Плацдарм 2
Шрифт:
— Да вроде как общались мы с ней, — протянул умник неуверенно.
— Ага, раком, — фыркнула женщина, злобно тыкая оружием. — Трижды за ночь и под утро. А потом адхары поманили, да? И как там твое Урочище? Много, сука, поднял?
— Я предлагал пойти вместе! — завелся ответчик. — Ты сказала нет, я ушел. Какого хера?!
И впрямь., утомили. Я заинтересованно склонил голову набок:
— Стрелять будешь?
— Чего?! — Она походу даже не услышала, найдя отдушину для боли.
— Яйцо, говорю, отстрели своей любви. Левое.
— Чего?
— Командир! —
— Телегу не повредите, — вскинулся Шест. — Ушатаю.
— Стреляй! — Я требовательно подступил к дамочке. — В левое. Правое не трожь. А левое отхреначь. Стреляй.
Она вздрогнула и опустила шмалабой, спросила почти жалобно:
— Ты псих?
— А если стрелять не будешь, то заткнись и давайте уже свалим с открытого места. — Парой выдохов я унял волну черной злости. Реально достали. Один жмется, сучий Ромео на минималках, скрывает информацию, которой грош цена, вторая страдает, раздувая конфликт не ко времени.
— Слышали командира? — Шест тревожно озирался. — Чет стремает…
И я его прекрасно понимаю. Ломило затылок и в животе холодный комок — что-то неладное вокруг. Еще не рядом, но уже близко.
Глава 13
Подвала достигли за час. Дошли бы быстрее, но из ребятушек Камилы ходоки неважные — рана на ране. Хотя держались стойко, что женщины, что оставшийся мужик. Фрау выдала им перевязку, и они на ходу заткнули багровые подтеки. Сказали хмурое «спасибо», покосились на меня с опаской и пристроились в фарватер начальницы. А меня не отпускала тревога. Напарники, видя такое дело, затискали оружие… Вот только беда в том, что вокруг никаких предпосылок для активного взаимодействия. Где-то что-то кричит и воет, а рядом лишь суровая разруха.
Подвал — название громкое. Углубление на два метра, часть перекрытия в качестве потолка, сосредоточенное в одном углу, и финита. Здание рассыпалось хаосом блоков, сплетенных сухой порослью. Но нам сгодится — место неприметное, плохо просматриваемое с магистрали. Если кто вздумает пробираться двориками, услышим загодя. Телегу пристроили на подъездной дорожке, у части рухнувшей крыши и молча спустились. Расселись без изысков, лишь бы кинуть кости и позволить легким свободно прокачать морозный воздух.
Вид у бойцов суровый, но вижу, что прислушиваются с легким намеком на фатализм — херанет или нет? Придут ли по нашу душу силы зла? Но давление на психику слегка ослабло, дерьмо случится чуть позднее. И моя задача минимум — внушить подопечным уверенность и готовность.
— Хлебнем, — сказал, откидываясь на стенку и проверяя оружие. Фрау охотно извлекла из рюкзака две пластиковых бутылки и пустила по кругу. Градус посиделок немного потеплел, спасенных отпустила черная тень, что всегда призывно машет за порожком смерти — я тут, жду с нетерпением, а выбор лишь обман… Вот и меня повело. Побулькал глотком, прополоскал сухое горло.
— Так зачем помог? — нарушила тишину Камила. От первых слов народ вздрогнул…
— Капитан
— Прикольный старикан. Псих, конечно, но прикольный, — с облегчением выдохнула женщина. Тоже не любит неясности. А тут вроде общий знакомец, и можно уже делиться сокровенным. Контакт установлен.
— Объяснишь, что случилось? — направил ее к интересному.
Подняла руку одна из девушек бенда:
— А есть еще перевязка? В долг, сочтемся…
— Шест, обеспечь. Отплатите информацией.
— Странный ты… — Камила взлохматила волосы, забавно почесала кончик носа. — Раньше бы послала тебя нахрен, от беды… Но зона щедра на странности, так что договоримся. А история простая до одури. Базар лихорадит. Пошла какая-то бл… переделка, перетасовка. Случается периодически… И нам не фортануло. Взяли на марше у лагеря — резкие девки и мужики с огнестрелом, как вычислили хер поймешь. Услышали визг, а дальше понеслось… Уходили с боем, если по приличному сказать…
— Но ведь мы им показали, Камила, показали? — горячечно озвучил спасенный паренек.
— Да Чуч, мы им показали. — Женщина успокоительно вскинула руку. — Детей Восхода поставили на красное…
Я вопросительно приподнял брови.
— Те, что с татухами. Сброд, но изобильный. Раньше стыкались по мелочи, но сильно они не борзели, а тут заявились с резкими и прям в безбашенную…
— А давай-ка сначала. — Я обозначил интерес. — Откуда пришли, куда уходили… С привязкой к ширмам, желательно.
— Планируешь туда? — она неопределенно мотнула головой. — Тоже хотела, когда перебралась подальше от осенаторов.
— И?
— Передумала. Ты же в курсе про три ширмы? Расположены немного под углом к оси, расстояние в полцикла бодрой ходьбы. Начиная от ближайшей, называем их Лодочка, Черныш и Вареник… Пусть костлявый не пучит глаза, называла не я. У нашего барьера остатки памятника, нарисован корабль, у второго обосновалась с заставой Черная Самба, баба знатная — бицуха, что твоя нога, а у дальнего проема просто приметная вывеска в соседних развалинах «Вареники и ко…».
— Какую посоветуешь?
— Да уже хер знает. Вареник сразу в минус, там пробовали обосноваться охотники, но у орды случилось другое мнение. На Лодочке мы нормально держались, пока не встретили на той стороне Детей Восхода. Они, походу, вышли из глубины зоны к новой ширме… и мы вроде неплохо справлялись, пока они осторожничали. Но в один день их как-то сильно прибыло, мы сдали назад, а потом они заявились в компании с резкими…
— За Лодочкой встретят местные любители солнца, — свернул я мысль, пока собеседницу вновь не накрыло.
— Вроде того. — Камила поморщилась. — Если бы знать…
— Что по средней ширме?
— Туда ушли часть резких и детей Восхода. Пресанули нас и разделились…
— Ширмы ведут в одну зону? — подал голос Замес.
— Пошел в жопу, — немедля ответила женщина. Посмотрела на меня любопытного и пояснила. — Что видишь вокруг?
— Разрушенный город, — смекнул я. — А если пройду ширму…