Первый. Том 1-8
Шрифт:
Когда все наелись, я приступил к расспросам:
— Наелись? Теперь рассказывайте, что пошло не так и почему вас красные нашли?
— А я не виновата! Я просто посмотреть пошла. Меня не должны были увидеть, я крадучись шла, как Прокл учил, и ты. А они увидели, и я побежала, меня Пух спас. Он засаду устроил, а потом меня догнал. Мы долго бегали. Если бы не твой амулет, то мы бы пропали. Спасибо тебе, Мих. Ты не будешь злиться? Я больше не буду.
Говорят, что дети быстро взрослеют на войне. Это какую же войну надо затеять, чтобы Лизка повзрослела? Сердиться я на нее не могу, да и бесполезно это. Просто надо дать ей время.
— Ладно, об этом все. С едой закончили? Тогда пошли, будем ставить вас на постой.
Маршрут к гостинице я проложил через центр города, время не поджимало, а осмотреться было необходимо. Какое- то время мы будем жить здесь, и было бы неплохо, чтобы у всех моих подопечных побыстрее появилось ощущение, что они здесь свои — столичные. Мы прошли десяток площадей, несколько парков, прошли мимо памятников, музеев, зданий гильдий и кланов, не смогли мы пройти только мимо кафе — мороженого. Лизка безапелляционно уселась за столик под зонтиком в небольшом скверике рядом с кафе. Лизку я уже знал довольно долго, и опыт мне подсказал, что отсюда мы не уйдем. А если и уйдем, то после продолжительных сражений. Я обреченно вздохнул и сел рядом с ней. Пух присоединился к нам. Мороженое было очень вкусным и дорогим. Но оно было странным.
Сколько бы мороженого не приносили, оно исчезало почти моментально. Стоило мне отвлечься на других посетителей или на проезжающие по улице кареты, как моя порция пропадала. Я заказывал еще. Интересно, сколько мороженого может съесть маленькая девочка? Еще интереснее — смогу ли я, или кто-либо вообще, оплатить столько мороженого, сколько она сможет съесть? Денег мне хватило. Лизка была счастлива пять минут, потом она увидела уличных артистов и мне пришлось оттаскивать ее от клоунов. Должен признаться, что это было очень непросто. Несмотря на все мои характеристики, справиться с этим ураганом ярости я смог только через полчаса времени, десятка разбитых носов и почти полностью уничтоженного гардероба всех участников потасовки. Грустный Пьеро стал настолько грустным, что плакали все артисты труппы. Впрочем, у них были для слез и другие причины, которыми их Лизка снабдила щедро, от всей души. Веселый Арлекин стал страшным и очень испуганным. На мостовой лежал почти весь скарб бродячих артистов.
Лизка ненавидела клоунов. Чистой детской ненавистью, ничем незамутненной. Убийства удалось избежать, а за разорванные костюмы мне пришлось заплатить. Всем было весело, кроме клоунов и меня. Почтенная публика разразилась аплодисментами. Первыми в моей жизни. То есть, скорее всего, это был восторг, вызванный Лизкой, но и я тоже участник представления. Раскланиваться мы не стали.
По окончании этого действа ко мне подошел хозяин труппы и предложил ангажемент.
Мы с Лизкой должны были повторять все это безобразие каждый день, предложили нам по пять золотых монет за одно выступление. Оказалось, что такого количества публики и денег труппа не собирала никогда.
Мда, нравы в Столице — столичные. Я обещал подумать.
Позже я выяснил, что Лизку в шесть лет повели в цирк на Фонтанке. Там ее, из второго ряда, выбрал клоун и вывел на арену. Что-то в номере пошло не так, и Лизку с ног до головы облило водой. Весь ее праздничный наряд выглядел ужасно. Кто-то из публики засмеялся, а Лизка впервые в жизни впала в состояние валькирии. Клоун, который присел рядом с ней и пытался промокнуть мокрую одежду полотенцем, получил в красный
До гостиницы мы добрались ко времени ужина.
— Лизка, Пух, посмотрите на свои карты и запомните это место. Я здесь живу и постараюсь устроить вас поблизости. Но, в любом случае, вы должны всегда легко находить это место. Лизка, запомни название. Знаю я твое «уже», запоминай давай.
Споря с Лизкой, мы вошли в гостиницу. Нас встретил Кирилл.
— Наконец-то ты пришел, Горт уже здесь и ждет.
— Мы договаривались на семь часов, а еще и шести не пробило. Он пришел раньше. Впрочем, неважно. Это мои друзья — Пух и Лизка, а перед нами — Кирилл. Хозяин этой великолепной гостиницы. Он и его друг гном Горт помогли вас вытащить из лап Красной Армии.
Все поздоровались, и мы прошли в личные комнаты Кирилла. За столом сидел гном и пил пиво.
— Горт! Рад, что ты уже здесь, познакомьтесь.
Процедура повторилась, и все сели за стол.
Глава 5
— Детям пива не наливать, а мне можно. Так хочется попить черного пива гномов. Оно мне даже как- то приснилось.
Сидя за столом, я полностью расслабился. Это была почти совсем безопасная зона, вокруг только те, кто мне нравится и те, кому я доверяю.
— Вот это ты, Апулей, загнул. Черного пива не бывает, это сказки, которые придумывают гномы, чтобы их больше уважали.
Кирилл, похоже, был совершенно уверен в своей правоте.
— Мих, а я уже большая и мне можно пива, ну хоть попробовать — а? Пусть даже не черное, а белое.
Лизка куда-нибудь не встрять просто не может.
Все весело рассмеялись.
— Апулей, а почему Лизка называет тебя Мих? У тебя два имени? — Горт был заинтригован.
— Уважаемый Горт, у меня может быть много имен, мне приходится скрываться от врагов. Но не беспокойся, ибо все мои имена настоящие и законные.
— Не бывает ни черного, ни белого пива.
Кирилл разливал в три кружки золотистый напиток и, не взирая ни на что, гнул свою линию.
— Ты, Кирилл, человек бывалый и спорить с тобой трудно. Но давай так, если я докажу, что черное пиво гномов бывает, то ты поселишь у себя моих друзей. По рукам?
— А что будет твоей ставкой в споре?
— Да что хочешь, выбери сам — все равно проиграешь.
— Тогда ты, если проиграешь, возьмешь меня с собой, когда отправишься к Проклу. Договорились?
— Да я и так тебя возьму. Выбирай что-нибудь еще.
— Нет, давай так, как я сказал. По рукам?
И мы пожали друг другу руки.
— Во-первых, присутствующий здесь гном Горт, при желании, мог бы просветить тебя, Кирилл в этом вопросе. Но если он этого делать не хочет, я могу поклясться, чем угодно в том, что черное пиво гномов бывает. Что я его видел, и что я его пил в компании кузнеца Фрола и гномов Норина, Харта и Тула, и не один раз.
— Так это был все-таки ты — Горт явно обрадовался.