.
– Может быть, – согласилась девушка. Ей не хотелось больше обсуждать мачеху, к тому же у нее не было прямых фактов, позволяющих подтвердить обвинение.
Видимо, принц был очень чутким человеком и понял ее правильно, потому что приблизился и, преклонив колено, протянул букет.
– Прими эти цветы, прекраснейшая. Пусть они не так хороши, как ты, но все же этот букет хоть отчасти выразит мое восхищение твоим очарованием.
Аня взяла букет и вдохнула сладкий запах. Сказочные цветы пахли совершенно по-сказочному, их тонкие ароматы сплетались и обволакивали, словно окутывали волшебной сетью. Хотелось петь и смеяться, словно ей подарили овеществленное счастье.
Анна наклонилась пониже, вдыхая чудесный запах, и уткнулась лбом в свои коленки.
После сна, бывшего гораздо ярче чем обыденная реальность, собственная комната показалась ей тусклой, словно бы нереальной. Зато, если принюхаться, в воздухе все еще улавливался запах цветов. Совсем слабо, но все-таки чувствовался… или она уже сходит с ума?..
За окном шуршал дождь.
Девушка откинула одеяло и легла, надеясь снова оказаться в сказке, но, кажется, ничего примечательного ей не приснилось. По крайней мере, на утро она не помнила своих снов, зато могла до последней детали воспроизвести тот сон про луг и принца.
Тронный зал тонул во тьме, лишь подчеркнутой редкими всплесками горящих свечей. Их слабый огонь дрожал, чувствуя, что не в силах противостоять окружающему мраку. Шаги вошедшего отражались от стен, отдавались эхом и, превратившись то ли в предсмертные хрипы, то ли в жалобные стоны, таяли где-то в углах.
Трон стоял в углублении, почти полностью закрытый плотной занавесью
Тот, кто потревожил шагами тишину этого зала, остановился, не доходя до трона, и преклонил колено.
– Я здесь, Ваше величество, – произнес он, не поднимая головы.
– Хорошо, – голос был сух холоден. – Ты видел девчонку?
– Да, Ваше величество. Она показалась мне упрямой. Думаю, от нее стоит ждать неприятностей.
– Она опасна для тебя? – в ледяном тоне скользнула легкая тень насмешки.
– Нет, но все же я не стал бы недооценивать противника.
– Ты прав… Я доверяю тебе. Не подведи меня. Не забывай о том случае, когда ты едва не погубил все дело, поддавшись глупой жалости. Ты помнишь?
Посетитель едва заметно вздрогнул, но тут же взял себя в руки.
– Этого не повторится, Ваше величество.
– Вот и хорошо, – ледяной голос едва заметно, на долю градуса, потеплел. – Ты знаешь, чем мы рискуем. Ты знаешь, ради чего мы ведем эту битву. Действуй так, как сочтешь нужным.
– Я не подведу, Ваше величество! – посетитель поднялся и, поклонившись, направился прочь из зала.
Было заметно, что он не мастак раскланиваться, да и походка его выдавала того, кто привык к вольному передвижению, кому в гуще боя удобнее и проще, чем в самых роскошных покоях.
Свечи ярко вспыхнули и погасли, полностью сдавшись ночи. Стихло испуганное эхо одиноких шагов, и в зале опять воцарились тишина. Пронзительная и беспощадная тишина, в которой не было слышно даже дыхания.
Если бы отважный естествоиспытатель задался целью найти место, где торжествует идеальное небытие, его цель оказалась бы достигнута.
– Привет! Сегодня премьера нового фантастического фильма о страшных сказках, может, слышала? Так вот, у меня как раз есть два билета, – Стас улыбнулся так уверенно, словно они были друзьями и периодически ходили вместе в кино.
Аня слегка растерялась и тут же одернула себя. Почему, она, словно девчонка, смущается из-за всяких пустяков. Подумаешь приглашение в кино! Разве она последняя уродина, что ее даже пригласить никуда нельзя? К тому же Стас симпатичный, интересный как личность, да девчонки умрут от зависти, а Оксанка, наверняка, вообще лопнет. Что же тут сомневаться?!
– Спасибо, мечтала сходить на этот фильм, – ответила она, как при игре в теннис, возвращая Стасу улыбку.
Они договорились встретиться вечером, за час до сеанса, и разошлись по своим аудиториям.
И все же, даже приняв решение, Аня слегка нервничала. Это свидание? Очевидно да… От этой мысли делось приятно и слегка беспокойно. Нормального опыта свиданий у нее не имелось. В средних, а тем более старших классах вокруг нее стали складываться парочки, но сначала Аню это не слишком волновало, да и не видела она никого достойного, а потом ее жизнь резко изменилась и стало уже не до парней и свиданий.