Первый урок
Шрифт:
– В сердце настоящего Императора нет места страху, - Император обращался к сомневающимся.
– Я хочу, чтобы вы выбрали по игрушке и покинули зал.
Те, к кому были обращены слова, безошибочно поняли, что им надлежит удалиться. Дети не отважились спорить и сделали так, как хотел Император. Хотя некоторые откровенно расстроились, в глазах блестели слезы.
В зале осталось 12 детей.
– Адерон, раздели детей на пары и объясни правила.
Адерон исполнил
– Отлично. Вы будете бороться друг с другом по очереди. Победители схваток станут моими учениками. Если кто-то захочет прервать схватку, ему будет нужно лишь постучать рукой о пол. Итак - приступим.
Пара за парой мальчики выходили на середину зала и по приказу Адерона начинали драться.
Ребята боролись до последнего. Одному расквасили нос, другой стоял с подбитым глазом; синяки и царапины украшали практически всех драчунов. Четыре первых драки были такие ожесточенные, что пятая пара попросила у Императора разрешения покинуть зал.
Осталась всего одна пара. На середину вышли двое мальчишек примерно одного роста.
– Бой!
– объявил Адерон.
Мальчики, внимательно уставившись друг на друга, были напряжены до предела. Никто не спешил первым бросаться в атаку. Готовые к схватке, они медленно начали сближаться, двигаясь по невидимой дуге.
Первый выпад сделал Азул. Его зеленые глаза злобно блеснули и он бросился на Санара.
Вцепившись друг в друга, они повалились на пол. Санару с трудом удалось отпихнуть от себя Азула и вскочить на ноги. Но имрахец не стал выжидать и снова набросился на противника. Тот, изворачиваясь, зарядил ему локтем в грудь. Дыхание сбилось лишь на секунду.
Обозленный Азул накинулся на противника с новой силой, вцепившись в ворот его кимоно, слегка приподнял его над землей, и этого оказалось достаточно, чтобы лишить последнего твердой опоры. Заведя ногу ему под колено, он снова повалил его падая сверху, лишая Санара возможности откатиться и сбежать.
Санар задохнулся, больно ударившись о монолитный пол, и не мог сделать новый вздох от тяжести нападавшего.
Азул тут же перехватил рукой шею упавшего и начал душить.
Наполовину задушенный Санар лежал на лопатках, уставившись на противника мутными светлыми глазами. Его попытки ослабить захват были тщетны. Он отчаянно не хотел сдаваться. Сколько раз, как и сейчас, ему хотелось все бросить и сказать - 'Я не могу, простите!' - но он все же продолжал сопротивляться.
Сознание помутнело.
– Сдавайся малец, не глупи!
– выкрикнул Адерон.
Услышав чей-то возглас, Кир резко проснулся. Не понимая, где находится, он суетливо начал озираться, и через тонкое кружево скатерти увидел двух сцепившихся ребят. Один сидел на другом, схватив за шею, побежденный мальчик весь покраснел и тщетно пытался оторвать руки 'душителя' от шеи. 'Санар!' - мелькнуло в голове Кира.
Не
Азул врезался в стену с глухим звуком и, замерев на пару секунд, начал медленно сползать вниз, низко опустив голову.
Кир повернулся к Санару.
– Ты жив?
– осторожно спросил Кир.
– Вроде.
– Ты кто такой?
– спросил подошедший Адерон, лицо его было сердитым.
– Я Кир.
Кир все еще не разобрался, что происходит вокруг, но чувствовал, что еще не попив утреннего чая уже влип в неприятности.
– Как ты здесь оказался? Этот отбор не для посторонних, - строго добавил советник.
– Я... спал под столом.
Повисла пауза.
– Что ты делаешь на Альфе?
– Моя мать, Иона, - сделал паузу Кир, - она работает здесь горничной.
– Адерон, не докучай парню расспросами, - спокойно вставил Император.
– Почему ты вмешался в схватку?
– Не знаю...
Император, казалось, потерял всякий интерес к мальчугану. Он поднялся с кресла и обратился ко всем присутствующим.
– Испытания закончены. Сегодня вечером я объявлю имена тех, кто справился.
Дети неспешно пришли в себя и двинулись к выходу. Отец Джулиана наконец-то увидел сына и, не скрывая волнения, кинулся к мальчику.
– У тебя синяк. Все в порядке? Что там было?
– напряжение в голосе было не скрыть.
Джулиан поднял на отца теплые карие глаза, морщинка пересекла детский лоб и на лице появилось чувство вины.
– Не помню...
Вечером торжественная зала была набита до отказа. Сегодня Император объявит о своем решении. Интерес усиливался благодаря тому факту, что ни один ребенок не мог ничего вспомнить.
Даже прислуга Альфы толпилась в глубине: по приказу главного советника на столь важном событии должны были присутствовать все. Исключение делалось лишь для команды, которая находилась на вахте в рубке корабля.
После того, как Кир приплелся в их с матерью комнату с жуткой головной болью, он тут же повалился на кровать и забылся беспокойным сном.
Прошедший день изорванными кусками мелькал в сознании, расплываясь как от кислоты. Кир вглядывался в смазанные картинки что было сил, пытаясь удержать отрывки своей жизни. Он мог все отпустить, но ведь это принадлежало ему, это был он.
Сбитый с толку, он не мог разобраться в происходящем, он просто хватал обрывочки памяти словно опавшие листья и все сильнее сжимал их в кулаке. 'Это моя, моя жизнь', - гневно раздавалось в сознании и он не остановится, он будет продолжать, пока не соберет все до единого. Больше он свою жизнь не потеряет.