Песнь мечты
Шрифт:
– Что случилось? С тобой все в порядке? – Джесс вышел из пещеры следом и встал рядом.
– Я чувствую себя прекрасно, – сказала она, но ответ ее прозвучал слабо, осипло и натянуто. Качая головой, она подтвердила: – Нет, я ничего не боюсь. Я просто схожу с ума из-за этих замкнутых пространств.
– Печальный опыт, наверное?
Она кивнула.
– Когда мне было лет десять, мы жили в Рио. Был большой праздник, и я потерялась. Одна в движущейся толпе людей. Толпа прижала меня к стене, и я думала, что меня раздавят до смерти. Прошло около двух часов, прежде чем мои братья, в конце концов,
– И что они сделали?
– Проложили путь сквозь толпу, а позже научили меня каратэ.
– Сразу заметно, – улыбнулся он.
– Чувствуя себя бодрее, она оперлась о стену.
Джесс пошевелился, и снова ей на ум пришла вчерашняя ночная прогулка. Его поцелуй был неожиданным – так же, как и ее ответ на него.
Ей хотелось спросить, осталось ли у него хоть что-то от прежнего чувства – или поцелуй на самом деле был только предлогом, чтобы задержать ее, как он говорил.
Солнечно-бронзовые волосы упали ему на лоб, а его рубашка цвета хаки обтягивала тугие мускулы. Он только что беспокоился о ней, и она хотела бы поблагодарить его за участие. Она заколебалась, пытаясь понять, будет ли он с нею откровенен или решит подождать до лучших времен.
Такая возможность ускользнула, когда Вейн повел всю группу ученых и журналистов из пещеры. Конни следовала за ним и бросила цепкий взгляд в их направлении, но тут же мгновенно повернулась, чтобы сказать что-то профессору. Другие осторожно выносили таблички и складывали их вдоль внутренней стены пещеры. Осень присоединилась к ним, в какой-то мере испытывая облегчение оттого, что их прервали. Она не была уверена, что смогла бы принять спокойно любой из ответов Джесса.
Доктор Дэвидсон распоряжался, куда и в каком порядке складывать таблички. То, насколько беспрекословно выполнялись его распоряжения, подтверждало, что он не утратил свой авторитет и сохранил умение руководить ответственными работами. Таблички были выставлены для изучения экспертами. Они собрались на маленькой площадке и взволнованно переговаривались.
– Невероятно, – сказал картограф. – Я по-прежнему не могу поверить, что анасази пришли из Мексики.
– Мексиканское происхождение подозревалось некоторыми из исследователей, – сказал доктор Дэвидсон, осматривая лежащие перед ними таблички. – Анасази создали целую систему торговли: проложили торговые пути, основали таможни, центры торговли.
– Я полагал общепринятой теорию, по которой несколько лет засухи вынудили анасази покинуть свои дома и переселиться, – вступил в разговор Джесс.
– Да, это была устоявшаяся теория, но не доказанная. Теперь я нашел вот это. Взгляните. – Он склонился, чтобы показать необычные очертания и цифры, выбитые на камне. – Они поведают об истинной истории анасази.
Осень улыбнулась, глядя на профессора, продолжающего свои объяснения. Случайно она встретилась взглядом с Вейном, который стоял рядом с ней, но большую часть времени она наблюдала за другими. Было приятно чувствовать себя частью того, что вызывало такой глубокий и неподдельный интерес. Тот факт, что эти таблички оставлены ее предками, вселяло в нее чувство гордости и единения с историей. Не это ли имел в виду ее отец, когда говорил ей, что разыскивание своих корней подобно определению своего места в мире?..
Поможет
Было приятно находиться высоко на этом утесе. Легкий ветерок охлаждал воздух, в то время как скалы затеняли пещеры от жарких солнечных лучей. Да, за последнее время она научилась любить пустыню. Чистый, хотя и горячий воздух, и ощущение большого пространства дают возможность почувствовать свободу…
Она огляделась вокруг и вдруг вспомнила, как Большой Хозяин говорил ей, что земля – это дно неба. Она любила слушать его рассказы о природе. Она научилась как бы заново воспринимать мир. Проблема была в том, чтобы разрешить конфликт между старыми ее верованиями и новыми. Как раз сейчас и пришел срок это сделать, убеждал ее Большой Хозяин. И тут она забыла о конфликте с кланом, о своих чувствах к Джессу и погрузилась в состояние предвкушения: вот-вот открытие доктора Дэвидсона станет известным!
5
В течение последующих часов группа тщательно изучала таблички и задавала массу вопросов. Несмотря на отсутствие должного места, были установлены камеры и отсняты фотографии. Обсуждались планы, как сохранить и распределить камни для анализа. Наконец, когда солнце зависло высоко над головой, доктор Дэвидсон настоял, чтобы все оторвались от работ и прервались на ленч.
Джесс подошел к краю площадки и помог каждому из членов группы начать спуск по выбитым в камне ступеням. Осень наблюдала за ним несколько минут, чтобы убедиться, что ее помощь тут не потребуется: ступени на самом деле могли быть опасными. Оказалось, что никто не замешкался наверху, и она заподозрила, что это, очевидно, благодаря той уверенности, которая звучала в голосе Джесса, когда он инструктировал об осторожности.
В течение еще нескольких минут она оставалась там же, слыша удаляющиеся голоса.
Ей снова вспомнилась ночь, эта последняя ночь, но воспоминания тут же отступили, когда на край выступа шагнула Конни Тернер. Осень увидела улыбку Джесса, предназначавшуюся блондинке. Ей не понравилось то, как его пальцы поддержали Конни, когда он помогал ей перешагнуть через край, и то, как Конни оперлась на его плечи. Казалось, Джессу нравилось ее внимание. Осень выпрямилась, оттолкнувшись от стены, когда ей в голову пришла еще одна мысль: может быть, Джесс интересовался Конни Тернер, а Осень использовал, чтобы заставить ту ревновать?..
Не пригласил ли он Осень на прогулку прошлой ночью, чтобы последовать за журналисткой? Осень покачала головой: в этом не было ни малейшего смысла. Если бы он хотел заставить Конни ревновать, то выдал бы их присутствие. И все-таки он не ожидал, что подслушает странный разговор Конни и Вейна. И, кроме того – было то объятие… Расстроенная собственным беспокойством о Джессе Баррене и его мотивах поведения, она отвернулась от вида, который простирался перед ней. Она осторожно миновала толпу ожидающих ученых и нашла доктора Дэвидсона складывающего таблички. Осень быстро подошла к нему и поддержала край тяжелой плиты, которую он держал в руках.