Пираньи
Шрифт:
Альма посмотрела сперва на меня, потом на своего банкира из Канады мистера Киннарда.
– Что вы думаете?
– Пятьдесят процентов лучше, чем ничего, – ответил он.
Альма согласно кивнула мне.
– Договорились.
– Вы слышали, что она сказала? – спросил я Брэдли.
– Что вы думаете, судья? – обратился он к судье Джитлину.
Тот криво усмехнулся.
– В этой сделке что-то нечисто, но мы с тобой попали в бассейн, полный пираний. Хватай деньги и прочь отсюда.
Я поднялся из-за стола.
– Спасибо, джентльмены.
Брэдли посмотрел на меня, его лицо пылало от гнева.
– Ты надул всех нас. Я молчал.
– Я-то думал, что ты входишь в это дело, чтобы помочь нам, – продолжал он.
– Я и хотел помочь, – сказал я. – Кто же знал, что вы уже пошли ко дну. Джарвис воткнул вам гарпун в спину. Если бы не я, вы бы вообще ничего не получили. Теперь, по крайней мере, вы можете вернуться к своим нефтяным компаниям и навести порядок у себя дома.
Брэдли молча вышел в сопровождении судьи Джитлина. Я снова повернулся к столу. Альма кивнула мне.
– Мы все сделаем.
– Спасибо, – поблагодарил я.
Я смотрел им вслед, когда они выходили из зала заседаний. Пичтри и его помощник смотрели на меня широко раскрытыми глазами.
– Даниэль, – сказал я, – ты остаешься президентом компании. Я верю в твой опыт и твои способности, хотя ты и сукин сын. Я перевожу сто миллионов долларов на оперативный счет компании и жду, что компания будет работать без сбоев. Еще я назначил Джима Хэндли исполнительным вице-президентом и главным финансовым администратором компании. Я также попрошу вас обоих перетряхнуть компанию снизу доверху и вычистить весь ненужный хлам. Живите дружно.
Пичтри взглянул на меня.
– Спасибо, Джед. Но вы же знаете, что у меня до сих пор нет контракта.
– Хорошо. У тебя будет контракт завтра утром, – сказал я, посмотрев ему прямо в глаза. – Сколько ты хочешь?
Даниэль пожал плечами.
– Я еще как-то об этом не думал.
– Ну так подумай, – посоветовал я ему. – А потом мы сядем и все обсудим.
– Завтра мне понадобятся десять миллионов долларов, – сказал он. – Мне представилась возможность заполучить прокатные права «Стар Айленд». Все студии города рвутся заполучить их. Но продюсер киностудии – моя старая любовь, и он знает, что мы дадим ему хорошую цену.
– Это уже твои заботы, – сказал я. – Делай так, как считаешь нужным.
– А как Джим Хэндли?
– Джим займется финансами, так что работайте вместе.
– Ну что же, хорошо, – сказал он, вставая со стула. – У меня дела. Надо возвращаться на студию.
Мы обменялись рукопожатием.
– Успешного тебе дня, – пожелал я и улыбнулся.
– Тебе тоже, – проговорил он и ушел вместе со своим дружком.
Я откинулся в кресле и закурил.
– Господи, – едва слышно вздохнул я.
У меня было такое чувство, будто меня вынули из-под пресса. К тому же я все еще ждал, когда дядя Рокко пришлет деньги.
Джим Хэндли
– Что будем делать дальше?
– Занимать.
Я повернулся к Рону Шрафту, который возглавлял группу из трех человек от DB&L.
– Можем ли мы выбросить на рынок высокодоходные облигации на миллиард долларов?
Несмотря на молодость Рон был умен и имел доступ к важной информации. Он перешел сразу к делу.
– Нет, не получится, – сказал он. – Майк говорит, что цифры сейчас не в вашу пользу.
– У нас есть имущество, – заметил я. – Недвижимое имущество стоит не менее четырехсот миллионов и дает нам доход в размере сорока миллионов в год. Один удачный фильм, – и мы будем просто купаться в деньгах.
– За последние два года «Милленниум» уже потеряла почти двести миллионов, – ответил Рон. – Не было ни одного удачного фильма. Кроме того, Майк не верит в кинобизнес.
– Думаю, он ошибается.
– Но Майку нравишься ты, и он хочет делать с тобой дела. Если ты вольешь «Милленниум» в «Дженерал Авионикс», он считает, что сможет продать для тебя на целых пять миллиардов высокодоходных акций.
Я внимательно посмотрел на него.
– Это абсолютная чушь, – ответил я. – «Дженерал Авионикс» не нуждается в деньгах, и я не собираюсь висеть на крючке из-за этой кинокомпании.
Рон отнесся к моим словам спокойно.
– Это всего лишь возможный выход, – заметил он. – Майку хотелось помочь.
Я поднялся и протянул ему руку.
– Поблагодари его, – сказал я. – Но это не та помощь, которая мне нужна.
Мы вежливо простились, и они ушли.
– Сукины дети! – выругался Хэндли.
– Это ничего не значит, – откликнулся я. – Для Майка это всего лишь бизнес.
Шерман Сиддели повернулся ко мне.
– Я говорил с Макманусом, и он дал понять, что «Американский банк» тоже не поможет нам.
Я расхохотался.
– Ну где вы видели банк, который дал бы вам денег, когда они нужны до зарезу?!
– Вы совершенно правы, – откликнулся Макманус. – Но «Американский банк» уже безвозвратно потерял сорок миллионов долларов, вложив их в фильмы, которые провалились.
– Да ладно тебе, Мак, – вмешался я. – «Американский банк» за многие годы потерял сотни миллионов в кинобизнесе. Сорок миллионов – просто капля в море. Кроме того, единственная причина, по которой вы дали ссуду «Милленниум», заключается в том, что вы надеялись, что Шепард переведет счета своих нефтяных компаний к вам.
Макманус усмехнулся.
– Умник, – сказал он.
– Почему бы тебе из спортивного интереса не заключить вместе со мной сделку со «Стар Айленд», которая, возможно, не принесет дохода? Пять миллионов, разве это много?
– А что я получу от тебя за это?
– Финансирование новых аспектов деятельности «Дженерал Авионикс».
– Ты это серьезно?
– Я всегда держу свое слово, – ответил я. – И, кроме этого, я гарантирую тебе первый доход с картины, если она будет иметь успех.