Пилот мечты

Зорич Александр

Мы засмеялись. Да уж, последствия были что надо! Метеоритные потоки всем нам добавили седых волос.

— Теперь второй вопрос по поводу наряда сил. Как уже говорилось, основную опасность для нас представляют гребешки. Астероиды не располагают бортовым вооружением, сравнимым с нашим главным калибром, поэтому к серьезной артиллерийской дуэли не способны, что им не очень-то и нужно, учитывая ударную мощь… э-э-э… их палубных авиакрыльев. Но ведь мы их изрядно проредили! За одиннадцать дней боев уничтожено двести семь гребешков, причем главная заслуга принадлежит конкордианским ВКС, которые вчера удачно накрыли их тяжелыми ракетами при выходе из туннелей в космос. Для справки: наши флуггеры и средства ПКО записали на свой счет лишь пятьдесят девять.

При потере более чем трехсот собственных. Причем половину удалось сбить в ходе операции «Сияние», благодаря удачной тактике. Но это к слову. Так вот, противник понес ощутимые потери. Мы, напротив, высвободили значительный наряд сил, ранее задействованных в обеспечении наземной фазы операции. Военный совет решил дать джипсам правильное эскадренное сражение. Через два часа мы начинаем.

— Как работать будем, товарищ контр-адмирал?

— Мы собираемся повторить вчерашний успех. Как вы, наверное, заметили, джипсам свойственна в бою крайняя шаблонность действий. Реагируют они весьма предсказуемо. Итак, конкордианцы под прикрытием планетного диска выпускают ракеты и оставляют их в режиме ожидания. Мы производим подъем всех наличных сил флуггеров. Джипсы, по нашим расчетам, реагируют как всегда — выпускают адекватно пропорциональное число гребешков. В это время клонские ракеты их накрывают, что, как мы надеемся, должно расчистить небо. Далее слово за линкорами и мониторами. Соединение «Тиштрия» и флот «Наотар» производят артподготовку. У джипсов невероятно эффективное ПКО. Они умеют наводить гравитационными полями сверхплотные метеоритно-пылевые потоки, а также работают рентгеновскими лазерами с поверхности астероидов. Начинаем с залпов аэрозольно-фугасными БЧ, которые пробивают бреши в их системе зенитного огня. Потом наступает черед главного калибра и тяжелых ракет «Пацифик». Концентрированный обстрел должен обеспечить туннелирование поверхности астероидов. Вот по этим-то местам вы, товарищи, проведете торпедную атаку. Порядок выхода на объект по вчерашнему сценарию: впереди плотное построение истребителей. На этот раз численность позволяет запустить две волны. В центре — «Горынычи», на флангах — «Хагены». Третий эшелон — торпедоносцы «Фульминатор». Мы берем на себя «Эльбрус», клонам достался «Монблан».

— На пальцах бросали, Афанасий Петрович? — спросил кто-то веселый.

— В кости, Ефимов! Пожалуйста, серьезнее.

— Товарищ контр-адмирал, имею два предельно серьезных вопроса. Разрешите?

— Да, Яхнин, что там у вас?

— Во-первых, вы упомянули СР-сканирование астероидов. Что за цели? Материал, конструкционная прочность, слабые места? Во-вторых, у нас на «Фульминаторах» просто рекордные потери в бортстрелках. Я лично остался без стрелка, да и второй пилот ранен. Так — сплошь и рядом. Нам бы людьми помочь, Афанасий Петрович! Бог с ним, со вторым пилотом. Но хоть кого-то на кормовую огневую точку посадить надо!

— Людьми поможем, Максим Леонидович. Обязательно. Гарантирую, что стрелками будете обеспечены все! Кликнем добровольцев, а закончатся добровольцы — приказом повыдергиваю: мичманов, коков с камбуза!

Я помнил вчерашнего вахтенного. Но я не помнил, как встал с места и громко выкрикнул:

— Разрешите, товарищ контр-адмирал?! Я истребитель и остался безлошадным! Я доброволец! Позвольте идти на операцию!

Канатчиков улыбнулся в седую бороду.

— Позволю. Вот с Яхниным и полетишь. Что, Максим, возьмешь парня?

— Почему нет? — Комэск тоже встал и зубасто улыбнулся. — Кадет-истребитель всяко лучше кока с камбуза!

Народ заржал. Я зарделся, как красна девица, и подпустил нервического смешка, думая при этом: куда, Румянцев, тебя опять понесло?

— Теперь по первому вопросу. Астероиды представляют собой базальтовый массив с аномально высоким содержанием феррита, вольфрама и титанира. По сути, скала этакого природного железобетона. Внутри — сложная система туннелей и залов. Машинный зал, наша цель, находится в геометрическом центре астероида. Техническая разведка выделила

наиболее уязвимое место, где толщина внешней базальтовой оболочки всего двести метров. Именно на таком расстоянии от поверхности астероида проходит один из магистральных внутренних туннелей. Наши технические специалисты считают, что он предназначен для прогона противомассы. Что, дескать, то ли позволяет вращать астероид по осям без внешних маневровых двигателей, то ли устраняет необходимость разгона перед Х-переходом. Но это лишь гипотезы. В любом случае туннель есть и ведет он прямиком в машинный зал. Главный калибр вскрывает плиту и все, что за ней, вы точечно отрабатываете торпедами. Сами понимаете, иначе никак. Положить все снаряды с линкоров в одну точку не выйдет, а вы на малой дистанции сумеете. Для операции торпедоносцы получают сверхмощные торпеды ВТ-4000 с тандемной бронебойной БЧ. Еще вопросы?

Вопросов было море.

А я пошел к комэску Яхнину входить в курс незатейливого ремесла оператора кормовой точки ПКО на торпедоносце «Фульминатор». Проще говоря — бортстрелка.

Глава 5

ПОСЛЕДНИЙ БОЙ КАДЕТА РУМЯНЦЕВА

Май, 2621

Тяжелый авианосец «Три Святителя»

Система Дромадер, орбита планеты Наотар

Директор — Главкому: Использование всех видов ядерного и термоядерного оружия кораблями ЭФ «Наотар» категорически запрещаю.

Главком — Директору: Прошу разъяснений относительно возможного использования ЯТО конкордианскими ВКС.

Директор — Главкому: Наотар и вся система звезды Дромадер является суверенной территорией Конкордии. Таким образом, использование и неиспользование ЯТО конкордианскими ВКС являются внутренним делом Конкордии.

Торпедоносцы шли в бой.

Восемь полных эскадрилий со всего флота, девяносто шесть флуггеров — страшная мощь, стратегического масштаба. Правда, опытные пилоты вовсе не были уверены, что всего этого масштаба хватит на такую громадную и сверхзащищенную цель, какую представлял собой «Эльбрус».

Тяжелые ударные части москитных сил почти не несли потерь в предыдущие дни. Отдувались, в основном, истребители, отрабатывая аванс своего романтического ореола, восхищенные взгляды девушек и априорную любовь публики. Спросите любого на гражданке, что такое настоящий боевой пилот? Вам, не задумываясь, ответят — истребитель! И полегло нас в те дни видимо-невидимо.

Но еще больше погибло флуггеров, так что безлошадные соколы занебесья массово уселись за кормовые турели «Фульминаторов».

Наш торпедоносец шел во главе эскадрильи. Которая, в свою очередь, возглавляла авангард всего СУАК — сводного ударного авиакорпуса.

Строй не набирал ход, ожидая сигнала истребительного прикрытия: «Небо чистое». Сзади нас подпирали фрегаты «Пермь», «Воронеж» и «Бранденбург», покинувшие свои эскадры ради обеспечения выхода СУАК в атаку.

Истребительный щит двумя волнами ушел вперед к ярко-синей тарелке Наотара — туда, где геостационар был оседлан астероидами джипсов.

Сами астероиды угадывались крошечными черными точками на фоне планеты, да и то лишь крупнейшие. Черноту космоса расцвечивала нарядная иллюминация: вокруг астероидов непрерывно что-то вспыхивало, мигало и разлеталось сияющими шлейфами. Продолжалась артподготовка.

Тысячи тонн силумита ежеминутно покидали пусковые шахты и орудийные стволы, чтобы унестись к целям на раскаленных плазменных хвостах. Фрегаты подыгрывали ракетами. Их легкие многоцелевые ракеты «Хризолин», «Вольфрам», ASTRA не могли причинить заметного ущерба астероидам, зато отменно перегружали ПКО джипсов.

Вокруг, на периферии оси атаки, тоже сверкало. Там дрались истребители: десять авиаполков, всё, что смогли наскрести со всего флота. Далеко на правом фланге черное небо прокалывали десятки ярких иголок, указывая, что клоны навалились на врага синхронно с нами.