План Б
Шрифт:
— Тогда выполняй, — сказал он и отключил связь.
На пути к карьеру они выкурили две группы икстранцев. От первой встречи они получили выстрел из зенитной установки, а от второй — еще пару жертв, пока Уинстон не подполз достаточно близко, чтобы бросить им одну из самодельных гранат-сюрпризов, приготовленных Вал Коном.
Вторая группа потеряла двоих убитыми и приобрела пять винтовок, которые Красавчик назвал боевыми карабинами, с патронташами, к ним положенными. Мири вздохнула. Убитых
Зачистка продолжалась. Нерегулярные и солдаты отряда Критулкаса, присоединявшиеся по дороге, оптимистично теснили остатки икстранского десанта к карьеру — и второй линии опытных наемников.
Конечно, некоторым удастся уйти: они опередят смыкающиеся фланги, перегруппируются и, возможно, будут ждать эвакуации. Не обязательно было убить всех икстранцев, оказавшихся в заповеднике. Главное было очистить район вокруг старого карьера и держать оборону.
Мири всмотрелась в местность впереди. Они уже должны были бы поравняться с дозорными, выставленными Критулкасом в точке поворота. Там надо будет немного отклониться на юг и затянуть петлю, а потом двигаться к карьеру.
— Капитан, — сказал у нее за спиной Красавчик, но Мири уже увидела его: высокого и стройного мужчину в полевой кожаной форме с нахально переброшенным через плечо патронташем и винтовкой — точнее, офицерским боевым карабином, — который он держал наготове, но не угрожая приближающемуся отряду.
Только когда Мири вышла из строя и подошла ближе, она разглядела белые волосы, выбившиеся из-под шлема, разлетающиеся брови и серебристые глаза, уже однажды виденные ею во сне. Во сне, который был реальностью.
Она остановилась, поправила пальцем собственный шлем и заметила, что он сначала посмотрел на ее знаки различия, а потом уже — на лицо. Светлые брови взлетели вверх, сказав, что он ее узнает.
— Капитан… Робертсон? — Она вздохнула.
— Конечно, а кто же еще? С моим-то везением!
Она снова осмотрела его: помятый шлем, запачканное лицо, исцарапанный костюм и этот чертов патронташ. И карабин. Откуда, к дьяволу, у него этот карабин?
— У меня тоже день не из лучших, — проговорил брат Вал Кона голосом, который, должно быть, звучал очень красиво… примерно за пятнадцать сильных испугов до этого. — Однако мне приходится указать на то, что позади вас стоит икстранец.
Она чуть повернулась, чтобы краем глаза поймать Красавчика.
— Привыкай, — посоветовала она. — Его зовут Нелирикк Исследователь, и он принес клятву роду йос-Фелиум. — Она вытянула палец. — Красавчик, это — брат разведчика, Шан йос-Галан.
— Рад вас приветствовать, Шан йос-Галан, — произнес Нелирикк на высоком лиадийском.
Серебристые глаза на секунду закрылись, словно у брата Вал Кона только что сильно заболела голова. В общем, Мири его вполне могла понять. Потом он открыл глаза
— И я рад вас приветствовать, Нелирикк Исследователь, связанный клятвой с Кланом Корвал. — Он снова перевел взгляд на нее. — А где Вал Кон, — спросил он, переходя обратно на земной, — кстати говоря?
Она покачала головой, на секунду сосредоточив внимание на его узоре в своем сознании: сосредоточенный, деловитый, усердный. Он ощущает присутствие опасности, но с ним ничего плохого не происходит.
— В другом месте. С ним все в полном порядке и он будет рад тебя видеть, когда вернется в лагерь.
Он секунду не двигался: можно было подумать, решал, был ли ей смысл ему врать. Мири и в этом его не винила, а просто дождалась его кивка, а потом указала на комм, прикрепленный к его поясу.
— Критулкас велел взять тебя на зачистку, а на комме оставить Скотти, — сообщила она, кивнув в сторону ветерана «Гирфалька», тяжело опиравшегося на самодельный костыль.
Шан снова кивнул и снял с пояса комм. Мири взяла его и вручила Красавчику. Икстранец отнес прибор Скотти и наклонился, помогая ему устроиться в укрытии. Серебристые глаза следили за его действиями, а на смуглом лице отразилось нечто вроде ироничной покорности.
— Спустя какое-то время к нему привыкаешь, — сказала Мири. Брат Вал Кона посмотрел на нее и вежливо ответил:
— Уверен, что привыкаешь.
Потертый красный жетон был у нее в руке, нагретый присутствием Шана. Живым присутствием Шана. Она то ощущала его, то нет — когда оборона занимала все ее внимание.
— Орудия три и пять, огонь по готовности.
«Долг» содрогнулся. На экране возникла дорожка чистого пространства, проложенная полосой огня, но прямо у нее на глазах она стала заполняться топкой темнотой — признаком присутствия блох.
«Всематерь, сколько же их?»
Красный жетон вспыхнул в ее пальцах, она почувствовала странный сдвиг и… Она стоит на цыпочках, глядя поверх ростков кукурузы на синее небо с неровным черным горизонтом, — и ветер от их приземления обдает ее тигельным жаром, и на их пути не остается ничего живого…
Ее рука скользнула по пульту, нажав одну кнопку.
— Машинное отделение, половину мощности на главные двигатели по моей команде. Давайте!
Вторая кнопка:
— Пилот, по моей команде ускорить вращение корабля на пятьдесят процентов.
Третья:
— Всей команде — пристегнуться! Повторяю. Всей команде пристегнуться.
Она вздохнула и прикоснулась к последней кнопке.
— Пилот, даю команду.
Корабль на секунду замер, а потом медленно начал вращение.
— Машинное отделение, когда пятьдесят процентов будет достигнуто, увеличьте мощность главных двигателей до трех четвертей от максимума.
— Машинное слушает. Есть три четверти после пятидесяти.
— Присцилла? — Вопрос прозвучал очень тихо. — Что ты делаешь?