Планета под следствием

Маккефри Энн

Джонни знаком указал Диего, чтобы тот снял висевший над входом в грузовой отсек LD-404, а сам проверил пистолет и автомат, который вытащил из-под сиденья пилота. После этого мужчины последовали за женщинами и котом-следопытом.

Яна стояла на коленях подле Шона, кутая его в теплую одежду и занимаясь его раной. Банни помогала ей, отыскивая в аптечке то, что требовалось Яне. Кошки стояли метрах в шести друг от друга, принюхиваясь и довольно дружелюбно помахивая хвостами. Девочка, одетая в явно не по размеру большую меховую

куртку, жалась к дымчатой кошке, с застывшего от ужаса белого лица смотрели огромные испуганные глазищи.

Диего поймал Джонни за руку и указал на девочку так, словно хотел спросить о чем-то. Джонни усмехнулся и кивнул, после чего обернулся к приближающейся толпе.

— Кита, senor Лузон — такой же плохой человек, как и Пастырь Вопиющий, — мягко проговорил Джонни, наклоняясь над девочкой. — Лонси очень огорчена тем, что ты дала себя уговорить и поехала с ним. Поэтому мы прилетели, чтобы забрать тебя назад, к твоему народу.

— У этой недостойной нет своего народа, — сказала Кита, вцепившись в густой мех Коакстл.

— А вот тут ты не права, малышка, — возразил Джонни. — Банни, пойди сюда. Ну же, pronto!

Яна и Банни одновременно обернулись: на их лицах читалось неудовольствие от того, что их прервали. Они пригляделись. Банни открыла рот в удивлении.

— Должно быть, ты.., ты просто не можешь быть никем, кроме... — Банни ощупывала свои щеки, нос и губы.

— Твоя мать и моя сестра добралась сюда, в этом нет сомнения, — очень серьезно кивнул Шон, переводя взгляд с лица Банни на лицо худенькой девочки, которая, вне всякого сомнения, состояла с ней в близком кровном родстве.

— Но я Козий...

— Не смей называть себя этим именем, Побрекита. — Джонни решительно погрозил девочке пальцем. — Баника Рурк, это твоя сестра, и, я думаю, мы можем найти ей имя получше, чем Cita или Nina, — как ты полагаешь?

— Сестра! — И Банни порывисто заключила ошеломленную девочку в объятия. — Моя собственная сестра! У всех, кого я знаю, есть, по крайней мере, один брат или сестра, а у меня — только двоюродные...

— И дяди, и тети, — сквозь стиснутые зубы прибавил Шон. Яна затянула бинт на рваной ране.

— Эй, у нас тут проблемы, — глядя на вершину холма, заметил Диего. — Если это не Мэттью Лузон, то мое имя не Диего Метаксос, а уж свое-то имя я знаю!

— А также, бьюсь об заклад, добрый и достойный Пастырь Вопиющий, — добавил Джонни, заметив человека в развевающихся одеяниях, следовавшего за вице-президентом Интергала.

— Он пришел за мной. Он заставит меня стать его женой...

— Его женой! — вырвалось одновременно у пяти человек.

— Пока мы живы, этого не будет! — заявил Джонни; его голос сейчас более всего походил на рычание, которое издавали обе большие кошки. — Банни, отведи свою сестру в вертолет и сиди с ней там!

— Она моя сестра, и я имею право...

— Иди, — отрезал Шон, указав на вертолет. — И заприте двери.

— Там

есть коробка с сигнальными ракетами, Банни. Вытащи их и, если я сделаю круг рукой — вот так, стреляй ими в толпу.

— Ясно! — Подняв сестру на руки, Банни побежала назад к вертолету, где они были в относительной безопасности. Если придется туго, она сама сможет увести его отсюда — она видела, как Джонни водит вертолет, и поняла принцип управления.

Никто не отберет у нее ее маленькую сестру, которую она только что нашла!

Джонни передал Яне автомат и обоймы, оттолкнув руку Шона, когда тот потянулся было за оружием:

— Ты лучше займись кошками, Шон. В смысле если дымчатая будет слушаться приказов так же, как и Нанук.

Обе кошки утробно рычали, заняв свои места по обе стороны от Шона Шонгили.

Шум толпы стих, перейдя в невнятное бормотание. Мэттью и Пастырь Вопиющий остановили своих людей в нескольких шагах от вертолета.

— Что ж, доктор Лузон, долго же мне пришлось вас разыскивать! — крикнул Джонни, когда Мэттью подошел достаточно близко, чтобы слышать его.

— Однако вы, капитан Грин, не появились в назначенный срок.

— О нет, доктор Лузон, я прибыл в срок, но оказалось, что вы уже отбыли на старом снегоходе Скби. Примите мои поздравления: вы хороший водитель, если вам удалось так далеко забраться на этой старой корзине.

Пастырь Вопиющий поднял руку, указывая на вертолет, широкий рукав облачения соскользнул, открыв костлявое запястье.

— Дитя Козий Навоз принадлежит к моей пастве и вскоре будет пребывать со мной ради спасения своей души. Вы должны вернуть ее под мою защиту. Мне нет дела до того, в чем ваше заблуждение, неверные, или до того, что делает с вами Великий Зверь, но ее должно возвратить ко мне, равно как и монстра, похитившего ее.

— Прошу простить, сэр, но я не могу этого сделать, — сказал Джонни.

— Это кого ты называешь монстром, ты, отродье? — прорычал Шон. — Этот ребенок — моя племянница; сейчас она находится и будет впредь находиться со своей ближайшей родственницей. Поскольку я являюсь ее дядей и опекуном, я не дал и не дам позволения на вступление этого ребенка в брак с кем бы то ни было.

Пастырь Вопиющий перевел взгляд с лица Шона на его раненую ногу, потом снова на его лицо; глаза Пастыря расширились от ужаса:

— Ты! Ты был чудовищем! Человек-тюлень! Значит, эта девочка.., она тоже чудовище!

— Чудовище? — с вызовом переспросила Яна, вставая между Шоном и самозваным Пастырем. — Я вижу здесь только одно чудовище, и это не доктор Шонгили. Вы всегда встречаете гостей выстрелами, господин Вопиющий?

— Он вовсе не был гостем, когда мы увидели его в первый раз, — промямлил Пастырь Вопиющий. — Сначала он выглядел как тюлень, а потом начал.., расти. И он пришел из подземного мира, откуда исходят все проклятые порождения этой планеты!