План "Б"
Шрифт:
— Что мне следует сказать?
— Я легко и свободно говорю о своих мыслях и эмоциях.
— Я легко и свободно говорю о своих мыслях и эмоциях.
— Теперь наполни себя голубым цветом.
— Опять вообразить цветок? Голубой цвета?
— Подойдет любая картинка. Голубое море или голубое небо. Главное, чтобы ты чувствовала силу голубого потока. Ну, что получилось?
— Да и я двигаюсь дальше, — предупредила Тата. — Следующая ступенька — темно-синяя. На ней мне еще сложнее определить свое состояние.
— Синяя энергия позволяет решать самые сложные задачи. Но только собственные. Если твоя цель не истинна, если она навязана внешним миром, синий цвет не будет ее реализовывать, и не даст осуществить задуманное.
— Что значит: не даст? А мы его приказом по партии к ногтю. Где у нас сила воля обитает? — хмыкнула Тата.
— Не превращай себя в поле боя. Твоя задача научиться жить в мире. Тогда ты сможешь подняться по этой лестнице сначала к себе настоящей. Потом к себе всемогущей.
— Здорово!
— У нас осталась фиолетовая ступенька. Поднимись на нее.
— Ой, бабушка, а здесь я ничего вообще не чувствую. Только макушка немного зудит.
— Потому что здесь обитает связь с Космосом и энергоинформационным полем Земли. С Дальним Никуда, как назвали колдуньи в старину эту загадочную область. Энергия фиолетового цвета дарит мудрость, широту взглядов, духовность. Но эту энергию так просто не ощутишь. Слишком уж она высокого порядка.
Тата с любопытством огляделась. С высоты фиолетовой ступеньки мир должен был лечь к ее ногам. Однако, ничего подобного не произошло. Взгляд упирался в туман.
— Ты здесь на экскурсии, — пояснила бабушка, — и видишь лишь то, что соответствует твоим возможностям.
— Жаль.
— Всему свое время.
— И ладно. Что дальше?
— Сейчас мы отправимся в Высшую Канцелярию — инстанцию, ведающую чудесами и кудесниками.
Туман сменился бесконечным коридором.
— В Высшую Канцелярию может обратиться за помощью любой чародей, без различия ранга и сословия. Если, конечно, повод заслуживает внимания. В противном случае, можно и схлопотать.
Одна из дверей неожиданно распахнулась, явив женоподобного типа бухгалтерского вида с толстой книгой в руках.
— Ты, что ль новенькая? — рявкнул он. — Распишись.
Тата с удивлением воззрилась на бабушку. Надо? Та кивнула поспешно.
Едва росчерк занял нужное место, тип, довольно хрюкнув, исчез. Из-за двери донеслось:
— Поздравляю. Зачислены в штат.
Тата недоуменно пожала плечами.
— И здесь писанина.
— Ничего не поделаешь. Бюрократия есть везде. Теперь приготовься. Тебя ждет сюрприз…
То, что Тата увидела, очень походило на сентиментальный пейзаж со старинных открыток. На фоне лазоревого
— Это что еще за пастораль?
— Твоя душа, — ответила бабушка.
— Что?
У Таты от обиды перехватило дыхание. Какая банальщина.
— Не огорчайся. Почти у всех твоих ровесников похожая ситуация. Тех, во всяком случае, кому выпали благополучные детство и юность. Однако так будет до поры до времени. Жизнь преподнесет тебе уроки, расплатиться за которые придется своими иллюзиями.
— Иллюзии — это коровки?
— Да. Большинство придется принести в жертву. Видишь камень у реки? Это алтарь жизненной правды. Там ты собственноручно перережешь каждому животному горло. Умоешься кровью, спалишь кости и развеешь прах по ветру.
— Нет, нет, — с трудом выговорила Тата. — Нет!
— Не захочешь мараться в крови — превратишься в цепного пса и будешь стеречь-охранять своих телушек днем и ночью. Одна, в озлоблении и непреходящей обиде на человечество, не пожелавшее быть идеальным.
— Почему одна?
— Люди — разные, у каждого своя пастораль в душе и каждый норовит чужую на свой лад перекроить. Коровки таких трансформаций не выдерживают и мрут. Те же, кто коровок ставит выше отношений, выше дружбы и любви живут в вакууме, в изоляции, никого к себе не подпуская.
— И что?
— Ничего. Люди разные и разные пути выбирают. Но от жизни нет лекарств. Толстушки белобокие и пятнистые со временем все равно сдохнут. Когда траву истопчут, загадят лужок, озерцо перемутят, тогда от голода отдадут Богу души.
— Все поголовно?
— Это уж как кому повезет.
— Значит, сохранить душу ясной, как на это картинке, у меня не получится?
— Нет.
— Коровки такие милые. Жаль их убивать.
— Сначала жалко, потом привыкнешь. Забудешь со временем, как кого и звали. Но ты не переживай. Свято место пусто не бывает. Взамен прежних иллюзий возникнут новые. И все вернется на круги своя.
— А твоя душа какая? — спросила Тата и увидела…картину торжественную и печальную. Равнинная, высушенная тяжким зноем, долина резко переходила в невысокие, но крутые горы. Провалы пропадали в тоске глубин, вершины терялись в одиночестве выси. В тенистом уголке у подножия склона расположились, заботливо огороженные от знойного ветра и колючих наносных песков, аккуратные цветник и огород.
Что означают красивые, ухоженные немногие цветы Тата догадалась без труда. Так бабушка охраняла своих любимых: дочку и внучку. А вот что символизировали овощи, растущие на огороде, было не понятно.