Пилот на войне
Шрифт:
— На западном фронте без перемен! — ответил майор. — Молодец, Крестовский! Вы когда «Кистень» перепрятать успели?
— Здравия желаю, товарищ майор. Да дело недолгое. Чтобы бойцы не скучали. Чем бы солдат ни занимался, лишь бы задолбался, — ответил командир дозора, подходя к машине и отдавая честь.
— Обратно хвалю! Где капитан Шапаревич? Что тут за панику развели? — спросил Пехтерев и вылез из мобиля, с наслаждением хлопнул дверью и потянулся, жалея, что поднимать забрало все еще нельзя.
— Не могу знать, товарищ
— Да я сам в состоянии… — начал было майор.
— Мы и станции перепрятали, вы не найдете.
— Ладно, сдаюсь. Веди меня, Макдуф!
Часовой отконвоировал командира к «Альтаиру», гадая про себя, кто же такой товарищ Макдуф. [2]
Бронированный кунг на базе гусеничного тягача скрывался под сетью, выставив вверх десятиметровую панель пассивного радара. От кунга к кронам тянулись армированные кабели. Там, в надлеске, скрывались дополнительные средства слежения.
2
Веди меня, Макдуф! — Майор цитирует «Макбета» Уильяма Шекспира, демонстрируя завидную гуманитарную подготовку.
Машин УССН осталось семь штук из десятка. И больше не будет. Их следовало беречь, и их берегли.
Пехтерев поднялся по лесенке, набрал личный код на пульте. Дверь распахнулась.
Майор оказался в перепускном шлюзе — «предбаннике», скинул шлем и пожал руку невысокому кряжистому мужику с погоном капитана на груди.
— Здорово, Миша.
— Здорово, Виталич.
— Что за ахинея? Что ты мне вообще докладываешь?
Капитан пожал плечами.
— Пойдем, командир. Покажу, что и как.
В отсеке боевого управления было как-то суетно.
Операторы сидели за пультами, полумрак секли отсветы голографических экранов, расчет занимался делом. Но нездоровая суета все равно ощущалась. Носилось в безвкусном кондиционированном воздухе нечто такое-этакое, которое ни с чем не спутаешь. Непредвиденная ситуация, вот что это было.
Жутко нервная штука на войне.
— Убиться можно! — констатировал майор, отодвинув от экрана симпатичную рыженькую лейтенантшу — оператора наведения, между прочим.
Лейтенантша неслышно, но недовольно фыркнула, отъехав вбок на кресле под натиском командирского плеча.
— И как это прикажете понимать?
— Именно так, как я и докладывал. Клоны прямо сейчас крепко рубятся от стратосферы до опорной орбиты.
— Сам вижу, что рубятся. С кем?
— Как это с кем?! С этой самой Расой К! По поводу которой нас так жестко инструктировали! Чертовы чужаки взялись за пехлеванов без «здрасьте». Сразу и серьезно. Пока там только какие-то НЛО вроде флуггеров, но их уйма, и они очень здорово справляются.
— Ну что
— Толково, товарищ майор, — похвалил начальника капитан и подчиненным: — Все слышали? За дело!
В командном кунге воцарилась недолгая согласная суета.
Капитан Шапаревич собственноручно откинул крышечку на пульте и утопил красную «экстренную» кнопку, поднимая весь подчиненный дивизион «в ружье». А связисты дали сеанс со штабом.
Пока Пехтерев докладывал обстановку, на ум пришла ценная мысль насчет результатов радиоперехвата. Полезно послушать, о чем сейчас разговаривают братья-клоны!
Впрочем, мысль была отметена, как явно утопическая.
Клонов слушали, и слушали серьезно. Но надеяться на то, что в разгар боя они не сменят кодировки и не перейдут на «плавающую» частоту — глупо.
Так и есть. Майор глянул через плечо оператора перехвата, в просторечии «слухача». По экрану бегала весьма необнадеживающая цифирь. Никакой прослушки в оперативные сроки. Жаль!
Уж кто-кто, а пехлеваны должны знать, чем угощает Раса К и с чего, собственно, они взъелись?
А взъелись качественно!
Боевая панорама — голографический трехмерный шар — мерцал в полумраке огнем и смертью. Разнесенные станции сливали в парсер данные всех средств слежения. Активные и пассивные радары, оптика, ИК-сенсоры впивались в горящую орбиту, ежесекундно выдавая пакеты данных, которые сводил в упорядоченную картинку вычислитель командирской машины.
Выходило так, что в космосе и воздухе бушует настоящее сражение. Группы неопознанных флуггеров атаковали конкордианцев. Что интересно: все атакующие машины (формально их следовало именовать НЛО вплоть до присвоения им того или иного кодового наименования) выдавали аналогичную сигнатуру. То есть НЛО не имели выраженной специализации, что обязательно выразилось бы в размерах, выхлопе двигателей, применяемом вооружении и так далее.
Что еще более интересно, никакого вообще выхлопа маршевых не фиксировалось.
И уж совсем непонятно было, как неспециализированные НЛО умудряются эффективно атаковать весь спектр разнокалиберных целей: от фрегата до флуггера! Такого не бывает. За универсализацию всегда приходится платить проседанием эффективности.
Однако факт был налицо!
Клоны улепетывали. То есть еще не улепетывали, пока они упорядоченно отступали, но всё шло к тому.
— Товарищ капитан! Я хочу знать две вещи: как они летают и чем они стреляют, — сказал майор, вдоволь наобщавшись с командиром дивизии.