Пламя страсти
Шрифт:
— Отведите их в сад, — обратился Лайм к мужчине, стоявшему рядом с ними. — Надеюсь, он здесь имеется.
— А если нет, мой господин?
— Тогда займите их чем-нибудь. Только не приводите их в зал, пока я не закончу дела.
Мужчина послушно кивнул головой и жестом подал знак детям следовать за ним.
Лайм задумчиво смотрел им вслед. Не совершил ли он ошибку, решив привезти малышей сюда? Хотя они не знали ничего другого, кроме жизни в убогой лачуге с плетеными стенами, замазанными глиной, Торнмид, похоже, не лучше и еще менее гостеприимен.
Тяжело вздохнув, лорд Фок шагнул в зал.
— Давайте-ка займемся делом, — громко произнес он и, не обращая внимания на косые взгляды любопытных слуг, столпившихся в дальнем углу зала, направился к груде столов и скамей. Там вповалку спали местные рыцари, облаченные в тяжелые доспехи, и наемные воины. Некоторые из них, потревоженные взволнованным перешептыванием слуг, только-только начали пробуждаться ото сна, другие продолжали храпеть как ни в чем не бывало.
Недолго думая, Лайм схватил одного из спящих за плечи и резким движением сбросил со скамьи. В следующее мгновение тот с оглушительным грохотом упал на пол, подняв в воздух столб пыли. Трудно было сказать, рыцарь он или наемный воин, так как здесь, в этом грязном, запущенном зале, различий между ними уже не существовало.
Глухо застонав, мужчина пробормотал что-то невнятное и с усилием разомкнул веки.
— Что тебе нужно? — заплетающимся от беспробудного пьянства языком спросил он. Вскоре к его голосу присоединились возмущенные голоса проснувшихся собутыльников.
— Встать! — приказал Лайм. — Немедленно!
Мужчина нахмурился, но не сдвинулся с места.
— А кто ты такой?
— Я лорд Лайм Фок, — ответил Лайм, прислушиваясь к непривычному звучанию титула. — Барон Торнмида.
Во взгляде незнакомца появилась насмешка.
— А-а, незаконнорожденный ирландец! — пробурчал он, не осознавая опасности.
— Немедленно встать! — властно повторил барон.
Прошло довольно много времени прежде, чем рыцарь неторопливо перевалился на другой бок и поднялся на ноги.
— Как тебя зовут? — спросил Лайм, сурово глядя на него.
Мужчина был выше барона на несколько дюймов. Скрестив руки на груди, он покачивался из стороны в сторону.
— Гунтер Уэллинг, — промычал рыцарь, расставляя ноги, чтобы сохранить равновесие. — Я капитан стражников Торнмида.
— Обращаясь ко мне, следует называть меня лорд Фок или господин, — напомнил Лайм.
— А если я не буду?
— Будешь. Иначе пожалеешь.
Гунтер выразительно выгнул густую бровь.
— Неужели?
У Лайма уже давно чесались руки. Его так и подмывало стереть с лица собеседника это наглое выражение. Однако усилием воли он сдержал порыв, считая ниже своего достоинства затевать драку с пьяным.
— Ты бросаешь мне вызов, Уэллинг? — холодно уточнил барон.
Гунтер усмехнулся.
— Нет, я знаю свое место, незаконнорожденный. Интересно, знаешь ли ты свое?
По залу
Понимая, что взгляды всех присутствующих сейчас прикованы к нему и что от его поведения сейчас зависело его положение в баронстве, Лайм подошел к Гунтеру почти вплотную.
— Я твой господин, Уэллинг. Вот мое место. Но если ты намерен бросить мне вызов, то я готов преподать тебе урок и научить тебя вежливости и почтению. — Желая подтвердить слова действием, лорд Фок опустил руку на эфес меча.
Гунтер проследил за движением его руки. Стиснув зубы, он не вымолвил больше ни слова.
— Похоже, мне не придется лишать тебя жизни, — заметил барон. — Даю тебе четверть часа, чтобы собрать всех стражников во дворе. И запомни, Уэллинг: за каждого отсутствующего я вычту из твоего жалования определенную сумму. Ты понял?
Капитан недовольно сдвинул брови, но промолчал. Немного помедлив, он прошел мимо Лайма, окликнул остальных рыцарей, столпившихся посреди зала, и покинул башню.
«Итак, — отметил про себя лорд Фок, — начало положено». Капитан стражников явно не питал к новому хозяину теплых чувств, но ему придется относиться к барону Торнмида с уважением.
Теперь предстояло заняться другими подданными и замком.
Глава 16
Как долго Лайм намеревался находиться вдали от Эшлингфорда?
Эта мысль не давала Джослин покоя, когда она со спящим Оливером на руках вошла в зал. Прошло почти две недели после отъезда лорда Фока. Женщина ждала его возвращения со дня на день. Однако он продолжал управлять Эшлингфордом, ежедневно посылая в баронство гонца с распоряжениями. Джослин не желала признаваться себе, но — о, ужас! — без Лайма она чувствовала себя одиноко.
Неожиданно подошедшая к ней Эмма прервала ее раздумья.
— Давайте присядем и поговорим, — предложила она.
Вместе со служанкой вдова направилась через зал к обтянутой мягкой материей скамье, стоявшей у камина. Присев, Джослин осторожно повернула голову Оливера, лежавшую на ее плече. Почти три часа они бродили по замку, заглядывая в каждый угол башни, в каждый закуток двора, поэтому сейчас она чудовищно устала.
Эмма, не сводя глаз с мальчика, улыбнулась.
— Он совсем утомил вас, да?
Молодая мать улыбнулась в ответ.
— Не только меня, но и себя. Мой отец говорил, что Оливер похож на меня в детстве.
Старая няня удивленно подняла брови.
— А мне ваш сын напоминает Лайма. Правда, он был немного старше, когда я поселилась в Эшлингфорде.
Вдова не ожидала услышать такое сравнение.
— Неужели Оливер не похож на своего отца? — поинтересовалась она.
— Да, немножко. Ребенком Мейнард был значительно спокойнее Лайма, более замкнут, не в плохом смысле, конечно. Но ему не хватало открытости и доверчивости Лайма.