Пирамида
Шрифт:
— Сначала расскажи нам о мумии. Вчера ты говорил, что компьютерная томография назначена на утро. Как успехи? — Едва заметив, как помрачнел дядя, Сэм пожалел, что спросил. Даже на расстоянии в три тысячи миль он понял, что у старика плохие новости, и убрал с лица улыбку. — Что-нибудь случилось? — спросил он уже серьезнее.
Генри покачал головой — движения на экране снова смазались, однако речь звучала плавно.
— Мы не ошиблись, посчитав, что это не мумия инка, — начал профессор. — К сожалению, это европеец.
— Что?
Изумление
Генри поднял подрагивавшую руку.
— Насколько я могу судить, он был доминиканским священником, вероятно монахом.
Мэгги наклонилась к микрофону.
— Значит, инки мумифицировали одного из своих заклятых врагов — служителя чужого бога?
— Понимаю, необычно. Я планирую провести здесь небольшое исследование и посмотреть, нельзя ли до отъезда проследить историю этого монаха. Хотя и не доказательство моей теории, но все же довольно интересное развитие событий.
— Особенно в свете нашей недавней находки, — добавил Сэм.
— Какой находки? — поинтересовался Генри.
Сэм рассказал об обнаружении запечатанной двери и латинских письменах. К концу его описания Генри закивал.
— Выходит, конкистадоры все-таки отыскали поселение. — Он медленно снял очки и потер вмятинки от них на носу. Следующие слова профессора больше походили на размышления вслух. — Но что же произошло здесь пятьсот лет назад? Должно быть, ответ находится за дверью.
Сэм почти улавливал напряженную работу его мозга.
Филипп схватил микрофон.
— Нам открыть завтра дверь?
Прежде чем дядя успел ответить, аспиранта перебил Сэм:
— Конечно нет. По-моему, следует подождать, когда вернется док. Если это значительная находка, для ее исследования, я думаю, нам понадобятся его опыт и знания.
Филипп покраснел.
— Я вполне мог бы справиться.
— Ты не можешь справиться даже...
Генри решительно вмешался в разговор:
— Мистер Сайкс прав, Сэм. Открывайте дверь завтра же. То, что спрятано за запечатанным порталом, поможет моим исследованиям здесь, в Штатах. — Взгляд профессора переходил с одного лица на другое. — И я доверяю не только Филиппу. Я рассчитываю, что вы все будете действовать так, как я вас учил: осторожно и самым тщательным образом.
Несмотря на последние слова, Сэм заметил на лице Филиппа злорадство. Теперь задавака из Гарварда станет просто невыносим. Пальцы Сэма со злостью впились в край стола. Однако молодой человек не посмел спорить с дядей.
— Сэм, — продолжал тот сурово, — я хочу сказать тебе пару слов с глазу на глаз. Остальным пора на боковую. Сегодня у вас был долгий день.
Студенты вразнобой пробормотали «до свидания» и побрели к выходу.
Из палатки вслед им донесся голос Генри:
— Молодцы, ребята!
Сэм наблюдал, как другие выходят на улицу. Последним покинул палатку Филипп, не преминув выдавить торжествующую улыбку.
— Сэм, — негромко спросил его дядя, — все ушли?
С усилием разжав руку, Сэм снова посмотрел в камеру.
— Да, дядя Хэнк, — ответил юноша, стараясь говорить непринужденно.
— Я знаю, Филипп кого угодно достанет. Однако голова у него работает. Если Филипп дорастет до своего отца хотя бы наполовину, выйдет отличный археолог. Так что будь к нему снисходительней.
— Если ты так хочешь...
— Хочу. — Генри придвинул стул к компьютеру. Нечеткое изображение профессора на экране укрупнилось. — Теперь о причине разговора с тобой наедине... Хотя я поддержал Филиппа, завтра мне нужно, чтобы ты стал моими глазами и ушами. В раскопках у тебя гораздо больше опыта, чем у него, и я рассчитываю, что ты поможешь направить Филиппа в нужное русло.
Сэм не сдержал стона.
— Дядя Хэнк, да он слушать ничего не станет! Он и так считает себя шишкой на ровном месте.
— Найди способ, Сэм. — Генри решительно надел очки, как бы ставя на этом точку. Он молча смотрел на племянника, будто прикидывая что-то. — Если тебе придется послужить моими глазами и ушами, ты должен знать все, что знаю я. Есть кое-что, чем я еще не делился с другими. Чтобы правильно оценить то, что вы завтра обнаружите, тебе нужна полная информация.
Сэм выпрямился. Досада на Филиппа растаяла как дым.
— Какая информация?
— Есть две вещи. Во-первых, здесь, в университете, с мумией приключилось нечто странное.
Генри рассказал о том, как череп мумии лопнул и из него выплеснулось что-то похожее на жидкое золото. Брови Сэма поползли вверх.
— Боже, дядя Хэнк, что это за фокус?
— Здешний патолог предполагает, что от резкого оттаивания мог внезапно освободиться метан. Но за все сорок лет работы я никогда не видел ничего подобного. И эта жидкость... Доктор Энгель как раз ее исследует. Возможно, через пару дней я узнаю больше, а пока хочу, чтобы ты держал ухо востро. Тайна происшедшего в этой деревне пять веков назад может обнажиться, когда вы откроете дверь.
— Я буду стараться, даже если придется надеть на Филиппа железную узду.
Дядя рассмеялся.
— Помни, Сэм, знатокам известно, что своенравной кобылкой лучше всего управлять, едва касаясь поводьев. Пусть Филипп думает, что он главный, и все будет хорошо.
Сэм сдвинул брови.
— И все же... зачем такая секретность, дядя?
Генри вздохнул, его голова слегка затряслась. Неожиданно он показался Сэму просто стариком с усталыми глазами.
— В науке секреты не последняя вещь. — Генри взглянул на племянника. — Не забывай о грабителях. Одно неосторожное слово — и они слетятся, словно мухи на падаль, даже в пустынных Андах. То же самое может произойти и в научной среде. Слишком длинные языки способны лишить грантов и должностей.