Пилот. Любовь навылет
Шрифт:
– Виктория –
Как?!
Как можно быть такой растяпой?!
В первый же день!
Я ещё не отлетала ни одного из тридцати стажёрских часов, а уже, кажется, опозорилась на всю авиакомпанию!
Поднимаю глаза на стоящего впереди мужчину, который мгновение назад недовольно покашлял.
Так… Надо что-то предпринять. Причём срочно, иначе… Спокойно жить и работать мне не получится – насмешек уже, в любом случае, не избежать.
Поэтому всё, что мне сейчас остаётся – выйти из нелепой ситуации с
Пытаюсь подняться самостоятельно, но внезапно незнакомец, стоящий напротив меня, протягивает мне руку, чтобы помочь встать.
Может быть, всё не так уж и плохо и я зря так паникую?
Сердце колотится, словно в него поставили несколько уколов адреналина – дико, бешено, мучительно…
Взяв незнакомца за руку, быстро поднимаюсь с колен. Горячее пятно кофе на моей недавно белоснежной рубашке обжигает кожу. Но ещё сильнее меня обжигает чувство стыда и неловкости.
Мои щёки сейчас, наверняка, пунцовые…
– Прошу прощения, – я поднимаюсь и смотрю в глаза стоящему впереди меня мужчине, – Я случайно…
Мужчина, одетый в классический костюм пилота гражданской авиации тёмно-синего цвета с характерными золотистыми галунами на рукавах, расположенными в три ряда, выглядит очень… Внушительно и даже грозно.
Не считая большого пятна от кофе на его одеянии, которое портит весь образ.
Но в дрожь меня бросает не от униформы.
А от его взгляда. Пробирающий до костей, пронизывающий насквозь. Глаза цвета тёмного шоколада изучают меня, внимательно, щепетильно, отчего мне становится неловко. Хотя, казалось, большей неловкости испытывать просто невозможно!
Когда взгляд незнакомого пилота опускается на мою рубашку, на которой красуется огромное пятно от кофе в области груди, мне хочется провалиться сквозь землю.
– Новенькая? – спрашивает он низким голосом, не выражающим ни малейшей эмоции.
– Д-да, – чуть заикаясь, отвечаю я.
– Первое и последнее предупреждение, – говорит пилот, – Дайте ей униформу. В таком виде к пассажирам не допущу.
После этих слов мужчина разворачивается и уходит в небольшой кабинет, предназначенный для экипажа нашего рейса. Остальные, как мне показалось, ещё немного похихикали, но, в целом, опустили эту ситуацию и стали вновь беседовать на отвлечённые темы.
Господи!
Меня до сих пор колотит от испуга!
– Да-а, – протягивает подошедшая ко мне Ксения, – Умеешь ты в неприятности попадать.
– Я уже поняла, – грустно опустив голову, отвечаю я.
– Да нет, не поняла. Это был тот самый Булатов. Ты ему рубашку испортила… После такого он точно тебя запомнит и, наверняка, спуску не даст.
Внутри меня всё обрывается. Как можно было так опозориться?!
Хотя… Думаю, это не первый такой случай в его практике… Хочется надеяться на это, по крайней мере.
– Ладно, бедолага, – смеётся Ксения, – Пойдём, поищем тебе сменную одежду.
–
– Ой, за него не волнуйся. Он тут царь и бог, у него с униформой проблем нет. Давай-ка поторопимся, до брифинга пять минут.
Ну ладно…
Забежав в какую-то каморку, мы с Ксенией начинаем искать подходящую одежду. Однако, ничего подходящего нет.
– Это мужское… В таком к пассажирам выходить точно нельзя… Уж лучше блузка с пятном… – роется в одежде моя новая знакомая, – Это… Возможно. Вот, примерь, – девушка протягивает мне чёрное платье-футляр. Самое обыкновенное, – Пока ты стажёр, тем более на первом рейсе, можешь полететь в этом.
– Спасибо, – дрожащими руками забираю вещицу и судорожно начинаю переодеваться.
Что же… Сидит очень даже хорошо – обтягивающая чёрная ткань красиво облегает мою стройную фигуру.
– Пойдёт. Вообще хорошо, – одобряюще кивает Ксения, – А теперь бежим!
Спустя минуту мы заходим в кабинет, где собрались все члены экипажа предстоящего рейса. И, судя по всему, они уже начали обсуждать предстоящий полёт.
– Погода неплохая, но над Екатеринбургом сейчас туман… – на этой фразе речь Булатова обрывается и он резко поднимает взгляд на только что вошедших нас.
Ну, как на нас.
На меня.
Вот, опять, из-за этого его взгляда мне хочется провалиться под землю! А лучше – ещё глубже. Сквозь землю!
Замечаю, что первый пилот так же переоделся – идеально выглаженная рубашка облегает его атлетическое тело, даже сквозь плотную белую ткань просвечивается гора мышц.
Машина… Самая настоящая машина!
Смущённо отвожу глаза в сторону и расправляю плечи, стараясь выдержать оценивающий взгляд Булатова, который вновь скользит по моему телу, задерживаясь на аккуратной причёске, фигуре и каблуках.
“Ладно, я хотя бы выгляжу более, чем прилично” – проносится в моей голове и я, боясь лишний раз привлекать к себе внимание, сажусь на ближайший стул и стараюсь вникать во всё, что говорит командир экипажа.
– А теперь блиц по оказанию первой медицинской помощи, – внезапно произносит Булатов, устремляя взгляд на меня, – На случай, если кое-кто решит сбить пассажиров с ног и те сломают себе что-нибудь.
Ну вот… Права была Ксения! Он точно меня запомнил. И далеко не в самом хорошем ключе…
– Как вас зовут? – спрашивает он меня.
– Виктория Валерьевна…
– Фамилия?
– Аристова.
– Значит так, Аристова. Что вы будете делать, если пассажир поперхнётся?
Это я знаю, как Отче наш.
– Приём Геймлиха, – отвечаю я, – Встать с пассажиру спиной, положить руки на мечевидный отросток…
– Достаточно. Если эпилептический припадок? Ваши действия.
– Обеспечить условия, чтобы больной не получил травм или не нанёс себе увечья самостоятельно… Обложить его подушками, пледами. Повернуть голову набок и ждать окончания приступа.