Пламя клинка
Шрифт:
Торвальд извернулся, втиснулся в боковую стрельницу и закрыл лицо полой магического кафтана. Жук пролетел мимо гнома-инженера, повел стальными усами, что-то прогудел, перебирая острыми лапками, потом упорхнул.
— Видишь, никого нет.
Имперский дознаватель поднял ладонь, и металлическая тварь опустилась на нее.
— Да и кому взбредет в голову шататься ночью по крепости? Ну же, показывай свой отчет, а то я потеряю терпение.
Руфус скрючился еще больше.
За годы, проведенные в Малахите,
— Смотри, — сказал он, и прозрачная сфера в его руке заиграла темными бликами.
Три неясные тени выросли в пустой комнате.
Лиц их было не разглядеть, одежда казалась смазанной, словно в густом тумане, и все же Торвард сразу узнал двоих, кого встречал много чаще, чем ему бы хотелось.
Третий — сгорбленная фигура в сером плаще и длинном, на глаза, капюшоне — сидел в углу, и понять, кто это такой, было невозможно.
— Как гонки на колесницах, Ваше Величество? — спросил с улыбкой купец Казантул.
Был он толстым, с невероятным брюхом и окладистой бородищей, голос его раздавался гулко, словно из бочки.
— Скверно, скверно, дружочек! — отвечал ему Друэг-Наг, повелитель скарбников.
Он сидел на высоком троне, почесывая за ухом, и вертел в руках небольшую палочку для вызова бесов.
— А ведь сначала я был уверен, что выиграю…
Торвальд не мог увидеть круглое, морщинистое лицо короля, но легко представил, как тот скорчился от досады.
— Так нет же! Глупый хобгоблин перевернул колесницу. Скажу тебе, друг Казантул, это было подстроено!
Скарбник врезал кулаком по подлокотнику трона.
— Я просадил там тысячу золотых! Или больше? Может, две или пять? Я точно не знаю, надо спросить моего лакея.
— Крупные города таят большие соблазны, — отвечал Казантул. — Как жарко! Вы не будете против, если я немного разденусь?
— Будьте как дома, друг мой, — отмахнулся король Друэг-Наг.
Медленно поведя плечами, купец расстегнул кафтан, затем осторожно вышел из своего огромного, жирного тела и оказался тонким, полупрозрачным червем с тысячей тонких лапок.
Лишенный хребта, он тут же свернулся кольцами и заполз в гостевое кресло.
— Как было бы хорошо, — негромко сказал Казантул, — если бы здесь, в горах, построить город, да такой, чтобы Малахит рядом с ним казался жалкой деревней!
Его червиное тело медленно извернулось, и голова придвинулась к королю Друэг-Нагу.
— Тогда и люди, и орки, и даже Снежные Монстры служили бы великому повелителю гор…
Великий нервно заерзал в кресле.
— Чтобы построить город, нужно немало денег, мой дорогой Казантул, а я, ты сам видишь, столько просадил в этих гонках.
— Пристало ли считать презренные деньги тому, кто владеет адамантиумными шахтами? — вкрадчиво спросил Червь.
— Ну, — Друэг-Наг
— Шахты приносят много, — возразил Червь, — но все уходит в столицу, государю-императору.
— Истину глаголешь, — уныло закивал скарбник.
— Ну и зачем? — прошелестел Казантул.
— Что «зачем»?
— Зачем даришь адамантиум императору? Коли можешь сам его продавать и получать в десятки раз больше?
Серая фигура, темневшая в кресле, поднялась.
И на долю секунды Торвальду показалось, что он вот-вот узнает этого человека, но в тот же миг раскатился голос Боррояра, имперского дознавателя:
— Заговор! Заговор супротив короны! Государя-императора!
Он шагнул к Руфусу и сгреб прозрачную сферу.
Тени исчезли, разговор прервался на полуслове.
— Ты все сделал правильно, — отрывисто произнес дознаватель.
Лицо боярина помрачнело, он так сильно сжал прозрачную сферу, что мог ее раздавить.
— Дело это серьезное и отсрочки не терпит — заговор! Да и с кем? С вонючими скарбниками? Всех, всех на колья попересажаю!
Руфус скукожился, не будучи уверен, что не окажется и сам в числе этих «всех».
Боярин сжал его руку.
— Верную службу ты сослужил нашему императору, родина тебя не забудет. Но есть и другое дело — то, зачем я тебя послал четыре года назад. То, что спасло тебя от Борожьих Рудников.
— Знаю-знаю, — поспешно отвечал Руфус. — И здесь тоже есть о чем рассказать; думаю, я наконец нашел то, о чем…
Жук тревожно взлетел с ладони Боррояра.
Тот настороженно коснулся рта пальцем. Загрохотали шаги, дверь распахнулась с треском, и вбежал Аксен.
— А, вот вы где…
Юноша запыхался.
— Комендант Аскольд повсюду вас ищет, велел идти в Янтарную залу, скоро начнется. Орки уже приехали.
Казначей быстро посмотрел на Боррояра.
Тот вернул жука в потайной карман.
— Хорошо. Скажи, мы уже идем, — ответил боярин.
Затем обернулся к Руфусу.
— Все расскажешь потом, сразу после приема.
Торвальд, сжавшись в боковой стрельнице, слышал, как все трое вышли из башни.
Глава 4
1
— Значит, вы не узнали третьего? — спросил я.
— Нет, — ответил гном-инженер. — Но точно уверен, он из нашего города, и я уже с ним встречался.
— А вот интересно, — пробормотал я, — как Руфусу удалось записать их встречу?
— У казначея везде есть глаза и уши.
Торвальд взмахнул сияющим молоточком с навершием из алого метеорита с прожилками, и руки-големы засновали еще быстрее.