План возмездия
Шрифт:
Лилиан застыла на пороге: свет заходящего солнца, бьющий в высокие, от пола до потолка, окна на мгновение ослепил ее. Она беспомощно заморгала, когда навстречу ей с дивана поднялась смутных очертаний фигура. А в следующее мгновение уверенная, профессиональная улыбка угасла на ее губах, ибо поднявшийся оказался мужчиной.
В комнате было тепло, но Лилиан вдруг почувствовала озноб. Непроизвольным защитным жестом она обхватила себя руками за плечи.
— Bonsoir. Добрый вечер, моя Лилиан. — Подойдя вплотную, Гийом де Монфор завладел ее бесчувственной рукой и
— О себе я того же сказать не могу. — Голос Лилиан звучал хрипло, как если бы ей не хватало дыхания. — Что это значит? Я приехала к миссис Фотерингэй.
— К сожалению, ее задержали неотложные дела. Но миссис Фотерингэй поручила мне показать дизайнеру земельный участок в ее отсутствие.
— И вы полагаете, я вам поверю?
— А почему бы и нет, ma cherie? — с улыбкой осведомился Гийом. — Уж не вообразила ли ты, что я связал бедняжку, заткнул ей рот кляпом и запихнул в платяной шкаф?
Именно такой сценарий Лилиан и проигрывала в уме. Она воинственно вздернула подбородок и обожгла собеседника негодующим взглядом.
— Меня и впрямь удивляет, что миссис Фотерингэй поручила вам роль дворецкого.
— Я здесь, собственно говоря, гощу, — невозмутимо ответил Гийом. — Миссис Фотерингэй, она же Николь, приходится мне кузиной.
— Понятно. — Сердце Лилиан билось так сильно, будто норовило выскочить из груди. — И вы уговорили кузину заманить меня сюда. Среди ваших предков, часом, не числилось инквизиторов?
— Никогда не слышал, чтобы у инквизиторов были потомки. Они же монахи, — сообщил ей Гийом де Монфор. — А Николь долго убеждать не пришлось. Стоило мне объяснить, как сильно я по тебе стосковался, и она сразу же согласилась мне помочь. — Молодой человек улыбнулся. — Кузина меня с детства балует.
— Очень глупо с ее стороны, — холодно отрезала Лилиан. — А теперь мне хотелось бы уйти. Немедленно!
— Как, даже не взглянув на участок? — Гийом укоризненно поцокал языком. — До чего непрофессионально, mon amour.
— Насколько я понимаю, меня залучили сюда обманом, и вовсе не ради моих деловых качеств.
— Ты глубоко ошибаешься. Николь действительно нуждается в консультации по поводу сада. Да ты выгляни в окно и сама увидишь, в каком состоянии участок. Для дамы с безупречным вкусом это просто нож в сердце!
— Так, значит, миссис Фотерингэй и в самом деле намерена заняться устройством сада?
— Конечно, — заверил ее Гийом. — Моя кузина — сущая перфекционистка, не терпит ни малейшего непорядка. Но не хочешь ли сначала осмотреть дом?
— Нет! — в ужасе воскликнула Лилиан.
Гийом отпрянул, как если бы она с размаху ударила его по лицу. В карих глазах отразилось глубокое изумление, а затем нескрываемое презрение. В наступившем гробовом молчании ощущалось нечто угрожающее — точно где-то в доме тикала бомба с часовым механизмом. На щеках Лилиан проступил румянец стыда — да, она явно зашла слишком далеко!
— Извините… Я вовсе не имела в виду… — с трудом начала она.
— Я не дурак, — мрачно прервал ее Гийом, — и отлично тебя понял. — Железные
Покраснев до корней волос, Лилиан смущенно кивнула.
— Тогда изволь выполнять порученную тебе работу. — Гийом едва ли не пренебрежительно оттолкнул от себя Лилиан и шагнул к двери. — Не позвать ли мне Луизу на роль дуэньи?
— Нет, — глухо отозвалась Лилиан. — В этом… нет необходимости. — И на негнущихся ногах она направилась вслед за своим провожатым к выходу в сад.
С заднего крыльца открывался превосходный вид на обнесенный оградой участок. Лилиан окинула территорию внимательным взглядом. Расположение и впрямь было удачное, на солнечную сторону. Но прежние хозяева садом, по всей видимости, не занимались: участок заполонила дикая ежевика, лишь кое-где торчали сухие стебли прошлогодних флоксов.
Навести здесь порядок не составило бы труда: нашлось бы место и для газона, и для декоративного прудика, и для беседки во французском стиле… А вдоль дорожки неплохо было бы устроить бордюр из весенних луковичных. В июне-июле их сменят эффектные однолетки…
— Ну как? — ревниво осведомился Гийом, облокачиваясь на перила.
Ох, почему, куда ни посмотришь, в поле зрения всегда оказывается он? — в отчаянии посетовала Лилиан. Его волнующий образ, похоже, намертво отпечатался в ее сознании: небрежно спадающие на плечи светлые волосы, темная щетина на щеках и подбородке, облегающие джинсы, выгодно подчеркивающие безупречную форму длинных мускулистых ног, белая рубашка, расстегнутая у ворота и открывающая взгляду треугольник бронзовой от загара кожи…
На одно-единственное краткое мгновение Лилиан задумалась, каково это — коснуться этой кожи подушечками пальцев или, скажем, губами…
Шокированная собственными мыслями, она принялась сбивчиво излагать свои идеи насчет сада. В общих чертах обрисовав замысел, Лилиан быстро перечислила основные культуры.
— А вдоль ограды я бы высадила вечнозеленые хвойные растения — туи или, может быть, можжевельник. Их благородная зелень и лаконичная законченность формы лишь подчеркнут строгую красоту особняка. Вот вам гармония прохлады и тепла, простоты и величия! Правда, хвойники во французский пейзаж не то чтобы вписываются, возможно, вашей кузине такая идея не понравится.
— Напротив, думаю, Николь придет в восторг, — ответил Гийом. — Детьми мы частенько гостили у деда, в его замке на Луаре. И всякий день спускались к реке по склону, поросшему соснами и елями. Воздух там был совершенно особенный! Нет, мы с кузиной обожаем хвойные породы.
— Что за идиллическая картина!
— Да, — тихо отозвался Гийом. — Сущий Эдем. — Он помолчал. — А ты когда-нибудь бывала в моей стране?
— Нет, но очень хотела бы. — Лилиан вздернула подбородок. — Может, удастся уговорить жениха провести во Франции медовый месяц…