Пламя Силаны
Шрифт:
— Обычно Испытание Правдой не занимает много времени. Как только будет нейтрализован барьер против магии, мы сможем начать.
Силана слышала про барьерные глифы, которые мешали чародеям колдовать. Такие глифы были невероятно сложными, требовали множества материалов и недели подготовки, их использовали невероятно редко. Они не могли нейтрализовать магию полностью, только ослабляли ее.
Они поглощали слишком много ресурсов, слишком мало приносили пользы, слишком легко снимались. На войне противо-магические
Силана не знала, как подобные барьеры действовали на пламя, и ничего необычного в здании суда не чувствовала.
На то, чтобы подготовиться к ритуалу у молодой чародейки в униформе судебного ассистента ушло совсем немного времени. Силана не знала эту женщину, но чародейка действовала быстро и сноровисто. Наверняка не впервые.
И Силана думала — как часто проводили Испытание Правдой. Сколько человек от него умерло.
Все время, что чародейка готовилась, в зале стояла тишина, тихий, будто шелестящий шепот ритуала наполнял пространство.
Рейз стоял рядом с Силаной, смотрел вперед прямо и спокойно и молчал тоже.
На полу перед чародейкой засветился зеленоватым огнем круг, раскрылся лучами-пиками наружу — острыми и длинными. Будто ощетинился шипами.
И Силана услышала будто на другом языке: правда впивается шипами. Режет больнее кинжала.
И всегда прорывается наружу.
Это была старая магия, магия, которая требовала жертвы, чтобы проявить себя.
— Встаньте в центр круга и возьмитесь за руки, — сказала чародейка, и Рейз шагнул в круг первым. Подал Силане руку.
Она приняла ее, сжала его пальцы в ответ.
— Мы справимся, — успел пообещать ей Рейз, и Силана улыбнулась в ответ.
Не успела больше ничего сделать. А потом чародейка развела руки в стороны, повернула ладонями верх и лучи-пики взмыли в воздух, впились в Рейза и Силану с отвратительным, влажным звуком.
Силана судорожно вздохнула и сквозь боль услышала такой же отчаянный вдох Рейза. Будто он подавился воздухом.
Пламя поднялось изнутри жаркой волной, плеснуло наружу россыпью искр. Каждый крохотный огонек — туда, где магия правды впивалась под кожу.
— Я люблю вас, — шепнула Силана. Шепнула, чувствуя, что не сможет солгать.
Рейз улыбнулся сквозь боль:
— Ты же знаешь, это взаимно.
Они делили боль на двоих, и становилось проще.
Все остальное казалось далеким и неважным. И голос Каро, который сказал:
— Давайте не затягивать. Спросите их про убийство Грея и покончим с этим.
Когда чародейка заговорила, ее голос отдался у Силаны в костях, глубоко. И показалось, что иглы продвинулись глубже, под кожу внутрь.
— Нет, — ответила Силана, заставляя себя дышать сквозь боль. Как на войне — еще один крохотный вдох, еще один крохотный выдох, чтобы прожить еще мгновение, чтобы выжить.
Она ответила, честно, потому что не могла иначе: Нет, она никогда не желала смерти господину Грею. Не использовала яд.
Правда не делала лучше, она делала больнее, и ее нужно было просто пережить. Вдох за выдохом, одну искру пламени за другой.
Чародейка спросила Рейза. Те же самые вопросы, которые наверняка так же делали больно, но Рейз держался. Не стонал, только был очень бледен. И говорил хрипло, выдавливая слова одно за другим.
— Я дрался… честно. Не знал про яд.
Такая короткая фраза, всего несколько слов. Каждая буква делала больнее. Заползала под кожу крохотным острым крючком.
— Вот и отлично, — сказал Каро. — Отменяйте заклинание.
— Не торопитесь, — голос Вейна прозвучал совсем близко. И показалось — тоже отдался силой в воздухе. — Дайте я тоже задам парочку вопросов нашей счастливой семейной паре. Скажите-ка, Силана, вы когда-нибудь желали мне смерти.
Она не хотела говорить правду, и не могла лгать, крохотные крючки под кожей медленно натягивались, пульсируя болью. Ее не могло унять ни пламя, ни молитва.
— Д-да.
— Как любопытно, — Силана слышала насмешку в его голосе даже сквозь боль.
— Вы издеваетесь над Силаной и ее мужем, — сказал Каро. — Хотя главный ответ они уже дали. Знаете, Вейн, сейчас я тоже желаю вам смерти.
— Но я в своем праве спрашивать. Так что я продолжу. Вы же не против, Рейз? Вам так нравилось провоцировать меня, так нравилось говорить со мной на равных. Вот ваш шанс.
Рейз с трудом повернул к Вейну голову, посмотрел с ненавистью, выдавил сквозь зубы — Силана видела, как заполошенно бьется жилка у него на виске:
— Да, урод. Я тоже желаю тебе смерти.
— К несчастью для вас, Вейн, — сказал Каро. — Желать и делать разные вещи. Дева Закона, хватит. Силана и ее муж уже дали ответ на вопрос. Сейчас это превращается в обычные пытки.
Вейн рассмеялся:
— Обычные? Нет. Магические пытки. Давайте называть своими именами.
Судья молчала. Один удар сердца, два.
А потом сказала:
— Я задам последний вопрос: кто подставил вас и с какой целью?
Силана не могла солгать, крючки убили бы ее. Но она могла выбрать — как сказать правду, какую именно правду говорить.
— Вейн… хотел причинить нам вред. Уничтожить… меня.
Слова рассыпались, переставали иметь значение, и Силана очень боялась, что упадет.
Ее держали только руки Рейза.
— Рейз, Вейн действительно брал ваш клинок в руки? — спросила судья.
— Да, — болезненно, на выдохе выдавил Рейз. — Уб…людок… использовал… какие-то трюки. Магию.