Пламя теплится
Шрифт:
– Не забыли! – излишне резко отрезал Кэр.
В желтом, неверном свете фонаря застыли шесть человек. Вернее сказать – людей было пятеро, шестая фигура принадлежала шивере.
Йарика была облачена в облегающий, плотный костюм из черной кожи. Его можно было бы назвать доспехом: легкий, удобный и весьма прочный. А что самое главное – кожа не сковывала движения. С виду грубый и жесткий материал с легкостью растягивался, позволяя своему хозяину беспрепятственно совершать всевозможные акробатические кульбиты. Кроме того,
Даже, несмотря на передряги последних дней, костюм был пусть в пятнах грязи и крови, но остался целым. Глубокие царапины не превратились в дыры и лохмотья.
Главной внешней особенностью этой расы являлись, конечно же, рога. Именно они послужили предлогом, по которому люди прозвали шивер демонами. Рога были загнуты назад. Два из них – боковые, расположенные над ушами – имели длину примерно десять сантиметров. А центральный – в верхней части лба – на две трети короче. На фоне рогов почти бордовая кожа уже не выглядела чем-то странным. А глаза цвета янтаря и вовсе казались обыкновенными, разве что немного более жесткими, чем у людей.
Здесь было не менее жарко и влажно, чем в коридоре. Каменистые стены покрывала белая плесень, где-то в глубине темноты слышалась раскатистая капель.
Звякнув цепями, Йарика встала на колени возле недвижимого тела пожилого мужчины. Судя по всему, жить ему оставалось недолго. На губах то и дело выступала алая пена, одна нога была вывернута под неестественным углом, а штанина пропиталась кровью.
Сверху вниз на них смотрела Марна. Женщина выглядела растерянной. Увидеть незнакомого, смертельно раненого мужчину – это одно. Но увидеть шиверу. Здесь – в богом забытом месте! Это не укладывалось в голове. А, кроме того, они явно друг друга знали.
Рядом на земле Ани мертвой хваткой вцепилась в Дезире. Девочка рыдала во весь голос и ее плач, подхваченный многоголосым эхом, уносился далеко в темноту. Никакие увещевания и убеждения Дезире не могли помочь. Малышка не успокаивалась.
На самой границе света и тьмы сидела Эльза. Из цветущей молодой девушки она превратилась в призрака: осунувшаяся, бледная, с безумным блеском в глазах. Тонкие пальцы с обломанными ногтями перебирали мелкие склизкие камешки. Губы что-то беззвучно шептали.
– Мне было так страшно! – тонкий голосок Ани заглушал капель. – Ты снова ушла! Обещала, что не уйдешь. А ушла! – маленькие кулачки забарабанили по плечу Дезире.
Сквозь эти рыдания с огромным трудом можно было расслышать голос старика. Шивера склонилась над самым его лицом, стараясь не пропустить ни слова. Марна позволила себе приблизиться к ним вплотную, попыталась осмотреть окровавленную ногу, но старик дернулся, отрицательно завертел головой.
– Где остальные? – слова давались раненому с огромным трудом.
– Остались в Генке, – ответила Йарика.
– Они… – он искоса взглянул на Марну, закашлялся, а потом продолжил. – Они установили детекторы?
–
– Плохо, очень плохо… Ты должна узнать. Слышишь? – он подался вперед, с силой сжал руку шиверы. – Это важно!
– Не могу обещать.
– Но… – на лице мужчины отразилось недоумение. – Вас наняли, заплатили столько, сколько вы потребовали. Ты должна…
– Контракт, есть контракт. Если смогу – я выполню свою часть, но не больше.
Подбородок мужчины дрогнул.
– Еще одна неудача, – прошептал он и откинулся на спину. – Все это дается слишком дорого.
Йарика пожала плечами, взглянула на Марну. Та даже отпрянула. Слишком пронизывающим был взгляд. Он не был пронзительным или глубоким, он резал на части, разрывал на куски.
– Ты поможешь мне, – проговорила шивера. Она не спрашивала и не просила, а констатировала факт.
– Чем? – несмотря на царящую вокруг влажность, Марна почувствовала, как пересохло в горле.
Шивера поднялась, отошла к стене.
– Иди сюда, бери камень.
Марна подчинилась. Неприкрытое чувство превосходства в голосе «демонессы» заставляло повиноваться.
– Какой камень?
– Этот, – затянутая в черную перчатку рука указала на валяющийся под ногами угловатый булыжник размером с голову взрослого человека. Марна с трудом оторвала его от пола. Камень был мокрый и скользкий.
– Бей.
Марна нахмурилась. Движения шиверы сильно сковывали цепи. Они были одеты на руки, на ноги и имели малую длину, словно в древние времена у каторжников или рабов, от которых ждали попытки к бегству. На ее запястьях красовались массивные браслеты. При ближайшем рассмотрении стало ясно, что они изготовлены кустарным образом из каких-то хомутов. По всей видимости, некогда предназначенных для крепления и затяжки труб. Выполненные из стали, они казались очень прочными.
– По рукам?
– По заклепке.
Шивера держала один браслет на острой грани выступающего из стены камня. Стягивающая пару хомутов заклепка была сильно расплющена с обеих сторон проушины. Марна покачала головой.
– Я же сломаю тебе руку…
– А ты будь аккуратна, – обворожительно улыбнулась шивера, но в глазах ее метались молнии.
Из темноты донесся шорох. К этому времени Ани успокоилась, и поэтому новый звук был хорошо слышен. Марна вздрогнула.
– Бей! – с нажимом повторила Йарика.
Шорох повторился. Но теперь он раздавался с разных сторон, словно его источник разделился.
– Тише, – послышался голос Дезире. – Там кто-то есть.
– Умница, девочка, – фыркнула шивера. – И если…
– Ты не понимаешь, я их чувствую…
Дезире терялась в собственных ощущениях. Она сидела и гладила Ани по голове, когда разума что-то коснулось. Это было мимолетно, словно дуновение ветра. Поначалу девушка решали, что ей показалось, но касание повторилось. Оно было неприятным, отталкивающим. После него на коже осталось чувство мерзкой грязи, которую не смыть никакими средствами, никакими силами. Разве что содрав кожу до самого мяса.