Пламя свечи
Шрифт:
— Мама будет рада увидеть тебя.
Он убрал выбившуюся прядь волос с лица Натали, провел пальцем по ее лбу между бровей до кончика носа и сказал:
— Хорошенько отдохни. Спокойной ночи!
Он еще раз коснулся ее носа, убрал руку и растворился в темноте.
5
Наконец настал день, когда Анну выписали из больницы. Натали решила устроить себе выходной, чтобы помочь ей. Хотя мама, конечно, возражала и говорила,
Натали только направилась в кухню, чтобы приготовить матери чай, как вдруг заявилось семейство Морель в полном составе. Похоже, Жан-Люк притащил своих родителей сразу после того, как встретил их в аэропорту.
— Анна! Что с тобой, моя дорогая? Стоило мне только уехать, как… — Вивьен побежала к своей подруге.
Ее муж, отец Жан-Люка, последовал за ней, а сам Жан-Люк замешкался в коридоре:
— Я постараюсь увезти их поскорее, — пообещал он Натали. — Анне все еще следует соблюдать покой.
— Она очень рада, что вы приехали ее навестить. Ты же знаешь, они с твоей мамой хорошие подруги, к тому же мама выздоравливает на удивление быстро.
— Ты тоже выглядишь лучше, — сказал он, оценивающе разглядывая ее лицо. Потом его взгляд опустился ниже, и он немного нахмурился, оглядывая ее фигуру. — Но по-прежнему слишком худенькая.
— Не всем же быть мягонькими, беленькими и кудрявенькими!
Она обошла его и направилась в зал, где беседовали их родители, но он схватил ее за руку и произнес:
— Не вредничай! Я просто хотел сказать, что ты сильно похудела с тех пор, как стало известно о болезни Анны. И что теперь, когда все нормально, ты можешь начать нормально питаться.
— А я никогда и не переставала, — пожала она плечами. В последнее время у Натали действительно не было аппетита, но все же ей не нравилось, когда Жан-Люк лишний раз напоминал ей, что она похожа на недокормленную гончую. — И ты вовсе не обязан за мной следить. Я и сама могу о себе позаботиться!
— Просто привычка, наверное, — спокойно объяснил Жан-Люк и отпустил ее руку. — Ведь я следил за тобой с тех пор, как ты родилась.
Это была истинная правда. Натали прекрасно помнила, как он не раз отряхивал ее от пыли после очередного падения. Да и вообще этот заботливый парень всегда старался уберечь маленькую девчонку от разных неприятностей. Иногда он злился на нее из-за того, что Натали передразнивала его или увязывалась за ним, куда бы он ни пошел. А еще он всегда защищал ее от ребят, которые могли бы ее обидеть. Один раз Жан-Люк даже чуть не подрался из-за нее со своими двоюродными братьями.
— О чем ты думаешь?
— Так, накатили воспоминания, — сказала она, вздыхая. Просто воспоминания. Вообще-то я готовила маме чай, когда
— Я буду кофе, если можно. — Он пошел вместе с ней в кухню. — А ты, должно быть, пока не ходишь на работу, чтобы ухаживать за Анной?
— Освободилась на один день. Но тебе же известен мамин характер, она не хотела, чтобы я оставалась дома даже сегодня.
Натали потянулась, чтобы достать с полки сахарницу. А достав, повернулась обратно. Жан-Люк за это мгновение оказался гораздо ближе к ней, чем до этого. И Натали чуть не выронила сахар из рук. Она увидела свое отражение в его глазах. Вдруг ей показалось, что Жан-Люк ее сейчас поцелует. Но иллюзия закончилась, когда он спокойным движением взял у нее сахарницу и… отошел к столу.
— Похоже, моя мама может разговаривать с твоей без перерыва, — улыбнулся он.
Натали ничего не ответила, потому что все еще не могла опомниться.
Идиотка! — ругала она сама себя. Похоже, дело с Жан-Люком принимало серьезный оборот. Натали любила его и думала о нем каждую минуту. Но он-то разочаровался в ней! Ведь сказал же, что у него есть Соланж и с этой девушкой у него все серьезно…
Но, так или иначе, он недавно поцеловал ее! Хотя, возможно, это было просто недоразумение. Ведь она уже унизила его раз в жизни, и больше он не позволит ей этого сделать.
Когда подруги наговорились, Вивьен стала прощаться. Она обняла Натали и предложила:
— Вы должны обязательно прийти к нам на ужин, как только мама будет чувствовать себя лучше. Может быть, на следующей неделе? Соберемся узким кругом — только наши две семьи, как это было всегда.
Натали восприняла это приглашение как знак примирения. Мама Жан-Люка простила ее.
— Конечно, мы с удовольствием придем, — ответила Анна. — Правда, Натали?
Она почувствовала, что у нее защипало в носу, кивнула в ответ и сдавленным голосом поблагодарила Вивьен за приглашение.
Однако когда наступил день назначенного ужина, Натали приложила все усилия, чтобы туда не пойти. Но мать даже слушать не стала ее отговорки. Анна строго сказала, что Вивьен ждет их всех вместе, и если Натали не придет, она будет расстроена.
Ей же совершенно не хотелось встречаться с Соланж, хотя она не была уверена, что та уже получила право считаться членом семьи Морель. Так или иначе, но ей придется это пережить.
Когда Натали с родителями подъехали к дому семьи Морель, Жан-Люк сам открыл им дверь. Девушка с облегчением вздохнула, когда поняла, что на ужин никто кроме них больше не приглашен.