Пламя страсти
Шрифт:
Фрэнсис отпустил ее бедра, но тут же схватил за груди. Его силы иссякали… Но вот его тело содрогнулось от сладострастных спазм и замерло…
Воспользовавшись этим, Эвелин попробовала выбраться из-под него. Но отяжелевшее тело не поддавалось. Голова Фрэнсиса отвалилась в сторону, Эвелин увидела его закатившиеся глаза и рот, жадно хватающий воздух. Лицо лежавшего на ней мужчины было отвратительно перекошенным от застывшей на нем гримасы…
Бессознательно Эвелин стала шарить рукой по земле и вдруг нащупала булыжник величиной с кулак… Она схватила его, подняла и стукнула Фрэнсиса в затылок.
Тело офицера обмякло, руки
В ужасе она сбросила его с себя и вскочила на ноги. По ее груди и животу текла кровь, на коленях была содрана вся кожа. Эвелин схватила жакет и юбку и бросилась бежать.
Ей казалось, что она мчится уже больше часа, когда вдали замаячила фигура одинокого всадника. Эвелин остановилась и стала звать его. Всадник повернул к ней коня.
– Салам алейкум, мисс-сахиб.
– Салам…
Лицо незнакомца было невозмутимым, но нахмуренные брови выдавали удивление. Откуда взялась эта англичанка с распущенными волосами, с заплаканным лицом и в изорванной одежде? И самое главное – почему она вся в крови?
Эвелин угадала его вопросы. Торопясь, она принялась упрашивать его:
– Пожалуйста, прошу вас… Помогите мне добраться до Тхарджа. Мне нужно туда… Я должна найти одного человека, его зовут Абулшер Джалис. Вы случайно не знаете его?
– Абулшер Джалис? Да, я его знаю. Но может быть, вас лучше отвезти в гарнизон?
Она понимала его подозрения. Возможно, он догадывался, что произошло нечто серьезное, причем между англичанами. В таком случае ему лучше держаться подальше.
– Поверьте мне… Мне очень нужно видеть Абулшера Джалиса… Скажите, как мне попасть в Тхардж?
Незнакомец все еще колебался. Затем пожал плечами и сошел с лошади.
– Вы сможете ехать верхом?
– Но ведь мы можем ехать вдвоем.
Он посмотрел на нее, не понимая. Садиться вдвоем на одну лошадь здесь было не принято. Но сейчас был необычный случай. Необычной была и эта непонятно откуда взявшаяся белая женщина.
– Если вы так хотите, мисс-сахиб…
Он помог ей сесть на круп лошади, легко поднялся в седло сам. Пришпорив коня, он пустил его так, словно эти проклятые англичане уже гнались за ним.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Мужчины молились. Обратившись лицами в сторону Мекки, они стояли на коленях. С закрытыми глазами произносили строки стихов Корана, которые полагается читать при вечернем намазе. Одновременно все, как по команде, простирались ниц.
Эвелин смотрела на молящихся с восхищением. Она никогда не видела, чтобы кто-нибудь из европейцев обращался к Богу с таким самозабвением. Среди склонившихся в земном поклоне был и Абулшер. Ей было непривычно видеть его за этим занятием. Неужели это тот самый мужчина, сильные руки которого покоряли ее тело, и ради которого она рассталась с прежней жизнью? Сейчас он был кроток и умиротворен.
Она только что прибыла в этот горный кишлак, расположенный неподалеку от Тхарджа, где глинобитный дом Абулшера, как и десятки других жилищ, прилепились к подножию одного из отрогов Гиндукуша. Она сидела на склоне невысокой горки, наслаждаясь отдыхом после длительного и утомительного пути.
Сперва она ехала с тем
При виде ее он не очень удивился – позже Эвелин узнала, что кто-то успел предупредить его о том, что она скоро появится в кишлаке. Он поздоровался с ней и попросил подождать, пока закончится вечерний намаз.
Молитва завершилась, мужчины поднялись с земли. К изумлению Эвелин, Абулшер не подошел к ней, а направился к своему дому. Она в возмущении поднялась, стряхнула пыль с юбки и решительным шагом, унаследованным от матери, пошла туда же. Но когда до дома оставалось несколько метров, из него вышли две закутанные в национальные одежды женщины и взяли Эвелин под руки. Они ввели ее в дом, но не через ту дверь, в которую вошел Абулшер, а через другую, для чего нужно было сначала войти во двор. Там женщины сняли свои покрывала. Лицо одной из них – старшей, которой было на вид лет тридцать – показалась Эвелин знакомой. А другая оказалась той самой девочкой-невестой, свадьбу которой отпраздновали в Саргохабаде. Так значит, перед нею были обе его жены – прежняя и новая!
Старшая приложила руку ко лбу в знак приветствия.
– Салам. Господин велел передать, что вам нужно снять то, что сейчас на вас и одеть нашу одежду.
Эвелин проследовала за женщинами, которые привели ее в небольшой, обнесенный глинобитной стеной двор, позади дома. Ей сказали, что нужно раздеться. Эвелин скинула с себя пропыленную за столько дней пути одежду. Распрямилась и осторожно вошла в воду небольшого пруда, располагавшегося в центре двора.
Девочка вскрикнула от удивления:
– Фарида-ханум, какая она белая! Совсем как снег!
Эвелин стояла и смотрела на свое отражение. Вода была мутной, смешанной с глинистым илом, но приятно холодила. Фарида принесла большой кувшин, зачерпнула в него воды и вылила на плечи Эвелин. Потом она взяла пучок какой-то сушеной травы, размочила ее в воде и принялась натирать, как мочалкой, спину. Пруд оказался мелким, Эвелин, чтобы погрузиться в него, пришлось присесть. Движения женских рук были мягкими, словно кошачьи.
После омовения они ввели Эвелин в дом. Фарида сказала, чтобы она ложилась на кровать, представляющую собой тонкую деревянную раму, на которую были натянуты толстые веревки. Она легла на спину. Ей подняли руки, завели их за голову и привязали к изголовью кровати. Девочка взяла со стола чашку, запустила туда руку и зачерпнула что-то вроде мягкой смолы. Поразминала ее пальцами и, придерживая руку Эвелин, начала выдергивать из подмышки рыжие волосы. Эвелин вскрикнула от боли и попыталась вырваться, но Фарида крепко держала ее ноги. Эвелин извивалась, но ничего не могла сделать. Пальцы девочки, подобно пинцету, работали быстро, и вскоре обе подмышки были выщипаны. Тем временем Фарида успела привязать ноги Эвелин к кровати и навалилась своим телом на ее бедра. В страхе, Эвелин увидела, что теперь девочка готовится выполнить такую же операцию с ее лобком. С той же скоростью младшая жена принялась удалять вьющиеся волосики, торопясь очистить миловидный холм. Как будто десятки иголок впились в живот, Эвелин корчилась и выла. Девочка остановилась.