Песня стихий
Шрифт:
Наши дни
Вчерашнюю ночь Маргарита Варзанид спала очень плохо, как и три предыдущие. Ей снился один и тот же бессмысленный сон, оставлявший после себя неприятное чувство. Она встала рано: солнце только озаряло верхушки деревьев и гомон птиц извещал о том, что наступил новый день. Родители ещё крепко спали, прижавшись друг к другу и сопя в унисон.
Немыслимая жажда обжигала горло. Надев тёплый халат и вязаные тапки, Марго тихо прошла на кухню, чтобы выпить холодного апельсинового сока.
Наполнив стакан, она вышла на
Лёгкий ветер слегка играл её взбитыми кудрями, а это окутывавшее безмолвие давало время для размышлений. Она задумчиво наблюдала, как солнечный свет медленно вскарабкивается к ней по ступеням.
– Кто ты? – в очередной раз задавалась она вопросом, но никак не могла найти ответ. Лицо незнакомца буквально отпечаталось в памяти и преследовало уже несколько дней. Раньше Маргарита никогда не обращала внимания на свои сны, относилась к ним, как к должному явлению, но не теперь. Сейчас ощущалась необъяснимая тревога, и с каждым днём она становилась всё сильнее.
Солнечный диск отразился в зелёной траве, покрытой утренней росой, и приятная тишина нарушилась гулом проезжающих по дороге машин. Старые часы, которые висели в дальнем углу террасы, показывали начало шестого. Рита долго следила за маятником, который качался из стороны в сторону, и глаза потихоньку стали закрываться. Тихий сон через несколько секунд полностью охватил девушку, и она незаметно для себя погрузилась в забытьё. Она почувствовала, как кто-то подошёл сзади и обхватил оголённое плечо тёплыми пальцами. Рита вздрогнула. Запрокинув голову, она увидела позади маму с кружкой воды. Поднеся руку ко рту, мама сонно промямлила:
– А ты почему не спишь?
– Уснуть не могу, – призналась Рита.
– У тебя что-то стряслось? – спросила мама. – Ты уже которую ночь нормально не спишь.
Рита хотела поведать ей о своём беспокойстве, но потом почему-то передумала и, потупив взгляд, сообщила, что всё в полном порядке.
Екатерина не стала допытывать расспросами, хотя поняла: дочка что-то недоговаривает. Сделав короткий глоток, она сказала:
– Ладно, тогда я спать.
Переваливаясь с ноги на ногу, будто хромая лошадь, мама направилась обратно в кровать.
– Э-гм, – проводила её взглядом Рита, прикусывая краешек стакана.
– И ты постарайся уснуть, – бросила Екатерина, выходя из кухни.
Последовав материнскому совету, Рита устроилась поудобнее в кресле и затаилась. Луч солнца прокрался в открытые двери террасы и, бесшумно окутав девушку, стал убаюкивать теплом. Маргарита и не заметила, что через пару минут веки сомкнулись под сонной пеленой, и она задремала. Мысли бессвязно бродили, оживляя совершенно безумные и нереальные видения. Тепло и уют напоминали девушке о беззаботном детстве, которое она провела в деревне. Незабываемая пора, в которую можно вернуться лишь через воспоминания. Все эти размышления слишком глубоко погрузили её в безмятежность. Находясь между сном и явью, она услышала тихий звук.
Рита не была уверена, что это происходит на самом деле, скорее всего, просто часть
Приподнявшись, Рита обыскала подушку кресла. Причиной монотонного звука оказался отцовский телефон, потерянный вчера после ужина. На экране светилась надпись: «Кафедра. Входящий звонок».
Её охватила сильное желание разбить жужжащую коробочку. Но раздавшийся за спиной голос отца остановил этот гневный порыв.
– Ты нашла его! – пропел с облегчением он, завязывая клетчатый галстук. – Спасибо, дорогая!
– Представь себе, – не скрывая недовольство, сказала Рита.
– А чего ты злишься? – гадал Михаил и тут же натянул, как показалось дочери, ехидную улыбочку.
Уставившись на отца, дочка сжала руки в кулаки и сердито выдавила:
– Я не могла нормально уснуть уже четвёртую ночь. И когда мне представился такой шанс, твоя пискляво вибрирующая коробка отняла его у меня!
– Прости, – обняв её, пытался загладить вину отец. – Я же не нарочно оставил его здесь, просто потерял, – объяснял он.
Прижав к себе дочь, как плюшевую игрушку, Михаил поцеловал её в голову и произнёс: – Ну всё, ты на меня больше не сердишься?
«Нет», – беззвучно ответила ему улыбка Маргариты.
Одно из достоинств Риты Варзанид – это быстрая отходчивость. Она не злилась на отца. Скорее, это было чувство неудобства из-за недовольного тона по отношению к нему под влиянием жуткого недосыпа.
– Папа, – обратилась к нему Рита, – ты тоже прости меня за то, что вспылила.
Поцеловав дочь в ладонь, отец заверил её, что даже и не думал обижаться. Неловкость плавно покинула Маргариту. Заметив, что отец куда-то собирается, она сменила тему.
– Я а работу. Это у тебя подготовка к вступительным экзаменам, – напомнил папа.
Рита снова взглянула на часы: тоненькие стрелки уже показывали на циферблате полвосьмого.
– Я побежал, а то уже опаздываю, – протараторил Михаил, направляясь к стоявшей возле дома машине. – До вечера!
Проводив отца, Рита направилась в свою комнату, чтобы постараться в очередной раз уснуть. Прикрыв дверь, она залезла под мягкое одеяло, и уже через пару минут увидела долгожданный сон.
Ей снилось, как она блуждает по громадному полю среди прекрасных цветов. Похожее место есть за деревней, в которой она жила. У поляны не было видно ни конца ни края и, казалось, что по ней можно ходить вечно, любуясь нетронутой красотой. Собирая полевой букет и вдыхая сладкий аромат, Рита ощущала спокойствие, которое так давно хотела обрести. Шагая вперёд, она заметила, что бутоны, полные жизни, с каждым шагом становятся всё более обезображенными. Множество невинных растений были подобны чёрному углю, и уже не имели той красоты, которая была мгновением ранее. Маргарита видела, как один за другим от прикосновения ветра лепестки обращаются в прах. Серый пепел кружился над поляной и бесшумно устилал собой землю.