Песня ветра
Шрифт:
Когда капитан представил себе ее гибкое тело в этой прозрачной воде, кровь так и забурлила в его жилах. С длинными распущенными волосами она будет настоящей русалкой. Чудесное зрелище!
– Я прикажу всем перейти на другую сторону судна. Она лукаво взглянула на него:
– И вы думаете, они послушаются? Они сразу же найдут себе срочную работу на этой стороне: понадобится подправить оснастку, заменить выбленку – да мало ли что еще.
Англичанин нахмурился. Конечно, ему хотелось бы взглянуть на ее обнаженное тело в воде, но правом созерцать
– Судовой баркас отвезет нас на песчаный пляж, а позднее вернется за нами.
Время было послеполуденное.
— Тогда возьмем с собой еду и устроим пикник на берегу! Там мы побудем вдвоем в полной тишине и нам не будет докучать хлопанье парусов над головой. Одна беда: слишком жарко.
– Я прикажу соорудить навес или шатер, – любезно отозвался англичанин. – Из куска парусины.
– Но ведь команда все равно будет наблюдать за нами с корабля. Через подзорную трубу они отчетливо увидят, как мы плескаемся в воде.
Искатель приключений вообразил обнаженную русалку в волнах, представил себе округлые бедра и стройные ноги, и сердце его дрогнуло.
– Я прикажу кораблю отойти за мыс. Баркас доставит нас на берег, там соорудят шатер, мы же возьмем с собой провизию и, если угодно, проведем там всю ночь.
– Великолепно! – обрадовалась она. – Я должна сказать вам кое-что, не предназначающееся для чужих ушей.
Англичанин слышал много подобных признаний из женских уст, и «коечто, не предназначающееся для чужих ушей», обычно означало любовные излияния, мольбы о вечной верности. На сей раз он с удовольствием выслушал бы нечто подобное.
– Надеюсь, это не помешает предстоящей встрече с герцогиней? – осведомилась Каролина.
– Встреча состоится не раньше чем через неделю. – Англичанин усмехнулся. – Она должна была дождаться, пока из Испании доставят выкуп. К тому же… герцогиня всегда опаздывает.
Что ж, за неделю она успеет завоевать его сердце, да так, что он вовсе забудет герцогиню. Все распоряжения капитана были выполнены. Его и Каролину посадили на баркас и отвезли к унылому черному песчаному пляжу, окаймленному скалами. Чуть выше, на склонах грозно нависшей над ними горы, все же угадывались признаки жизни. Кое-где зеленели блестящие листья гранатовых деревьев. Возможно, со временем этот остров станет таким же прекрасным, как и другие Азорские острова…
Воткнув в землю столбы и натянув на них парусину, матросы быстро соорудили шатер – укрытие от палящих лучей солнца, раскалявших песок под ногами.
Разостлав скатерть, юнга выложил фрукты, кружки, бутылки вина и завернутые в салфетки хлеб и сыр. Все это время он исподтишка бросал восхищенные взгляды на Каролину. Его жадный интерес к девушке дал повод для насмешек всей команды.
Наконец баркас отчалил. Прикрывая глаза ладонями, Каролина и англичанин проводили его взглядами.
Побродив по берегу и увидев, что баркас и корабль скрылись за мысом, они быстро разделись и бросились в воду.
В пенных волнах прилива
Каролина плавала легко и грациозно. Англичанин, тоже хороший пловец, иногда вырывался вперед и с улыбкой смотрел на свою русалку. Ее волосы напоминали сейчас водоросли, а глаза сверкали на солнце.
Наконец, утомленные, они вернулись на берег и опустились на песок. Оба лежали на спине, ожидая, пока заходящее солнце высушит их. Каролина закрыла глаза, и теперь англичанин свободно наблюдал за ней, все более восхищаясь ее красотой.
Пленительные линии ее молодого тела, легкие женственные движения рук, приглаживающих волосы, пробуждали в нем неистовое желание.
Внезапно ощутив на себе его взгляд, Каролина тоже начала украдкой из-под ресниц наблюдать за ним. Поняв, что он вот-вот утратит власть над собой, девушка, смеясь, вскочила: она вовсе не желала потворствовать его желанию.
– Не поужинать ли нам? – весело предложила Каролина. – Ведь скоро уже стемнеет, а между тем мы забыли взять свечи.
Он не выказал недовольства, хотя предпочел бы предаваться любви с этой восхитительной беззаботной красавицей и до, и после ужина.
– Но сначала надо одеться. – Она исчезла за полотняной стенкой и бросила ему панталоны. Пока англичанин натягивал их, Каролина надела свою легкую сорочку и вернулась к нему.
Заметив его восторженный взгляд, она строго посмотрела на англичанина, словно повторяя: «Сначала надо поужинать».
Окутанные сумерками, они сидели скрестив ноги на песке. Каролина нарезала хлеб и золотистый сыр, а он наполнил кружки вином. Они сильно проголодались, и еда показалась им необыкновенно вкусной. Затем оба, опершись на локти, принялись за фрукты.
Небо уже покрылось звездами.
– Что вы сделаете со своей долей сокровищ? – вскользь спросила она. – После того как продадите ожерелье?
Он лукаво взглянул на нее:
– Прежде всего я выкуплю Холл.
– Холл?
Плененный чарами красавицы, англичанин, видимо, решил произвести на нее впечатление:
– От отца я унаследовал полдюжины больших имений, среди них и Бейсинг-Холл возле Бейсингстоуна. Вскоре я проиграл их все, кроме Холла. Женился на богатой девушке, но промотал и ее деньги.
– А как она относится к вашему замыслу? – полюбопытствовала Каролина, удивленная тем, что он женат.
– Будь она жива, вряд ли одобрила бы его, – вздохнул он. – Но увы, моя жена умерла… А вот я собираюсь спасти Холл.
– Странно, что вы не женились на другой богатой наследнице.
Он пожал плечами:
– А я и собирался, но мне показалось, что моя избранница не очень-то ладит со своими родителями. Между тем, как вы понимаете, человек в моем положении должен быть абсолютно уверен, что получит хорошее приданое. Ошибка оказалась бы роковой.