Пейтон-Плейс
Шрифт:
— Можешь читать до конца урока, Джо, — сказала она, взглянув на часы. Было без десяти три.
Джо Кросс встал и начал читать вслух отрывок из «Приключений Тома Сойера». Читал он хорошо, четко произнося слова, но без выражения, как читают мальчики в начальной школе, когда их вызывают читать вслух перед своими сверстниками. Мисс Тронтон прикрыла глаза, к происходящему в классе была подключена только та часть ее мозга, которая сигнализирует опытному учителю о неправильно произнесенном слове.
Вот перед вами, думала мисс Тронтон, ребенок, у которого должен быть весь набор комплексов
Этого не знали ни Джо, ни его одноклассники, но он был любимцем мисс Тронтон. Именно образ Джо всплывал у нее перед глазами, когда она расслаблялась и начинала думать об отставке. Если бы я смогла научить хотя бы одного ученика. Когда мисс Тронтон предавалась своим самым заветным, тайным мечтаниям, перед ее глазами всегда вставал Джо. У мисс Тронтон каждый год был другой любимец — это правда. Это не был Джо в прошлом году, и это не будет Джо в будущем году, но на тот короткий период, пока он учится в восьмом классе, именно с ним связывала мисс Тронтон свои надежды.
Тогда, в 39-м, для Селены и Джо были плохие времена. После самоубийства Нелли дети Кроссов — Селена, которой еще не исполнилось шестнадцати, и худой от недоедания девятилетний Джо — остались совсем одни. Как только похоронили Нелли, кто-то — и многие в Пейтон-Плейс считали, что это были Роберта и Гармон Картеры, — уведомил об этом Департамент, занимающийся вопросами быта населения штата. И вскоре перед дверью в хижину Кроссов появились люди из этого Департамента. Селена и Джо в это время были в загоне для овец. Увидев остановившиеся перед своим домом длинные черные машины с печатями штата, сияющими на дверцах, и коротко подстриженных женщин в строгих костюмах с дипломатами в руках, что было действительно редкостью в Пейтон-Плейс, Селена сразу почувствовала неладное. Люди из Департамента открыли незапертую дверь и шагнули в хижину, а Селена схватила Джо за руку и повела его к Констанс Маккензи. Констанс, испугавшись, как бы детей не нашли у нее, спрятала их в подвале своего дома и связалась с Сетом Басвеллом и Чарльзом Пертриджем. Именно Сет в конце концов вычислил старшего из детей Лукаса Кросса, сводного брата Селены — Пола.
Пол Кросс прибыл в город на собственной машине в компании своей жены, с которой встретился и поженился в северной части штата. Жену Пола звали Глэдис, и она существенно повлияла на события. Многие в Пейтон-Плейс были готовы и хотели критиковать ее, так как Глэдис была грудастой блондинкой с настолько заметно крашенными волосами, что даже дети обсуждали это. Некоторые говорили, что Глэдис из тех потерянных женщин, что болтаются
Глэдис, судя по тому, что говорил Мэт Свейн, вошла в хижину Кроссов, огляделась вокруг и сказала: «Боже, ну и дерьмовый же это домишко!»
На следующий день весть о том, что Пол вернулся домой, облетела весь Пейтон-Плейс. Он быстро нашел хорошую работу на лесопилке, и через две недели в хижине Кроссов появился водопровод. Через год это была уже не хижина, а дом с удобствами и спальней для каждого. Все, что осталось от Лукаса Кросса, — загон для овец, который он построил и где теперь держал овец Джо. Джо ужасно гордился тем, что одна из его овец всего за один год на трех ярмарках штата взяла три главных приза.
— Пол, наверное, спятил, если позволяет жене вбухивать все деньги в дом, который даже ему не принадлежит, — говорили некоторые в Пейтон-Плейс. — Этот дом и земля все еще принадлежат Лукасу Кроссу.
— Лукас, должно быть, умер, — таково было мнение большинства горожан. — Иначе он давно бы уже вернулся.
Пол Кросс, которого никто никогда не мог заподозрить в таких благородных чувствах, как любовь к родственникам, немало удивил город, вернувшись домой, чтобы помочь брату и сводной сестре. В декабре 1941-го, на следующий день после Пирл-Харбора, Пол удивил всех еще больше: он оставил работу и ушел добровольцам в армию.
— Ну, теперь мы посмотрим, — сказал Пейтон-Плейс, сфокусировав свое внимание на Глэдис. — Очень скоро она сбежит и оставит детей Кросса без присмотра.
Но Глэдис, по-новому поджав губы, но оставаясь все той же грудастой яркой блондинкой, жила в Пейтон-Плейс, пока Селена не закончила среднюю школу. Через две недели после того, как Селена приступила к работе в «Трифти Корнер» в должности управляющего, Глэдис уехала из Пейтон-Плейс в Техас, чтобы присоединиться к Полу.
«Комплексы? Хм, — подумала мисс Тронтон, глядя на Джо, который торопился домой накормить овец и приготовить ужин для сестры. — Покажите мне мальчика, столь же верного своей матери, как Джо сестре».
Над ее головой первый раз весело ударил колокол Кенни, и класс загудел.
— Тишина! — приказала мисс Тронтон. — Можешь прекратить читать, Джо. Вы все ведет себя тихо, пока я вас не отпущу.
С последних парт раздалось недовольное бурчание, но она проигнорировала его.
— Ваши парты чисты?
— Да, мисс Тронтон.
— Можете встать.
«Можете встать», — кривлялся кто-то на задней парте.
— Свободны! — сказала мисс Тронтон.
Поднялся страшный грохот, и все, кроме одного мальчика, рванулись к дверям.
— Эверет, — сказала мисс Тронтон. — Сядь, Эверет. Следующие тридцать минут ты проведешь со мной.
«Ну, — подумала она, — не так уж я стара, если еще могу их так осадить».
И ей совсем не пришло в голову, что несколько лет назад ни один ученик не осмелился бы передразнивать ее с задней парты. Но если бы мисс Тронтон об этом и подумала, она знала, кому адресовать свои обвинения.