Плацдарм
Шрифт:
Пришелец и местный маг.
Чародей внимательно изучил гостью, испытывая эмоций не больше, чем покупатель, осматривающий приглянувшуюся овцу или гусыню.
— Хм, как будто… магичка… Нет — всё же шаманка. Хотя даже на третью ступень не потянет. Так, амулеты неплохие, добрыми шаманами деланные. Немало, но все больше не привязанные, не под девку деланные. Ни чумы, ни гнойной лихорадки, ни огненной язвы — нет.
— Как зовут? — справился чужанин.
— Дарика.
— И зачем ты пришла, милая? — продолжил опрос пришелец.
— Тут собралась хорошая дружина, и вами
— Хорошо, — непроницаемо изрек ассаардар. — Подожди минутку.
Они с магом отошли в сторону.
— И что с ней делать? — спросил Крайнев.
— Прирезать — и в яму, на всякий случай, — прокомментировал Аор. — Можно перед этим солдатам отдать для развлечения. Но лучше — сразу: может, какая зараза на нее все-таки подсажена. Если хороший маг поработает, то болезнь не видна. Я ж все-таки всего пятиступенчатый. Против, к примеру, двадцатника, сам понимаешь…
— Ну и юмор у вас, гражданин консультант, — нервно усмехнулся капитан. — Вы ведь, надеюсь, шутите?
— Шучу, — произнес Арс Мак, и внимательный взгляд уловил бы на его лице и в ауре тень легкого презрения.
— А что если и в самом деле взять ее на службу?
— Зачем? — осведомился чародей.
— Ну, нам ведь нужны люди, которые разбираются во всей здешней обстановке? И потом, в конце концов, с кого-то же надо начинать? Когда-нибудь здешних начнут призывать в армию. Тем более что у союзников женщины воюют вовсю. Да и у нас найдутся. Взять ту же Алтен…
И в самом деле, женщины, вернее, незамужние и вдовые степнячки воевали наравне с мужчинами. Одну — спасшую зазевавшегося инженерного майора, которого совсем было утащили в плен, генерал Мезенцев даже представил к медали «За отвагу».
Но собеседник явно не разделял энтузиазма капитана.
— И все-таки я доложу по начальству, — упрямо выдохнул Крайнев. — Мало ли что. Вдруг пригодится…
Октябрьск. Казармы имени Дзержинского
Нельзя сказать, что майор Макеев слишком уж обрадовался необычному пополнению.
Его рота, названная экспериментальной, докомплектованная новобранцами из местных жителей, сразу же стала объектом насмешек и иронии.
Когда командование затеяло сформировать воинскую часть из землян и уроженцев Аргуэрлайла, генералу Мезенцеву тут же пришла в голову идея, кого назначить командиром необычного подразделения. За Макеева вступился Тихомиров, прося откомандировать разведчика в его распоряжение, однако кагэбэшник был непреклонен. Дело важное, партийное. Кому же его поручить, как не бравому вояке, уже имеющему опыт сотрудничества с туземным контингентом?
Александр покряхтел чуток, да и взялся за дело с искренним энтузиазмом. Хотя его и предупреждали имеющие аналогичный опыт (по Африке и Азии) товарищи, каково делать из аборигенов солдат.
Но дело оказалось даже сложнее, чем представлялось скептикам.
Основную массу полусотни отобранных добровольцев составили освобожденные сарнагарасхальские рабы.
Уже через пару дней Макеев понял: что-что, а появление своего Спартака местным рабовладельцам, похоже, не грозило.
Бывшие
Это не считая того, что несколько раз за этот месяц подчиненные предлагали ему себя в полное распоряжение на ночь, а один даже пообещал, если будет на то желание ассаардара, привести ему своего младшего брата, который еще не бреет бороду. В тот раз он первый раз в жизни ударил своего подчиненного. И напился до поросячьего визга.
Позже он узнал, что в похожих случаях его земляки из числа офицеров и обычных солдат пускали кулаки в ход куда чаще.
Именно после этого случая майор явился к Мезенцеву и высказал все, что об этом думает.
Как ни странно, его слова возымели действие, и треть его новых «подчиненных» раскидали по подразделениям в качестве поваров, дневальных-уборщиков, грузчиков. Надо сказать, тут они принесли куда больше пользы — один Сиргин, умевший варить кашу пятнадцатью способами и даже из тушенки с гречкой умудрявшийся сделать весьма вкусное блюдо, чего стоил!
Но задание командования надо было выполнять.
Тогда, отказавшись от мысли сделать из них нормальных солдат, Александр предложил создать что-то вроде «дикой дивизии» в миниатюре. В конце концов, рассуждал он, разведке как воздух нужны диверсанты, которые будут в этом мире как у себя дома. А эти будут не «как», а просто дома.
Сейчас в его подчинении было три десятка бывших рабов — тех, кто оказался годен на что-то, включая одного бывшего пленного разбойника. Не считая двух неполных взводов старых, обстрелянных бойцов из землян.
И вот теперь — новое пополнение.
Нет, он, конечно, понимал, что девушка — бывалый воин, несмотря на пол и возраст. Аор говорил, что клан Воительниц, к которому она имеет отношение, тут в немалом авторитете.
Но куда ее можно приспособить? Для начала — придется обучить стрельбе из автоматического оружия.
А кто за это возьмется? В чье подчинение ее определить?
Местные отпали сразу. Вряд ли кто из них, получив под командование женщину, не попробует воспользоваться своим положением.
Стоило же только посмотреть в глаза этой красотки, и становилось ясно, что это вполне может кончиться вспоротым животом.
В конце концов, Макеев вспомнил о младшем лейтенанте Серегине. Пусть парень оттачивает свое мастерство.
Первое, что поразило Дарику, когда она оказалась в казармах, так это то, что среди чужинских воинов почти нет зрелых, умудренных опытом людей — тех самых седоусых, покрытых шрамами ратников, на которых и держится любая армия. Не только солдаты, но даже десятники, и страх сказать — сотники и полутысячники были совсем молодыми людьми. Старые солдаты встречались один на сотню, да и те почему-то в основном занимались выдачей штанов и провианта.