Пилот
Шрифт:
– Это - акт бандитизма. Со всеми вытекающими. Значит, вы предполагали, что возможны осложнения?
– Потому и позвонил...
– До встречи, дон Виталий. А вы не такой 'обезбашенный', каким иногда выглядите.
– И вам не болеть, - вздохнул я, кладя трубку. Ну какой из меня, к ебебелю, учитель? Сам-то еще из салаг в черпаки не вышел. А туда же - в педагоги примучали. Как я этого перца учить буду? Чему я, блин дырявый, его научить способен? Красиво падать? И, блин печеный, деваться-то некуда. В самом деле, не штурмовать же мне этот 'хам' с последующим анабазисом к аэродрому. Огрызаясь огнем и прикладом. Да и приклад тот
– Катя, шмотки в торбы! Готовность - номер один! Оружие к бою подготовить! В случае необходимости применять не задумываясь, но без приказа не стрелять!
– Боже мой! Виталос! Что ты такое говоришь! Зачем и в кого стрелять?
– Ты же слышала наш разговор? Если ты полагаешь, что дон Энрике шутит, то это не так. Этот город не Монте-Карло! Отнюдь! В этом мире нет безопасности. Ее и в том-то по существу не было, на самом деле. Но в Новой Земле все проще и откровеннее. Одно тебе скажу: жизнь - она сама по себе крайне опасная штука и вредно влияет на здоровье. Я пока ни одного мафусаила не встречал. А ты?
Господи, Боже мой! Как же я люблю эти большие черные круглые глаза! Всех за них убью. Один с ними останусь!
Сборы наши были недолги. Хорошо, что я днем все 'чечки' в самолет отвез. Катины перышки в сумку. Морса на поводок и в угол. Сумка его наготове. Патрон в патроннике. Поглядим в окошко. В лобовом стекле тонированного 'хаммера' вспыхивают сигаретные огоньки. Караулят сучары. Надо бы в холл спуститься, рассчитаться за номер.
Портье, поглядывая на меня с неким немым вопросом, бысто составил счет. Я оплатил. Сгребая деньги в кассу и искоса поглядывая на мою кобуру, деревянным голосом портье сделал наконец долгожданное предложение, от которого, по идее, разумный человек отказываться бы не стал:
– Не желает ли мистер Рююджейникофф сделать взнос в благотворительный фонд в пользу сирот, оставшихся без кормильца?
– Давай...те обсудим это чуть позже. Велик ли взнос?
– Сосем невелик! Не более пятидесяти процентов вашего выигрыша!
– Напряженно глядя мне в переносицу, ответил портье.
– Всего лишь?
– хмыкнул я.
– Это мне следует обсудить с супругой. Не возражаете?
– И тоже уставился ему в затылок, глядя сквозь переносицу.
– Ну какие же могут быть возражения! Разумеется, посоветуйтесь! Однако я настоятельно рекомендую вам это предложение принять. Несчастные сироты...
– портье лицемерно вздохнул и по-прежнему деревянно улыбнулся, - они так нуждаются в помощи!
– Да уж, сироты - они такие!
– кивнул я в ответ и вернулся в номер.
– Черт бы их побрал! Вместе с опекунами: 'Сиротка, возьми доллар!
– предложил ковбой малютке. Я не сиротка!
– гордо ответил кроха - вот мои мама и папа! Пиф-паф!
– Сиротка, ты бы все же взял доллар!
– настаивал подвыпивший ковбой...'
Кате анекдот не понравился. Можно подумать, он мне нравится. Благотворители, мля! Козлы позорные! Зато до Кати наконец дошло, насколько серьезно мы влипли. Плечи ее заподрагивали. Прижалась она ко мне пугливо. Обнял я роднулю правой рукою. В левой - 'Вальтер'. Дверь под прицелом держу. Мало ли чего супостатам в бошку торкнет. Сидим. Ждем.
– Виталос, ты на меня
– Нет, моя хорошая. С чего ты взяла?
– Это из-за меня мы угодили беду! И ты - сердишься!
– Нет еще никакой беды. Нормально все будет.
– И ты становишься должником у кубинских бандитов. Мы станем должниками! А ведь ты не хотел иметь с ними бизнес!
– Не с ними, а под ними! Дык! За все ведь надоть платить! И выбор у нас невелик. Или контакт с кубинцами, или вооруженный конфликт с хозяином казино.
– Ты уверен, что казино решится на такой шаг? Это ведь будет очень плохая реклама! Так не делают. Даже в Лас-Вегасе при мафии такого не случалось!
– Уверен - не уверен... Трудно сказать... Зато у нас в России ходили слухи про такие дела. Точно не знаю, но уж лучше я на воду подую, чем на молоке обожгусь. Хужее не будет.
– Тогда у кубинцев должен возникнуть конфликт с этим, как его, с Томми Би Би.
– А это уже их головная боль. Наверное, найдут, что ему предъявить. Да хоть бы ту же дурную рекламу для городских казино. Это ведь кубинская делянка. Вспомни, что Энрике рассказывал. Игорный бизнес в Нью-Рино контролируют кубинцы. И получается так, что этот самый Томми со своими гнилыми мансами им конкурент. И крепко пакостит. Вот они его на место и поставят. А заодно и нас припашут. Реальный вариант?
– Ну, не знаю... Только выходит так, что мы теперь в долгу у бандитов.
– Да ну, на фиг! Ничего такого они от нас пока не требуют.
– Вот в том и дело, что пока! Но...
– ...Но пока мы с тобой решаем, куда лететь и что везти, мы главнее будем. Все в пределах разумного. А если нам приказы отдавать начнут, мы сотрудничество сразу и свернем. И пошлем их... ...обратно!
– Хм! Так они и пойдут!
– А куда они денутся? Договор есть договор. Они обеспечивают нашу безопасную эвакуацию, я обучаю их пилота. Взлет - маршрут - посадка. И ничего более. И еще плюс. Энрике сказал, что оплатит обучение. А, не дрейфуй против ветра, прорвемся. Где наша не пропадала! Устроимся в Нью-России, или еще где, если нам там не покатит, и заживем! Мальчонку родим, потом еще пару-другую...
– Размечтался! А вдруг девочка будет?
– А лишь бы не козочка! Родила Катюха в ночь не то сына, не то дочь! Пиризнавайса, нэвэрная! С каким козлом гуляла от меня!? И, кстати, помолилась ли ты на ночь, Катерина!?
– Дурак! Сам ты - козел!
– А вот за козла ответишь! Сурово ответишь!
Напряжение слегка спало. Под окном слабо заурчали моторы. Несколько. Выглянул я осторожно в окошечко - приехали! Избавители наши от беды неминучей! Да как ловко встали. Маневр всякий "Хаммеру" начисто перекрыли, к дверкам трое подошли. Базарят о чем-то. Все при длинностволах. По лестнице глухо затопали. Все ж неплохая звукоизоляция в номере. В дверь деликатно постучали.
– Кто?
– Энрике Льянос, дон Виталий! Могу я войти?
– Разумеется, можете! Еще раз здравствуйте!
– Буэнос ночес, донья Катерина, буэнос ночес, дон Виталий! Вы готовы?
– Разумеется. За номер я рассчитался. Вещи собраны. Вы были правы, мне действительно предложили отдать половину выигрыша в неведомый благотворительный фонд. Мы можем ехать?
– Конечно...
– Не возражаете, если кирия Катерина поедет с вами в машине? А я - на скутере. Следом.
– Конечно, с удовольствием прокачу вашу супругу. Вы оказываете мне честь! Идемте!