Питомцы
Шрифт:
Они спорили об этом каждый вечер, но Лани упрямилась до последнего. Однажды - ещё в инкубаторе - она упустила свой шанс, показала хозяевам коготки, повинуясь стихийным чувствам. А ведь всего-то стоило приласкаться, как сделал это Черноглазик. Но больше она не совершит такой ошибки.
– Глупый ты, - съязвила Лани.
– Я попаду в Рай и стану домашней, а ты будешь прозябать здесь, пока не выйдешь за Красную Дверь.
– Нагрубила и сама надулась.
Рэм лишь молча хмыкнул.
Из-за Красной двери не возвращались. Изредка Лани видела домашних на выгуле в пустыне и никогда среди них тех, кого мелкие хозяева вывели за Дверь.
–
– Нормальную - это какую?
– уточнил Рэм.
– Не знаю... чем там кормят этих домашних, что они вечно такие довольные?
Рэм пожал плечами.
– Змеями?
Они оба тихонько засмеялись.
– А у меня опунция зацвела, - поделилась новостью Лани, кивнув на кактус, который заполз к ней в вольер из пустыни.
– Хороший знак, - кивнул Рэм.
– Вот и я так думаю, - мечтательно сказала она и прикрыла глаза.
Она обязательно что-нибудь придумает и утром станет домашней. Нужно только переждать бесконечную ночь, полную холода, храпа и плача слабеньких девочек. А иногда и мальчиков.
Со скрипом отворилась дверь, и один из мелких хозяев просунул в вольер сперва голову, а потом змеевидный хвост. Лани вздрогнуть, когда её лба коснулся железный наконечник, заставляя тело послушно подняться. Она лишь успела дотянуться рукой до кактуса и сорвать цветок. Пусть будет с ней там, куда её собираются отвести. А куда именно, она знала.
Она шагнула вперёд. За спиной раздался тихий рык. Неужели Рэм?
Вышла во двор, загребая ногами песок, оставляя за собой след, который вскоре исчезнет. Ночной ветерок дунул в лицо, отрезвляя мысли, которые словно накрыло тёмным песчаным облаком. Прямо перед Лани, на серой стене, появился красный прямоугольник. Она шла дальше. Не могла остановиться, не могла сбежать, лишь смотрела в лицо своему самому огромному страху. Дверь отворилась, и Лани приготовилась сгореть заживо, только от чего - неизвестно. Она переступила порог. Выдохнула. Пока ничего ужасного, всего-то пёстрые стены и уходящий вдаль коридор. Хозяин молча потянул её за собой. И она пошла.
Коридоры петляли, сменялись другими коридорами, а Лани казалось, что они идут по кругу, но когда-то этот круг закончится в определённой точке. И эта точка станет для неё финальной.
Но вот они оказались перед новой дверью. Тоже красной. Лани всегда считала, что Красная Дверь может быть только одна. Выход из жизни, вход в ад.
Лани снова приготовилась к худшему. И шагнула в ночную пустыню. Неужели всё закончится здесь?
Вдалеке замерцали огни, и Лани различила фигуры ещё нескольких хозяев, вот только не мелких, а тех, что заводили себе питомцев.
'Сладкие сны или танец со змеями', услышала она голос своего провожатого, и вместе с этими словами на неё навалилось нечто жуткое, чужое, непостижимое. Но она поняла, что от неё требовали решения. Отчасти ей хотелось забыться, затеряться в темноте, но внутренний огонь не давал покоя.
– Танец, - ответила она, а спустя пару минут оказалась среди странной компании, затерявшейся в пустыне по ту сторону высокой серой стены. Что ж, она проголодалась, а змеи годились как нельзя лучше.
Хозяева стояли за пределами круга, выложенного светящимися тёмно-оранжевыми шарами, а двое парней - один домашний, с алыми разводами татуировок на правой руке, и другой определённо уличный - прыгали из стороны в сторону, уклоняясь от нападок небольшой, но
'Поймай змею первой', пришла новая мысль вместе с потоком тяжёлого ночного холода, и Лани вновь обрела контроль над своим телом. 'Займёшь место питомца'.
Домашний на вид был не слишком крепким, но двигался уверенно. Он почти схватил змею, но словно бы поддался, и уличный оттолкнул соперника в сторону. С носа домашнего соскочили нелепые жёлтые стёкла. Он тряхнул головой, приподнялся на колени и нащупал потерянную вещь, возвращая на выдающийся нос. В голове Лани мелькнул смутный образ, но она отмахнулась от него. К этому моменту змея снисходительно поцеловала уличного в руку, и тот корчился на песке от боли. Но не успела его агония завершиться, как из темноты выступила крупная хозяйка с шипами на голове и руках, выпуская язык и скользя им по бедолаге. На глазах он побледнел и весь будто бы сжался.
Лани сглотнула ком в горле и устремилась мыслями к цели: она всё же могла стать домашней. Нужно только переиграть парня, ведь, похоже, он не такой уж ловкий. Ему просто повезло. Расправив плечи, Лани поднесла к лицу оранжевый цветок опунции, маленькое солнышко в ночи. Совсем скоро она будет жить в комфорте и роскоши. Но змее придётся умереть, как и домашнему.
Она вступила в круг света и потёрла ладони, готовясь к триумфальной пляске. Цветок осел в спутавшихся чёрных волосах.
Домашний повернулся к ней лицом, и теперь она хорошенько могла рассмотреть его. В груди кольнуло. Что-то далёкое вновь коснулось её сознания. Парень на секунду приподнял очки и потёр нос.
– Черноглазик?
– зачем-то прошептала она, перечёркивая всё, о чём думала ещё минуту назад.
Часть 2. Стая
Выбравшись тайком в пустыню вместе с Ши-тарр и Ли-рро-хом, Ирр пристально наблюдал за новым питомцем. Тщедушен в сравнении с мускулистыми хомками, которых выставляла на запретные поединки Ши-тарр. Да и многовато белого тела, что делало его похожим на обитателей фермы - отличительные татуировки, приятные для глаз аспидов, покрывали лишь одну руку. Девчонка, поставленная ему в пару, определённо двигалась лучше, хоть и была совершенно неказистой. Ирр всерьёз задумался, а не взять ли её к себе. Отмоет, покрасит, обучит. Хотя с такими, как она, всегда приходилось сложнее. Менее склонных к одомашниванию пускали на энерготоники для флота Покорительницы. Аспиды всегда были жадными до чужого тепла, а если это тепло ещё поместить в баночку, которую можно выпить при удобном случае - просто сказка. Бизнес процветал, конечно, не без помощи Сар-рка.
Ирр бы без раздумий прикрыл эту лавочку, ведь он изобрёл, как накапливать инородную энергию в 'артефактах' без умерщвления носителя. Но разве кто-нибудь воспримет его разработки всерьёз? Сперва нужно достучаться до мамочки. Она обязана понять, что отсутствие хвоста никак не влияет на количество извилин.
'Не вижу, чтобы ты радовался подарку', проникла в его мысли Ши-тарр, игриво поводя в воздухе хвостом.
'Даже двойному', добавил Ли-рро-х.
На место своего умного и верного питомца Ирр сам выпросил этих двух никчёмных хомок, и Принц, изображая сочувствие к его утрате, разрешил забрать их. Толстопуза, от которого уже отъели заметную, но восполнимую долю энергии, и дохляка в очках. Радость превеликая. Однако он как всегда поставил ментальный барьер на свои истинные мысли.