Планеты Магды

Гашев Павел

Девушка говорила правду. С каждым произнесенным словом Никита будто всё глубже падал в бездну.

Алена протянула руку для прощания, осторожно сжала мужскую ладонь и, неожиданно вздрогнув, как от удара током, сделала неуверенный шаг назад.

 - Простите меня! К вам даже не прикоснуться!

И скрылась в подъезде.

Приказывать ей Котов не хотел…

Он уходил по темному переулку и чувствовал, что из-за мутного стекла окошка лестничного пролета девушка смотрит ему вслед.

Власть, данная

Никите, в этом случае ничего не стоила!

 Наверное, он и хотел услышать от неё то, что услышал. Именно с такой и нужно делить всё: и горе, и радости.

 Если бы Котов услышал еще и тяжелый вздох Алёны, открывавшей дверь своей квартиры, ему бы стало легче.

Сегодняшним утром Никите исполнилось двадцать шесть.

И прямо сейчас нужно было найти место, где обычный человек выжить не мог.

Глава 4

Уже третью неделю среди военных Н-ской части рассказывали одну и туже байку о новом подразделении спецназа. Будто бы ребята справляются с террористами без применения оружия. Байка она и есть байка! Только вот свидетелей, видевших невероятные вещи, становилось все больше.

Вот бы и лейтенанту Шевцову сейчас таких помощников, о которых трепались сослуживцы!

Но иногда так складываются обстоятельства, что должен ты умереть. И не важно, что сам ты старший лейтенант армейского спецназа и твой зад до этой минуты бывал в таких переделках, что и черту стало бы жарко.

Просто уже рванули фугасы, и в начало и конец колонны ушли гранаты - желторотые солдатики посыпались с брони, как переспелые яблоки. И многие из них сразу же зарылись лицом в окровавленный песок.

Значит, судьба у тебя такая, что решил ты после ранения доехать до части с попутным транспортом, а попал в обычную засаду, каких сам на своем веку организовал не мало.

Значит… кончилась твоя удача. Выдохлась вся без остатка! И не можешь ты уйти лесочком, оставив за спиною полыхающие БТРы (как делал это сотни раз), потому что остался единственным среди желторотых, кто сразу же схватился за калаш и начал поливать сверкающие в темноте точки вылета пуль из бандитских стволов. И некому больше, кроме тебя, отдавать приказы. Убило сразу всё их пацанячье начальство!

А половина желторотых юнцов уже смотрит в небо стеклянными глазами. И отход второй выжившей половины прикрываешь ты сам.

А вокруг – давно ставший привычным АД. Пули, осколки мин и гранат. Какая из них твоя, ты еще не знаешь…

И долбит по ушам взрывная волна, и методично посыпает песочком. И сидишь ты, прислонившись к колесу оставшегося в живых транспорта, в ожидании, когда кончатся патроны в последнем рожке.

Судьба! Сумей сжать челюсти и не пустить напоследок собачью слюну… хотя жить всё равно хочется!

***

Старший лейтенант Шевцов отбросил

пустой рожок и вытащил нож. Пусть лучше пуля в грудь, чем отрезанная голова, как у ягненка на заклании. Потому что не отпустят лейтенанта: слишком многим он прицельным огнем укоротил жизнь.

А вокруг простреливается каждый сантиметр, и, видимо, поняли уже головорезы, что закончились у лейтенанта патроны. Может быть, еще поживет он, пока будет махать ножом, потому что противник не сразу поймет, с кем имеет дело. Ведь долбили они по недавним призывникам. А лейтенант тут - случайная, залетная птица…

Из-за холмов, нависших над дорогой и слегка освещенных луной, появились тени. Недавно от света пуль и разрывов гранат здесь было светло, как днем! А теперь темнота…

И одно греет душу: ушли пацаны. Человек пятнадцать он спас. А значит…

Лейтенант сжал зубы и дернулся, чтобы напоследок встать, чтобы не на коленях… но чья-то тяжелая рука придавила его к земле.

 - Лежи и не дергайся! Я Шестой.

Шевцов обернулся. Откуда тут взялся этот мужик в камуфляже? Здоровый и старый. Весь в морщинах, но крепкий, как черт! Рука, сжимавшая плечо, не слабее, чем у самого лейтенанта. Неужели братки? Подмога?

Шевцов первый раз за два часа боя разжал сведенные судорогой челюсти и даже улыбнулся. Криво, но как смог.

 - Патроны есть?

 - Не нужны патроны… - Шестой еще сильнее придавил лейтенанта к земле.
– И не вздумай пойти за мной. Это приказ! Лучше закрой глаза. Небезопасно!

Шевцов внимательно рассматривал новоявленного безоружного напарника, а многочисленные плечистые темные силуэты спускались с холмов.

 - Один пойдешь? Умереть собрался?

 Шестой встал во весь рост и поднял руки над головой.

 - Умереть? Это вряд ли. И тебе сегодня тоже не судьба…

И на сумасшедшего вроде не похож! И повадки бывалого. А делает черт знает что!

Шевцов решил подчиниться приказу. Может, чего не знает… Сдуру возьмет и всё испортит!

Как только силуэт Шестого оказался посреди дороги, оба холма взорвались трассерами пуль. И кто-то на всякий случай даже пару раз пальнул из гранатомета - снова накрыло взрывной волной. Встряхнуло, как припадочного! И так долбили, не переставая, минут пять. Наслаждались, суки, триумфом!

Жаль мужика! Шевцов выглянул из-за колеса, но ожидаемых остатков тела не увидел. Только что был на дороге человек, и не стало его. Призрак! Знакомые повадки…

Может, не так все и плохо? Спецы ведь не полные придурки? Только вот откуда они?

Вдруг с холмов понеслась ругань. Трехэтажный мат и хлесткие звуки ударов. Дрались, похоже, отчаянно. Минут пять стоял такой гвалт, что Шевцов даже решил, что головорезы между собой переругались.

А, чуть погодя, ещё какое-то время доносился затихающий топот сапог.