Пламя Севера
Шрифт:
Прямо у входа меня встретил ровный строй из пухлых бочонков, набитых доверху золотыми и серебряными монетами, ларцов и сундуков с крупными драгоценными камнями, золотой и серебряной посудой.
Принцесса с обольстительной улыбкой тут же сообщила, что один такой бочонок или сундук считается как одна вещь. Полагаю, все это добро было намерено выставлено вперед, чтобы соблазнить бедного шевалье.
Но я, поблагодарив принцессу, сообщил, что прибыл сюда за артефактами из Свартвальда.
Она понятливо кивнула и повела меня вглубь сокровищницы,
Миновав стеллажи и полки с разнообразной посудой, доспехами и оружием, мы добрались до небольшой двери, за которой был еще один небольшой зал, попав в который я тут же ощутил мощные магические эманации.
М-да… Вспомнив об артефактах, что там хранились, я почувствовал, как по моей спине пробежал холодок. Там я увидел разноцветные магические эликсиры, куски какой-то руды, внутренности которой пульсировали маной, шкуры и кости теневых чудовищ, оружие и доспехи страйкеров, разноцветные круды. Некоторые из них были размером с два моих кулака. А еще здесь была посуда, драгоценности, статуэтки, мебель и много всякого другого. Причем от всех этих вещей фонило магией. Подозреваю, что самое ценное было заблаговременно спрятано, но даже так обилие артефактов, назначение которых мне было неизвестно, впечатляло.
Догадаться, откуда все это, не составило особого труда — все эти вещи когда-то принадлежали тем, кто живет за Барьером. Видимо, страйкеры конунга Острозубого разграбили поселение или, скорее, город северных сородичей Лао. Судя по вещам — более развитых. И, насколько я знаю, такого раньше не бывало.
Побродив немного среди стеллажей и тщательно все сканируя, я выбрал три артефакта. Кстати, мой выбор удивил принцессу. Вернее, когда я взял два самых крупных круда — лиловый и алый — все было логично. Кристаллы были размером с два моих кулака и были под завязку заполнены маной. Но именно выбор третьего артефакта и удивил Астрид.
Она явно не ожидала, что крупным крудам и магическому оружию я предпочту маленькую статуэтку из черного камня, изображающую приготовившегося к атаке лиса. Если эта штука осталась здесь, значит, те, кто прятал самое ценное, не поняли, что находится у них в руках.
Когда я увидел черного лиса с оскалом припавшего к земле, мне стоило огромного труда сохранять спокойствие. Особенно, когда я в истинном зрении разглядел внутри статуэтки очень слабые магические отблески золотистого оттенка. Мне пришлось даже сделать то, чего от меня ждали. Выбрать два самых крупных круда. И уже потом скучающим тоном заявить, что мне бы хотелось оставить себе что-нибудь на память о нашем с Астрид сотрудничестве. Например, хотя бы вон ту симпатичную статуэтку лиса. Мое объяснение, похоже, пришлось по вкусу Астрид.
Как я и догадывался, уже после того, как мы поднялись наверх, дочь Острозубого
Кстати, Жан-Луи, с которым мы встретились на днях, был очень рад видеть меня в добром здравии. Он поздравил меня с победой, но потом с кислой миной сообщил, что я впал в немилость его высочества. И что мне было позволено покинуть посольство. Что ж, это было вполне ожидаемо и полностью меня устраивало.
В общем, Астрид попросила меня оказать ей еще одну услугу. Отвезти ее письма Генриху де Грамону и герцогине дю Белле. Протягивая мне свитки, запечатанные магическими печатями, принцесса сказала мне, что это приглашения для моих дядюшки и тетушки на их с принцем Луи свадьбу, которая пройдет в столице Винтервальда.
Астрид еще добавила, что она бы и рада сыграть свадьбу в Эрувиле, но, пока ее отец сражается на севере, она не может покинуть Фьердград. В общем, эта деятельная принцесса наложила на принца Луи свою маленькую девичью ручку, в которой в любой момент может оказаться клинок страйкера.
Кстати, о своем отце и его поступке она не сказала ни слова. Словно ничего и не произошло. Хотя я прекрасно помню, как она смотрела на Острозубого в тот день, когда на арене появилась клетка с теневым медведем.
Перед тем как распрощаться с Астрид, я попросил передать от меня наилучшие пожелания ее кузине. Дело в том, что Хельга отправилась вместе с войском конунга на север.
Когда я упомянул о ее кузине, принцесса Астрид как-то странно посмотрела на меня и пообещала обязательно выполнить мою просьбу. Правда, я видел, что она хотела мне еще что-то сказать, но, видимо, не решилась.
До «Медного Котелка» мы добрались как раз к обеду. Это будет последний наш обед. Завтра мы отправляемся в путь. Мы возвращаемся в Вестонию.
Пока Лейф накрывал праздничный стол, я поднялся наверх в свои комнаты, где Бертран занимался сборами.
Когда я оказался в своей комнате, то услышал его удивленный и одновременно радостный возглас:
— Надо же! Вот он где! А я всё думал, куда он запропастился!
— Что там, старина? — спросил я, впрочем, без особого интереса. Мне не терпелось приступить к более тщательному осмотру черной статуэтки.
Я услышал шаги, и на пороге появился улыбающийся Бертран, а в руках он держал тот самый горшочек, который так преданно охраняла ниссе.
— Ваша милость, он нашелся, — на лице Бертрана светилась счастливая улыбка. — А я уж обыскался. Все не мог его нигде найти. Не знал, что и думать.
Нахмурившись, я быстро подошел к Бертрану и открыл крышку горшка. Поверх золотых и серебряных монет старой чеканки сиротливо лежал тот самый амулет. Только вот алого круда в нем уже не было. Я быстро просканировал содержимое горшочка и заметил еле видимые пылинки, от которых исходили слабенькие магические эманации.