Пестрые истории
Шрифт:
В истории потрясения восхищением мы не раз встречаемся с этим злополучным негром. Ликосфен рассказывает случай с одной набожной женщиной, которая настолько погрузилась в экзальтированное созерцание волхвов,особенно черного Каспара,что у нее в результате получился черный ребенок.
Карлу Холтею, немецкому писателю и актеру, тоже известно нечто подобное. На вывеске одного аптекаря красовался роковой сарацин; на него засмотрелась одна впечатлительная беременная женщина и родила черного младенца.
Нынешний человек не так впечатлителен и еще менее доверчив, и нарисованные негры вряд ли рассеют подозрения относительно его жены. Но из прошлого до нас долетают странные известия.
В книге отца-иезуита Георгия Стенгелия, вышедшей в 1647 году («De monstris etc.»), с изумлением читаем, что одна знатная жительница Рима, родственница папы
В хронике изумлений мы можем изумляться еще более изумительным вещам.
Когда-то известные всей Европе широко демонстрируемые сиамские близнецы из Сени рассказывали своему доктору Карлу Райгеру из Пожони (Братиславы), почему они появились на свет вот такими — сросшимися крестцовыми костями. Рассказывали так, как они слышали от своей матери. Мать, деревенская крепостная-батрачка, однажды загляделась на двух собак, которые после определенного действа не отпускали друг друга, а так вот и бегали по двору единым существом [143] .
143
Сросшиеся сестрички. Илона и Юдит, родились в 1701 г. в Старой Сени, в семье бедных крепостных крестьян. Когда нм исполнилось пять лет, на них обратил внимание врач из города Дьёра Янош Чех Чузи, реформатский священник, увидевший в них источник денег. Он оставил свои занятия, взял у родителей в аренду близняшек и повез их показывать по белу свету за деньги. Они объехали всю Европу, доктор сколотил на входных билетах немалое состояние (предположительно 70 000 форинтов). Что он выделил родителям — неизвестно. В восьмилетием возрасте девочки освободились наконец от стыда показываться обнаженными. Архиепископ эстергомский за круглую сумму выкупил их у доктора. Он поместил их в монашескую обитель св. Урсулы в Братиславе. Здесь они и скончались 23 февраля 1723 года в один и тот же час. Это были хорошенькие девушки с хорошенькими фигурками, умели читать и писать, говорили на нескольких языках, прекрасные рукодельницы, кружевницы. Их историю по запискам д-ра Райгера восстановил его зять д-р Янош Я. Торкош для лондонского «Philosophical Transactions» (том за 1758 год). Бюффон черпал отсюда же сведения о близнецах.
На письменный стол ученых попал и случай с младенцем-лягушонком.У матери во время беременности поднялся сильный жар; чтобы облегчить ее страдания, соседки дали ей в руку живую лягушку.Результатом такого домашнего средства стал ребенок с абсолютно лягушачьей головой. (Я видел его изображение в книге Каспара Шотта: у него был ужасно большой рот, прямо от одного уха до другого.)
Но это ничто по сравнению с девочкой, имевшей рот в форме ракушки, да что там — голову в форме раковины!
В каждом городе найдутся очень старые люди, которые помнят либо не помнят некоторые вещи. В городе Лувене самым старым жителем был Филипп Мерс, папский секретарь и каноник тамошней церкви св. Петра. Этот старый господин рассказал кажущуюся невероятной и все же действительно произошедшую историю знаменитому Томасу Фиенсу [144] , профессору университета, уроженцу тамошних мест. Была у него сестра, — рассказывал старец из Лувена, — которая родилась без головы.Вместо головы у нее к шее была прилажена… раковина. Раковина открывалась и закрывалась, кормили девчушку в открывавшуюся щель с ложки. Природа так подшутила над нею, потому что матушка, когда ходила ею, отправилась как-то на рынок, там ей ужасно захотелось поесть устриц и прочих деликатесных моллюсков…Девочка с раковинообразной головой, несмотря на свое убожество, прожила одиннадцать лет и умерла по своей неосторожности. Уж очень жадно ловила она ложку, с которой ее кормили, она как бы укусила ее, раковина раскрошилась, и девочка умерла.
144
Фиенс Томас (1567–1631) — фламандский врач. Родился в Антверпене. С 1593 г. — профессор медицины в Лувене. Его главный груд — критический трактат о знаменитых хирургах
Доктор Фиенс добавляет, что каноник был уж очень стар, и сказку его невозможно проверить, слишком много с тех пор времени утекло. Сам он сильно сомневается в этом. «Господи, будь милостив к его душе».
Разумеется, к душе самого каноника. Ну и к душе профессора тоже, хотя он не постеснялся такую глубокую, как море, чушь вообще вставить в книгу.
Не только научные книги, но и газеты пестрели новостями о чудесах. Например, старые номера берлинской «Vossische Zeitung» заставляли своих подписчиков призадуматься над такого рода известиями.
«Недавно в Париже одна женщина родила двух маленьких львов.Они были сросшимися, с одной общей головой. Повитуха положила уродцев в винный спирт, желающие могут лицезреть их. Говорят, что роженица смотрела какой-то аттракцион со зверями,который ее очень взволновал» (1729, № 68).
«В городе Туль (во Франции, на реке Мозель, недалеко от Нанси. — Прим. ред.)одна женщина родила ребенка, очень похожего на сатира.Причину видят в том, что женщина во время беременности побывала на представлении пасторальной пьесы» (1731, № 22).
«Из Парижа пишут, что одна женщина во время беременности играла со своим любимцем — попугаем. Следствием этого явился ребенок с головой попугая и птичьими лапками» (1731, № 48).
«Из Вайссенфельса пишут, что там у одного новорожденного только голова была человечья, а тело было рыбье,покрытое чешуей, и плавники тоже были, а ноги сходились вместе в рыбьем хвосте. Материнское молоко ему давали с ложечки, но через несколько дней он упокоился. Та женщина была кухаркой в одном господском доме, в кухне ей под нож попала сорокафунтовая щука. Очень она дивилась такой огромной рыбе» (1757, № 107).
Доводилось мне читать и о том, что власти официальнопредупреждали будущих мамаш об опасностях всякого удивления и восхищения.
В октябре 1686 года посол Сиама с большой помпой въехал в город Гент. В большой парадной карете, запряженной шестеркой лошадей, впереди, рядом и сзади которой скакали конные гвардейцы. Сбежавшиеся на это зрелище жители Гента дивились восточной роскоши, а еще больше персоне самого посла. Это был очень грузный мужчина со смуглой кожей, что само по себе было бы еще и ничего, но вот голова у него была раза в три больше,чем у простого смертного. Программа празднеств гласила, что посол посетит еще несколько городов. Прослышав про ужасную голову, городские власти так перепугались, что раструбили по своим городам: «когда господин посол будет проезжать, всем беременным женщинам оставаться дома и не выходить на улицу поглазеть на посла, пока парадный эскорт не проедет» («Dienstagische Fama», Берлин, 1686, 46 неделя).
Не думайте, что я позабыл о родимых пятнах, — напишу, чему учат в этой связи народные поверья.
Сильное желание чего-либо или неожиданный испуг не всегда имеют следствием рождение уродов. Зародыш во чреве матери может среагировать и по-другому. Ведь если женщина в положении в этот момент схватится за какую-нибудь часть тела,у ребенка в этом же месте проступит родимое пятно.По большей части пятно в форме плода ежевики, сливы, абрикоса и т. д. Но пятна могут быть и неопределенной формы, тогда воображение угадывает в них каких-нибудь зверей, например, мышь или крота.
Лафатер [145] приметил за одной дамой-картежницей, что ей для выигрыша — я сам не любитель карточной игры и не знаю, зачем ей это было надо, — всегда нужен был туз пик.Она всегда ужасно волновалась, ожидая следующей раздачи карт, и вот наконец ей улыбнулся пиковый туз. Она едва могла поверить своим глазам, даже потерла их.Словом, выиграла то, что хотела. Дама-картежница вскоре родила, и всем на удивление в глазах ребенка была хорошо видна точная копия туза пик.
145
Лафатер Иоганн Каспар (1741–1801) — швейцарский философ, писатель и поэт, протестантский пастор и богослов, основатель физиогномики. Прославили его знаменитые «Физиогномические фрагменты на службе человеческого знания и человеколюбия» («Физиогномика»), оказавшие значительное влияние на многих европейских писателей. — Прим. ред.