Первый выстрел
Шрифт:
— Зачем?
— А затем, чтобы не получить шомполами по заду за невыполнение приказа.
Из дверей конюшни вышел другой эскадронец и сказал, обращаясь к всаднику:
— Час назад Юсуф был здесь и никуда не собирался уходить. Эмреле говорил с ним. Значит, Юсуфа кто-то предупредил.
Пришел еще один эскадронец.
— Хозяйка кричит, — сказал он, — что Юсуф ушел по своим делам, а когда вернется, не знает.
Из четверых эскадронцев трое были русские и один татарин.
— Смотри, вещица
— Зачем? Не надо! — негромко сказал эскадронец-татарин.
— Тебя не спросили!.. Пошли, Жорж! Надо еще обыскать.
Они снова направились в домик Юсуфа. Послышался плач Айше. Кавалерист во дворе ругался по-татарски. Вскоре возвратились два эскадронца. На плече Жоржа Юра увидел свою берданку.
— Это наша берданка! — закричал он.
— Большевиков вооружаете, сволочи?! — сказал Жорж и поднял нагайку. — Впрочем, можешь выкупить, — добавил он, усмехаясь. — Тащи ведро вина.
— Вы будете пить из ведра? — удивился Юра.
— Ведерный бочонок, балда! А нет, давай хоть ведро! Возьмем с собой.
Юра побежал домой. Ганна сказала, что Юлия Платоновна пошла к графу жаловаться, потому что прибежал Али с криком:
— Эскадронцы грабят!
Юра поспешно отпер тарапан, взял резиновый шланг и опустил в бочку. Он уже видел, как наливают вино, высасывая воздух из шланга, опущенного одним концом в бочку с вином. Он втянул воздух раз, другой, третий, в рот ударила тугая струя. Пришлось сделать глоток, чтобы не задохнуться. Потом он направил струю в шайку. Нацедив вина, он побежал с ним к эскадронцам, но те уже уехали. Пришла Юлия Платоновна. Объяснение было бурным.
Как он смел без спроса обещать вино. Наливая его, он, конечно, выпил.
— Бандюги эти эскадронцы, а еще господа офицеры! Один Жорж, чертов морж, чего стоит!
— Как ты смеешь ругаться! Не смей вмешиваться в политику! Я запрещаю!
— При чем здесь политика, если они украли нашу берданку?
— И хорошо сделали!
— А если бы я нашел берданку?
— Я бы ее сейчас же выбросила! Не желаю несчастных случаев… Или отдала бы Юсуфу. Что за ненормальное влечение к оружию! Иди спать!
9
Юсуф не вернулся ночью, не было его и утром. В саду Юра увидел грустного Али. Тот сидел, задумавшись, опустив босые ноги в арык.
— Вчерашние эскадронцы очень ругали отца, — начал Али. — Зачем он говорит, что в эскадронах много русских офицеров и что резать за национальность не надо. Теперь некоторые татары тоже отказываются идти в эскадрон. Отца хотят искать в деревне Тук-Лук. Его хотят арестовать, бить…
— Эх, оружия нет! — воскликнул Юра. — Вот бы Юсуф им задал перцу!
Али
— Почему оружия нет? А ваша берданка?
— Украли ее бандюги. Как услышали от Ганны, что мама пошла жаловаться графу, так и дали тягу.
— А ты думаешь, я спал? — спросил Али. — Пока они около Ганны крутились, я стащил нашу берданку и скорей на конюшне спрятал, за доску под крышей. Только ты молчи!
— Вот молодец! Боевой хлопец!.. — воскликнул Юра, вспомнив высшую степень похвалы у рабочегвардейцев Палея. — Давай траву резать для Карая.
Они взяли серповидные ножи, мешок и пошли в виноградник.
— Смотри в конец сада, только потихоньку. Там на груше сидит один эскадронец, — шепотом сказал Али. — Наверное, подстерегает отца.
Юра, наклоняясь, хватал левой рукой траву, правой подрезал. Выпрямляясь, чтобы положить пучок травы в мешок, он смотрел вперед. Действительно, кто-то сидел в листве груши.
— Сад наш! — заявил Юра. — Кто прячется в нем — вор! Пойдем и прогоним.
Али боязливо отказался. Тогда Юра смело пошел по винограднику и крикнул:
— Эй, ты чего груши воруешь?!
Человек молчал. Юра осмелел, подошел ближе и закричал:
— Ты зачем груши воруешь?
— Иди ты к черту! — послышался ответ, и с дерева спрыгнул эскадронец. — Чего слоняешься?
— Сад наш, а вы чего здесь шляетесь!
— Вот поймаю тебя, высеку, узнаешь!
— Еще чего!
Эскадронец поправил френч, карабин за плечами и нехотя направился к реке.
Юра с мешком травы за спиной побежал к Али.
— Он пошел к реке. Давай последим за ним. Только ползком, как разведчики.
Мальчики осторожно пробрались к речке и, скрываясь за виноградными кустами, стали наблюдать. В узком русле стояли три лошади, и, судя по количеству навоза, стояли всю ночь. Возле них на сухом камне сидел эскадронец и курил. Али дернул Юру за руку, и они побежали обратно.
Конечно же, Юра и после завтрака продолжал слежку.
Эскадронцы уехали в полдень.
Юсуф появился только на третий день к вечеру.
— Почему ты удрал? — спросила Юлия Платоновна. — Я была у графа. И он обещал, что тебя не тронут.
Юсуф спокойно улыбнулся и ответил:
— Я уже знаю… Меня объявили дезертиром, хотели поймать и судить.
— А почему ты в самом деле уклоняешься? Ведь ты храбрый солдат, а Временное правительство призывает воевать до победного конца, — напомнила Юлия Платоновна.
— Эй-э-э, хозяйка! За кого воевать буду в татарском эскадроне? За муллу и турок или за царских офицеров? Теперь везде правительство, каждый кричит: «За меня воюй!» Мулла хочет обмануть офицеров, офицеры — муллу. А вместе они хотят обмануть солдата. Нет, хозяйка, я не такой глупый ишак.