План Б. Дерзаю
Шрифт:
— Действительно. Стреляй по готовности.
— Нет.
— Присцилла, если ты этого не сделаешь, ты уничтожишь наш клан. Корабль отказывается мне повиноваться, а заданный ему курс доставит меня нашим врагам.
Его голос звучал спокойно, так спокойно. И именно это спокойствие убедило ее в том, что его приказ правильный и необходимый, хотя, Богиня, что она скажет Шану…
— Было бы лучше, — сказал он, — если бы ты выстрелила, пока мы в атмосфере.
Она улыбнулась.
— Да, конечно. — Ее пальцы на пульте снова пришли
Задрав голову, Мири смотрела в светлеющее небо, провожая взглядом корабль, который уносил его от нее. Он уже был едва различим — точка на фоне белых облаков. Скоро…
Слой белых облаков прорезал тонкий ослепительный луч. Он коснулся точки, окружил ее, вспыхнул ярче… Корабль взорвался. Мири закричала.
Рен Зел проснулся — неожиданно и полностью.
Взгляд, брошенный через темную комнату в сторону светящихся льдисто-голубых цифр, сказал ему, что он спал чуть больше часа. Несмотря на это, он чувствовал себя совершенно бодрым — и лежать ему не хотелось. Он сказал себе, что небольшая прогулка — это именно то, что поможет ему снова расслабиться.
С этой мыслью он встал с постели и быстро оделся в почти полной темноте. Вбивая ноги в полусапожки, он поднял руку и сорвал с крючка летную куртку. Его пальцы привычно скользнули по поношенной коже, покрытой шрамами. Аккуратные швы отмечали то место, где кожа была порвана, а позже зашита.
Он улыбнулся в темноте и надел куртку. В следующее мгновение он уже вышел в коридор и повернул направо.
Коридор резко повернул налево, потом — направо. Рен Зел двигался быстро, чувствуя с каждым шагом все больший прилив энергии. Все его чувства обострились.
Коридор снова повернул направо. Он зашел за угол и вышел в сад, перейдя с ковра на траву, и, наконец, остановился, повернув лицо к небу, посеребренному светом звезд. Он наполнил грудь ароматным воздухом — и почувствовал, как что-то толкнуло его в лодыжку.
Он осторожно перевел взгляд вниз. Его зрение все еще было окрашено серебром, так что крупный серый кот, который во второй раз энергично потерся о его ногу, на мгновение показался ему окруженным ореолом света.
— Осторожнее, — пробормотал Рен Зел, наклоняясь и протягивая палец в знак приветствия, — эта нога уже один раз была сломана — и к тому же очень сильно.
Кот моргнул и нежно дотронулся чуть влажным носом до предложенного пальца. Решив, что требования вежливости тем самым удовлетворены, он с силой боднул головой руку Рен Зела. Тот от неожиданности тихо рассмеялся и послушно почесал крепкие серые ушки.
Легкий ветерок пронесся сколь листву, принеся с собой незнакомые ароматы. Рен Зел сделал еще один глубокий вдох и выпрямился, на прощание потрепав кота по шее под подбородком.
— Ну, разреши мне пройти по этому саду. Я… очень давно… не бывал в садах.
Он неспешно
Прямо впереди поросшая травой дорожка, по которой он шел, закончилась роскошной полосой зелени, но прежде чем туда попасть, наталкиваешься на корни — а потом и на ствол монументального дерева.
Рен Зел прошел по пронизанной корнями земле. Опустив взгляд, чтобы не оступиться, он увидел, что кот по-прежнему сопровождает его, бесшумно скользя по неровной поверхности.
Дойдя до самого дерева, Рен Зел уперся ладонью в удивительно теплый ствол и задрал голову вверх.
У себя над головой он увидел тени — возможно, силуэты листьев и веток. Они совершенно заслонили собой звезды и яркое серебристое небо. Он безрезультатно щурился, вглядываясь в тени: детали разобрать было невозможно, хотя он составил очень яркое впечатление силы… древности… и… теплого расположения.
С высоких ветвей донесся какой-то звук, словно что-то отвалилось и начало быстро падать к земле. Реакция пилота отбросила Рен Зела на полдюжины шагов назад, что оказалось очень кстати — иначе стремительно рухнувший предмет попал бы ему прямо в голову.
А теперь он шлепнулся в темную траву, где на него тут же набросился кот. Он крепко уперся в добычу обеими передними лапами и посмотрел на Рен Зела с явным вызовом, словно говоря: «Ну что? Я его для тебя поймал, Господин Трусишка. Неужели у тебя даже не хватит храбрости посмотреть, что это?»
Рен Зел шагнул вперед и наклонился — не без опаски, вспоминая, какие шутки выкидывали древесные лягушки в саду его юности. Кот отступил назад, высоко задрав хвост, и небрежно ударил предмет лапкой, чтобы ему легче было найти его взглядом.
Это была не древесная лягушка. Чуть хмурясь, Рен Зел нагнулся еще ниже и поднял то, что оказалось орехом — двумя орехами, соединенными маленькой веточкой. Он перевел взгляд на кота, который чопорно уселся, обвив хвостом лапки и пристально глядя Рен Зелу в лицо.
— Твое дерево в меня кидается, да? Мне следует понять, что я тут не имею права находиться?
Одна лапка стремительно поднялась, легко скользнула по усам — и кот зашагал прочь, подняв хвост вверх. Рен Зел повел плечами, хотел было выбросить орехи, но потом не стал: они лежали у него на ладони уютно и тепло, и ему пришло в голову, что позже они ему понадобятся.
Пройдя через половину поляны, кот прекратил свое целенаправленное передвижение и оглянулся. У Рен Зела снова появилось ясное ощущение того, что если бы это животное могло говорить, оно сейчас резко бы высказалось в адрес Господина Трусишки Копуши и потребовало бы, чтобы он поторапливался.