Планеты Магды
Шрифт:
- А если не успею?
- Тогда сможешь оживить человека, который будет выглядеть так же, как Магда. Будешь учить девушку разговаривать. Лучше бы так и было…
Никита не понял смысла последних слов, но вспомнил, что не спросил главного.
- Как же я её оживлю?
- Тебе решать. Свои возможности ты знаешь.
- Складывается ощущение, что ты хочешь ее смерти! Почему?
Ускорители двигателей бешено взревели и тут же стихли - полтора десятка километров за долю мгновения остались позади.
У первого всадника поперек седла болтался мешок, очертаниями напоминающий человеческое тело. Побуревшая кровь обильно пропитала грубую дерюжную ткань.
Магду зарезали, как животное, и везли в форт напоказ. Веревка, стягивающая мешок, развязалась. Из разъехавшейся горловины выбились непокорные черные локоны…
Оставалось чуть больше пары минут. Мозг девушки пока еще жил.
Никита спрыгнул на землю прямо перед нервной пегой лошадью, возглавлявшей караван.
Кони дружно заржали - всадники нехотя натянули поводья. Вид застывшего над землею звездолета не произвел впечатления на браконьеров. В руках у половины банды засверкали ножи. От награды, похоже, никто не собирался просто так отказываться.
Грубые загоревшие лица в шрамах, широкие плечи, прищуренные озлобленные глаза, отточенные зазубренные клинки – все это незыблемой скалой нависло над незнакомцем, преградившим путь.
Этим точно не нужны были ни слова, ни уговоры!
Никита никак не мог отвести взгляда от выбившегося из мешка длинного черного локона. Не верилось, что кровь и волосы принадлежат Магде…
– Я хочу отдать ей куб, - внезапно подумал Никита. – Черт с ним! И с этой вечной жизнью, и с этой долбанной планетой! Хочу видеть её глаза…
- Если подаришь куб, умрешь. Забыл?
– Голос выразил недоумение.
– И к тому же… куб дарится только при условии! Ты должен захотеть! Истинные желания не определяются холодным рассудком.
- Не хочу умирать…
- Осталась минута, - так же спокойно говорят о начале киносеанса. Голос больше не выражал никаких эмоций.
Широкогрудые кони окружили Никиту со всех сторон. Нетерпеливые всадники ждали его слов. А слова были бесполезны, руки не могли убивать. Да и не было смысла в убийстве.
- Свали с дороги, придурок!
Никиту не узнали. Наверное, браконьеров не было среди пограничников в то утро, когда рухнула виселица.
Первый всадник, зацепив в пригоршню выпроставшиеся из горловины черные волосы, грубо подтянул съезжающий с седла мешок.
От обыденности движения чужой руки, бесцеремонно схватившей волосы Магды, внутри Никиты что-то оборвалось. Не было ни злости, ни ожесточения. Лишь осознание собственной беспомощности.
-
В ответ получил злорадные ухмылки. Кони двинулись в обход преградившего путь человека. Смачный плевок одного из проехавших мимо всадников упал на рубашку Никиты.
- Свали! Недоносок!
Сутулый крепыш, замыкающий «караван», неторопливо, с оттяжкой стеганул незнакомца по спине. Услышав знакомый звук треснувшей кожи, браконьеры дружно заржали.
Всадники медленно уезжали. Никита не мог не смотреть на их широкие спины.
Магда уже ничего не чувствовала. И хорошо, что не видел её лица. Только волосы…
- Зачем тебе её тело? – вопрос заставил Никиту вздрогнуть, теперь носитель куба боялся Его вопросов. – Осталась половина минуты! Дело сейчас не в них, а в тебе. В твоих истинных желаниях. Еще ни один из прежних носителей куба не справился с последним испытанием.
Никита зло усмехнулся и сплюнул под ноги.
Даже куб его не переделал! Потому что он такой же, как и все предыдущие его владельцы…
Сжав до боли челюсти, Никита смахнул одинокую слезу и пошагал в степь.
Он был жив, а значит, Магда...
И от куба не избавиться. Что-то внутри Никиты, прежде называвшее себя Котом, ни с кем не хотело делиться странным подарком. Наверное, так устроены люди…
Время давно иссякло, голос молчал. Спины браконьеров скрылись в овраге.
Несколько часов Никита бездумно брел по степи, а за ним следовал звездолет с пограничницами.
- Это ноша не по мне. Я не должен чувствовать того, что чувствую. С таким жить нельзя. Тем более вечно! Верну куб в мегаполис!
Ответ не замедлил последовать:
- Слишком поздно. Это надо было сделать гораздо раньше.
До пригорода – рукой подать. Осталось всего несколько шагов до валуна, за которым начиналась охранная полоса. Охранный периметр от любого человека…
Первой из люка звездолета выпрыгнула Ольга, за нею – Марита. И следом друг за другом, словно звенья одной цепи, – разведчицы.
Застыв у валуна, они завороженно следили за мужчиной, бесшабашно бредущим по мертвой земле. А он уходил все дальше и дальше. И наконец, широкая ссутулившаяся спина скрылась за одним из полуразрушенных домов. Следом за собою Никита не позвал никого: он ни о ком не вспомнил.
Оставленный пассажирами звездолет дал резкий крен влево и в долю мгновенья исчез в противоположном направлении – в направлении нейтральных земель…
Духота и жара преследовали путника до тех пор, пока он не скрылся в тени первого пролета подземки. Оставалось пройти длинный коридор и добраться до зала, где и был найден куб.