Песнь Ухуры
Шрифт:
– Теперь ты, мистер Спок. Ты расскажешь мне?
– Если хочешь проверить мою память, Яркое Пятно, то выбери другое событие. Я только что прослушал версию доктора Вилсон, и это послужило мне напоминанием, хотя у меня есть кое-какие комментарии и поправки к рассказу.
Яркое Пятно поймала свой хвост и обмотала им руки. Скорее всего, это был жест сильного нетерпения.
– Расскажи мне о разговоре, который у нас был недавно с Жестким Хвостом.
– В деталях?
– Расскажи мне, как это случилось, – заявила Яркое Пятно.
Спок принял
– Ждите здесь. Мне нужно привести Жесткий Хвост. – Она стремительно умчалась, а Кирк рассказал всем об их разговоре, который привел к этой ситуации.
– Нет книг! – воскликнула Эван. – Нет библиотек! Вот значит как!… не удивительно, что я не смогла ничего узнать о медицинских справочниках! Она села и неосознанно сжала ладонью подбородок. Через минуту Вилсон подняла глаза:
– Не удивительно, что они так долго помнят обиду!
Кирк вопросительно посмотрел на нее, и доктор объяснила:
– Если получаешь информацию из книги, то можешь изложить ее для себя по-разному, если получаешь информацию от кого-либо, то скорее всего на тебя окажет влияние его эмоциональный настрой.
– Очень верная мысль, – заметил Спок, задумавшись. – Однако устная традиция в таком объеме оставляет большое пространство для передачи неточностей.
– Ты бы не сказал этого, – Спок, если бы услышал Яркое Пятно и ее версию нашего разговора. Она не отличается от версии твоего трикодера. Джеймс Кирк положил руку на прибор, подчеркивая сам факт.
– Поразительно, – сказал Спок. Но дальше не продолжил.
Вернулась Яркое Пятно, волоча за собой Жесткий Хвост и что-то быстро говоря ей. Когда они подошли на расстояние досягаемости универсального переводчика, Джеймс Кирк понял, что Яркое Пятно рассказывает своей матери его версию их разговора по поводу детских вопросов, включая отказ рассказывать Яркому Пятну об их срочных вопросах и обоснование этого отказа.
Затем Яркое Пятно указала на Вилсон и повторила ее версию. Она закончила быстрым пересказом Жесткому Хвосту версии Спока. Бровь Спока поднималась все выше и выше, когда он просматривал свой трикодер.
Жесткий Хвост указала на прибор.
– Это запоминает за вас? – спросила она.
– Да, – ответил Спок, – когда я хочу оставить точную информацию для корабельных отчетов, я записываю таким образом события.
– Я бы хотела посмотреть, – заявила Жесткий Хвост, – Но сначала я хочу своими собственными ушами услышать версию разговора.
– Как пожелаешь – сказал Спок. – Я предполагаю, ты хочешь услышать устную копию разговора, который произошел между нами в лаборатории. – Она кивнула, и вулканец продолжил. Один или два раза во время пересказа ее уши дергались назад от удивления, но она не перебивала. Затем он проиграл запись их разговора на трикодере. Для слуха Кирка разница между двумя пересказами была минимальной.
В конце
– Могу я, не имея намерения оскорбить вас, задать детский вопрос?
Кирк предложил:
– Давай, Жесткий Хвост.
– Эта неспособность помнить, является ли она результатом повреждения?
Я не знаю местной болезни, которая бы так заметно нарушала память…
Спок сообщил:
– То, что ты слышала, Жесткий Хвост, и я склонен предполагать, что Яркое Пятно сообщила тебе также версии разговора, которые выдали капитан Кирк и доктор Вилсон, является абсолютно точным примером нормальной человеческой и вулканской памяти.
– Это нормально? Физиологически нормально?
– Для нас и для наших народов, да. Некоторые другие народы, также члены Федерации, имеют как и вы, способность полного запоминания, но не мы.
– Жесткий Хвост, – вставила Вилсон, – память у нас в голове, мы просто не можем так же хорошо извлекать ее оттуда, как твои собратья.
Мистер Спок мог бы продемонстрировать. Существует вулканская технология, которая позволяет ему считывать с чужой памяти абсолютно точную версию данного события. Например, мой разговор с Вызывающим Бурю. Мистера Спока при этом не было, но он смог бы рассказать тебе, как это случилось, даже если я не могу сделать этого.
Усы дернулись, выражая заинтересованность, и Жесткий Хвост сказала:
– Я бы с удовольствием посмотрела этот феномен.
– Доктор Вилсон, – обратился Спок, – я должен предупредить вас, что это очень часто болезненный процесс. Человеческое сознание отдает свои секреты неохотно.
Вилсон немного нахмурилась, и в первый раз с тех пор, как Кирк встретил ее, показалась ему нерешительной. Наконец, Эван сказала:
– Я хотела бы этого, если вы согласны, мистер Спок. – Когда Спок кивнул, она добавила Жесткому Хвосту:
– Я допускаю, что Вызывающий Бурю будет способен оценить точность версии мистера Спока?
Жесткий Хвост ответила:
Вызывающий Бурю рассказал мне, как это случилось. Я сама смогу оценить точность версии.
После недолгих приготовлений Спок посмотрел вопросительно на Вилсон, она сделала глубокий вдох и кивнула, подтверждая свою готовность. Спок потянулся к ней руками. Кончики его пальцев едва поглаживали ее висок, но она, казалось, находилась в шоковом состоянии от силы контакта, затем закрыла глаза и не сказала ни слова, пока Спок рассказывал Жесткому Хвосту, как это случилось между Вилсон и Вызывающим Бурю…
Спок убрал ладонь от ее лица. Еще раз глубоко вздохнув, Эван открыла глаза и с трудом сфокусировалась на Споке. Наконец, слабым голосом она сказала:
– Спасибо за этот опыт, мистер Спок. – Она повернулась к Жесткому Хвосту. – Был ли его рассказ точен по вашим стандартам?
– Да! – сообщила Жесткий Хвост, положение ее ушей показывало, что она просто поражена.
Вилсон кивнула, вынула медицинский сенсор и начала снимать параметры со Спока. «Восстановилась полностью», – подумал Кирк.