Пламенное сердце

Мид Райчел

– Вы не ответили на мой вопрос, – напомнила я.

– Потому что я не знаю ответа, – сказал он после паузы. Я приняла от него второй флакон. – Главное, в том, что это будет служить тому же, что и всегда.

– Вам?

– Тем, кого я люблю.

Я онемела. Уж от кого-кого, но от Эйба Мазура, по прозвищу Змей, я такого ответа не ожидала. Он шагнул ко мне и взглянул в глаза.

– Вы считаете, мисс Сейдж, что я – коварный интриган? Но я все делаю для них. В первую очередь – для тех, кого я люблю. А уж затем – для моего народа. И клянусь, я пожертвовал бы собой, ни минуты не задумываясь, если бы мог спасти того,

кого люблю. И точно так же без колебаний я совершил бы что-нибудь ужасное, если бы мой поступок позволил спасти любимого. – Когда Эйб отступил, я осознала, что слушала его, перестав дышать. – Удачи вам с вашим экспериментом. Сообщите мне, если вам будет что-либо нужно.

Он развернулся и зашагал прочь. Я наблюдала за ним, а в голове звучало эхо его слов. Когда Эйб исчез во тьме, я забрала ящик и пошла к себе в комнату. Только там я перестала размышлять о зловещем диалоге с Эйбом, потому что на меня обрушилась куда более серьезная проблема.

Адриан.

Адриан, утаивший от меня, что однажды он злоупотребил своим превосходством над человеческой девушкой.

Адриан, которому я верила.

Я бросилась на кровать и решила поплакать. Но слез не было. Буря чувств, одолевавшая меня, сменилась оцепенением. Я лежала на покрывале с рваной колотой раной вместо сердца, но могла рассуждать. Прав ли Адриан? Правильно ли заставлять его отвечать за событие, произошедшее так давно? Мы оба тогда были другими, и мне ли судить, когда я подстроила месть, в результате которой Кит лишился глаза? Я сама не святая.

Но Кит совершил ужасное преступление, а девушка, у которой Адриан пил кровь, ничего не сделала – только оказалась в неподходящем месте в неурочное время. Почему это случилось? Почему кровь всегда играла главную роль в моих страхах?

Адриан трижды писал мне смс на Любовный телефон, спрашивая, можно ли прийти ко мне поговорить. Я не отвечала. Наконец у него хватило ума отстать. Потом я просто валялась на кровати с Прыгуном-статуэткой на груди.

Когда я вернулась во дворец, я лучше владела собой, в основном потому, что отключила почти все свои эмоции. Я очутилась в уже знакомой комнате, где почти ничего не изменилось. Однако кое-кто отсутствовал. Адриан с Шарлоттой сидели рядом и тихонько болтали. Шарлотта сияла, а Адриан улыбался, но я достаточно его знала, чтобы понять, что улыбка эта неискренняя.

Завершение процедуры было несложным: требовалось добавить кровь к отстоявшейся суспензии. Жидкость засверкала серебром, вызвав недоуменное ворчание Эйба.

– Разве ей не полагается быть золотой?

Я пожала плечами.

– Я кое-что переделала. Серебро лучше гармонирует с моройской магией. Я подумала, что так будет лучше.

Соня вытаращила глаза.

– Дух почти полностью вытек! На помощь!

Шарлотта и Лисса кинулись к ней, вид у них был сосредоточенный. Я поняла: они используют свою магию, чтобы защитить пробирку. Не знаю, насколько они преуспели, но я поняла – нельзя терять время.

– Скорее! – велела я татуировщику Горацию.

У него была машинка, наподобие той, что имелась у Вольфе, и он поспешно зарядил чернила в иглу. Нейл уселся, а Оливия замерла.

– Ее нужно делать на щеке? – спросил он.

Я покачала головой.

– Не обязательно. Мы делаем ее на лице в качестве опознавательного знака.

После секундного колебания Нейл стянул футболку, обнажив

мускулистый торс. Он указал на левое предплечье.

– Давай здесь.

Гораций занес иглу, но внезапно озадаченно повернулся ко мне.

– А что изображать?

Несколько мгновений царило комичное молчание.

– Что будет быстрее, – заявила я.

– Я бы хотел крест, – мечтательно произнес Нейл. Потом на лицо его снова вернулась маска стоика. – Но вы набивайте то, что нужно.

– Рисуйте простой крест, – неожиданно вмешался Адриан. – Позже я его преобразую в нечто более художественное. Для украшения можно использовать обычные чернила.

Даже меня изумило это предложение – если учесть, что обычно Нейл раздражал Адриана. Гораций принялся за работу. Но даже такое несложное изображение требовало кропотливости. Татуировщик явно старался изо всех сил, но напряжение в комнате возрастало, обстановка накалилась до предела. Все настолько захватило меня, что я вообще позабыла об Адриане. Мой мир сузился до капель чернил, вводимых в руку Нейла.

Когда Гораций закончил, у всех был такой вид, будто они вот-вот попадают в обморок от стресса. Лисса положила голову на плечо Кристиану, а Соня, белая, как простыня, рухнула на стул.

– А ведь в чернилах еще присутствовала магия, – сказала Соня. – Но больше я ее не чувствую. Понятия не имею, работает ли она – помимо очевидного.

Меня поразила параллель между Нейлом и Треем. Их обоих пометили экспериментальными чернилами, чтобы защитить от воздействия внешних сил… но никто пока не знал, оказались ли процедуры эффективны. Потенциальное решение загадки Трея находилось в ящике в моей комнате. Ответ на загадку Нейла, к сожалению, таился в зубах стригоя.

Соня закрыла глаза и подперла рукой лоб. Я могла лишь предполагать, что она сейчас чувствует. Защита мороев от стригоев была ее навязчивой идеей, она принимала наш проект очень близко к сердцу – это стало бы возможным завершением ее трудов. Внезапно Соня открыла глаза и уставилась на Адриана с таким видом, словно о чем-то случайно догадалась.

– Почему ты не помог нам? Мы могли бы сберечь больше магии. Ты ничего не сделал.

– Она права, – поддержала Соню явно удивленная Лисса. – Я только сейчас это поняла. Мы действовали только втроем.

Все уставились на Адриана. Даже я была удивлена. Для него это тоже было личным делом, особенно если учесть его ведущую роль в сбережении крови Оливии. Отчего же он не стал помогать сейчас? На лице Адриана отразились колебания. Он обреченно вздохнул.

– Я не помог… потому, что не мог.

Лисса, усевшаяся рядом с Кристианом, резко выпрямилась.

– В каком это смысле не мог?

Адриан печально улыбнулся ей.

– В таком, кузина, что я уже три недели на таблетках, и не имею больше доступа к духу.

У меня остановилось сердце.

– Но… но почему ты это сделал? – спросила Лисса.

– А ты? – спросил Адриан. – Ты сама однажды пила их. Или нечто подобное. Я хотел вернуть себе свою жизнь. Я больше не желаю, чтобы дух контролировал меня. Ты знаешь, что он способен натворить. – Он поочередно посмотрел на Лиссу, Соню и Шарлотту. – Все вы это знаете.

Судя по досаде на их лицах, они действительно знали. Но ясно было и то, что они все равно сбиты с толку.

– Но почему именно сейчас?! – воскликнула Соня. – Ты же знал, что нужен нам!