Петрашевский
Шрифт:
Суд не трибуна критики, а пьедестал, с которого он будет призывать к революции.
Только революционное действие может теперь помочь России.
Но доктору Вицыну об этом знать не следует. — Михаил Васильевич! А ваши, так сказать, соратники согласятся на пересмотр? Соратники…
Псковская губерния. Островский уезд. Уездный мировой посредник Николай Спешнев в ущерб дворянству отстаивает крестьянские интересы. В Третье отделение сыплются доносы.
Тверская губерния. Имение Ивашевки. Владелец Василий Головинский.
Александр Европеус подписал адрес тверских дворян об отмене запрещения обсуждать крестьянский вопрос, выслан в Пермь. Вернулся в Петербург и опять на подозрении.
Алексей Плещеев. О нем тепло говорил Михайлов. и на него холодно поглядывает полиция.
— Хватит, хватит! Откуда у вас такие сведения?
— Неважно! Но вернемся к пересмотру. Теперь только я, один я — из всех кружковцев, оставшихся в живых, — ссыльнопоселенец. И теперь я могу не считаться с их нежеланием и протестами против пересмотра…
— Прошу к столу! — Хозяйка мило улыбается. От обеда Петрашевский отказался, так как плотно закусил со своими доверителями. Вицын предлагал остаться на ночь, а не мчаться за тридевять земель под вечер. Да и метель могла разыграться. Но Петрашевский уехал.
И снова дорога.
Дорога, дорога, дорога!..
В темноте ее не видно. Ни ямщику, ни седоку.
И только мысленно, оглядываясь назад, Михаил Васильевич видит огромную ледяную гору. Она подпирает небо, задернутое тучами.
По этой дороге можно съехать только вниз.
Ехал более суток. Замерз.
Потом дома плотно поужинал. И лег спать. Засыпая, чувствовал, что от огромной русской печи веет угаром.
Во сне приснилась деревушка Верхний Кебеж, откуда он писал Герцену. Его выслали туда из Шушенской волости в далеком 1864 году.
И так же, как и в этой хате, он спал на деревянной лавке. Только изба в Верхнем Кебеже не была выморожена, и тысячи тараканов ползали по лицу, груди, щекотали в носу, уничтожали продукты, съели сапоги, полушубок.
Потом уже ничего не снилось.
Всю вторую неделю декабря 1866 года в Енисейской губернии царствовала пурга. Пустовал Ачинский тракт, съежились деревушки и села. Снег заносил дома, где-то в лесу замерзали охотники.
Доктор Вицын поневоле наслаждался отдыхом. Не так-то часто он выпадает на долю окружного врача, единственного на губернию, если не считать нескольких ссыльных лекарей.
Метель утихла, но еще долго будут расчищать дороги, выгоняя на работы целые деревни.
Только к Новому году возобновилось движение по Ачинскому тракту.
И первым, кто приехал в Енисейск, был бельский волостной начальник.
Он радостно сообщил енисейским властям, что 7 декабря 1866 года внезапно скончался
7 декабря. Доктор Вицын вспоминает, как Петрашевский, грустный, стоял над листком календаря — это было 5 декабря. Значит, буквально накануне внезапной смерти.
Но прошел еще месяц, пока доктор добрался до села Вельского.
Трудно вскрывать труп друга, трудно установить и причину его смерти через два месяца после ее наступления.
Квартирная хозяйка, видимо уже в который раз, заученно рассказывает, как приехал Михайло Васильевич веселый из города, плотно поужинал, да и спать.
А наутро, сердешный, уже и закоченел.
Доктор Вицын слышал и другие версии. Особенно упорно бедные крестьяне утверждали, что Михаилу в городе начальство ядами извело.
Но Петрашевский умер от повреждения клапанов сердца, сопровождавшегося при этом апоплексией мозга. Мозга, который своим объемом поразил доктора. По словам Вицына, вес его был «несравненно более 5 фунтов».
12 февраля 1867 года за кладбищенской оградой появился одинокий холм. Никто не украсил его венками, никто не поставил креста, ведь покойник ушел из жизни без церковного покаяния. И никто не провожал в последний путь Петрашевского.
Молчал и церковный колокол.
Но за тридевять земель, в Лондоне, «Колокол» известил о смерти бойца-социалиста, который не сгибал спины, не изменял убеждениям. «Да сохранит потомство память человека, погибшего ради русской свободы, жертвой правительственных гонений…»
ОСНОВНЫЕ ДАТЫ ЖИЗНИ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ М. В. БУТАШЕВИЧА-ПЕТРАШЕВСКОГО
1821, 1 ноября — В семье доктора медицины и хирургии Василия Михайловича Петрашевского родился первый сын — Михаил.
1832–1839 — Учеба Петрашевского в Царскосельском лицее.
1840–1841 — Петрашевский — переводчик министерства иностранных дел и вольнослушатель юридического факультета Петербургского университета.
1841, август — Защита диссертации. Петрашевский — кандидат юридического факультета.
1842–1843 — Усиленное занятие самообразованием. «Запас общеполезного».
1845 —Начало «пятниц» Петрашевского и участие его в составлении «Карманного словаря иностранных слов, вошедших в состав русского языка».
1846, апрель — июнь — Выход в свет и запрещение цензурой 2-го выпуска «Карманного словаря».
1847, лето — зима — Неудачная попытка Петрашевского построить для своих крестьян фаланстер.